вас всё серьёзно.
Оп-па-а! Похоже, когда я советовал Марии сказать, что у неё есть парень, она решила не заморачиваться и назвала меня. И как теперь переубедить её отца в обратном?
Глава 7
Мария подставила меня знатно. Не со зла, но теперь мне приходится на ходу вырабатывать стратегию общения с её отцом. А заводить врага в качестве целого графа мне ни к чему.
— Возможно, ваша дочь не так меня поняла, — ответил я Игорю Викторовичу и задумался стоит ли в доказательство показывать нашу переписку с его дочерью.
Там не было ничего такого, разве что она ответила мне, когда написала, что сообщила отцу о парне. Но это могло выглядеть так, словно я нелепо оправдываюсь. Да и сообщения мы могли специально написать, а самое важное — стереть. Я бы так и сделал, если бы хотел что-то скрыть.
— Сомневаюсь, — хмыкнул граф. — Она мне заявила, что если я не одобрю ваши отношения, то она и вовсе сбежит, и откажется от наследства. Это вы её надоумили? Запудрили голову наивной девочке?
— Ни в коем разе, граф.
— Я вам не верю, молодой человек.
— Игорь Викторович, сами подумайте. Мы виделись с вашей дочерью лишь два раза. Один раз, когда я вытащил её из машины после нападения регата, другой — когда она пришла, чтобы отблагодарить.
— Да, и охранники мне передали, как вы мило беседовали в кафе.
— Ведь они следили? Я прав? Тогда должны были сказать, что я даже руки вашей дочери не касался.
— Еще бы вы дотронулись до нее, — косо посмотрел на меня граф. — Я бы тогда…
Он был зол. Конечно, ведь считал, что я сорвал все его планы о помолвке с Воронцовыми. Ну не хочет Мария выходить замуж за моего брата, зачем её силком заставлять? Вот она и пошла на отчаянные меры.
— Не стоит говорить того, о чем вы можете пожалеть, — предупредил я, перебив графа.
Игорь Викторович взглянул мне в глаза. Не знаю, что он намеревался там увидеть. Но граф подождал несколько секунд, чтобы успокоиться, и лишь потом продолжил:
— Что вы хотите, Алексей?
— Ничего, — ответил я. — Разве что уладить эту неловкую ситуацию.
— Это не неловкая ситуация. Это отношения с человеком, статус которого значительно ниже. Лев Борисович рассказал мне о вас. Вы — сирота, и по чистой случайности оказались здесь, а не в колонии для несовершеннолетних.
— Я вам еще раз повторяю, что произошло недоразумение, и я не претендую на вашу дочь.
Кажется, он наконец-то понял.
— Да быть такого не может. Простолюдин и не претендуете на графину, которая назвала вас своей парой.
— Именно так. Мне не зачем портить отношения с вашим родом. Но я не планирую припоминать вам это в дальнейшем и просить что-то взамен.
— Вы странный молодой человек, Алексей.
— Почему же?
— Деньги в благодарность не взяли. Даже когда моя дочь настаивала, вы сказали ей, что будете отправлять их обратно до тех пор, пока они полностью не уйдут в комиссию банка. Отношений вы с ней тоже не хотите, хотя это могло бы значительно поднять ваш статус и обеспечить успешное будущее.
— Все просто, граф. Я предпочитаю добиваться всего своими силами, а не с помощью вышестоящих господ.
— Хм, интересная позиция. А если бы я позволил вам встречаться с моей дочерью, то вы бы продолжили развивать ваши отношения?
— Не знаю, — я пожал плечами, вопрос был крайне неожиданный, ведь граф пришел сюда как раз чтобы разорвать эти отношения. — Мы бы продолжили переписываться и созваниваться, как это делаем сейчас, а дальше, как пойдет. Ведь, повторюсь, я ещё не предлагал вашей дочери никаких отношений.
— Хотите сказать, что она меня обманывает? И почему я должен вам верить?
— Потому что мне нет смысла врать. Мы с вами уже выяснили, что я готов прекратить любое общение с вашей дочерью, если вы против. Граф, вы же сами понимаете почему Мария так поступила. Вы предложили ей мужа, который ей противен.
— Она с ним даже не знакома.
— Мне она сказала, что ей было достаточно взглянуть на фотографию в глобале. Для женщин этого достаточно.
— Странно, вот вы подросток, а рассказываете мне отнюдь не детские вещи. И мне хочется прислушаться. Возможно, преследуя интересы рода, я вовсе забыл о счастье дочери.
— Прошу прощения за совет, но было бы лучше, если бы вы познакомили Марию с несколькими кандидатами из семей аристократов. Тогда она бы выбрала того, кто ей понравился.
— Подросток учит меня мужей дочери выбирать, докатились… Но вы правы. Мы уже обсуждали такой способ с моей супругой. Но я слишком хотел этой помолвки. Я, а не Мария. И поэтому пришлось ехать в Смоленск разбираться с липовым женихом, — выдохнул граф.
— Прошу прощения, если сказал что-то не то. Мне не нужны проблемы, но и за Марию я переживаю, как за свою подругу.
— Подругу, — задумчиво произнес граф, словно пробуя это слово на вкус.
— Да, подругу, не более того.
Кажется, граф мне поверил и успокоился. Он снова оценивающе посмотрел на меня, но я выдержал этот тяжелый взгляд.
— Алексей, есть в вас что-то такое, пока сам не понимаю что. Но это вызывает интерес.
Я не понял к чему это сказано, поэтому продолжил молча слушать. Ждал, пока граф подберёт нужные слова.
— Сам не ожидал от себя, что мне придёт в голову подобное решение. Но сейчас оно мне кажется правильным для счастья моей дочери, — он отвёл взгляд к окну, словно сомневался. — Вы помогли открыть мне глаза, поэтому я не стану препятствовать вашему общению с Марией. Судя по всему, вы ей нравитесь так, как ни один из аристократов. Но сразу предупреждаю, не смейте распускать руки.
Я не выказал удивления, хотя челюсть грозилась отвалиться на пол. Граф пришел, чтобы разорвать союз, а в итоге его одобрил. Кажется, я в этой жизни чего-то не понимаю.
— Благодарю за ваше доверие, — я слегка склонил голову в знак уважения.
Графу это понравилось, и он кивнул. Игорь Владимирович встал, похлопал меня по плечу и вышел из кабинета.
А я еще долгую минуту стоял и пытался понять, что это было. В итоге тоже вышел, чтобы лишний раз не
