Глава VI. Вампирский рынок (Центр, район Лубянской площади)
…Кровяной бум, продолжавшийся без перерыва целых двадцать лет, изменил в облике Москвы практически все: от поверхности асфальта до крыш домов. Помимо дикого количества рекламы и автомобильных пробок среди ночи, доходы от продажи крови сильно повлияли на смену типов строительства. Разумеется, никакой необходимости в плотной застройке не возникло: вампирское население не увеличивалось из-за отсутствия деторождения. Никто не открывал престижные детские сады, а бизнесмены не скупали площадей под магазины «Для будущих мам». Сразу же после победы вампиризма, когда все упыри, перестав скрываться, вышли из подполья в темноту, столицу хаотично застроили многоэтажками из черного бетона. Убогое жилье, наскоро стилизованное под лесные пещеры: с черепичными крышами, украшенными по краям особыми крючками. На этих крючках, повиснув вниз головой, спят дикие летучие мыши – согласно древнему вампирскому поверью, их наличие бережет дом от внезапного визита охотников. Взлет цен на кровь обеспечил спрос на дорогие коттеджи, и тут уж застройщики развернулись. Сперва на Красном шоссе, а затем уже и в других богатых районах во множестве появились аляповатые копии трансильванских замков, рогатые башни из индийского мрамора и элитные ледники-подвалы со встроенными кровяными резервуарами. Фантазиям нуворишей не было предела: спальни из слоновой кости украшали гробами черного дерева, для декора комнат доставлялась эксклюзивная паутина из Индонезии – от пауков-птицеедов.
Лес шпилей замков-клонов закрыл облака, однако вскоре вампирская элита пресытилась ледяной джакузи и беседками в форме пентаграммы. Богатые упыри, устав от материальных благ, восхотели острых ощущений – это и привело к расцвету «черного рынка». Подпольная биржа Москвы расположилась в узеньких переулках, оплетающих помпезный комплекс Кали, – храм индуистской богини зла, возведенный на Лубянке диаспорой вампиров из Индостана – брах-маракшасов. Ночью и в выходные «пятачок» пустовал, незадолго до восхода солнца переулки наполнялись десятками темных личностей, одетых в пальто. На «Калишке» (как называли рынок московские вурдалаки) ушлые упыри торговали любыми вещами, запрещенными к продаже. Годовой оборот «Калишки» равнялся выручке среднего кровяного концерна, а затовариваться сюда приезжали вампиры из Нью-Йорка и Лондона. Контрабанда доставлялась азиатами – уже с Лубянки товар растекался по танцполам дневных клубов и виллам нуворишей.
…Пять закругленных башен красного, как кровь, храма устремлялись в небо, подобно связке алых сигар с картины художника-сюрреалиста У храмовых ворот, на фоне изображения клыкастой женщины в ожерелье из отрубленных рук, деловито, вполголоса переговаривались два старых брахмаракшаса. Внешний вид этих существ заставил бы заикаться любого местечкового кровососа, приехавшего в Москву погостить с гор Закарпатья. Цвет кожи гостей из Индии темно-серым оттенком напоминал свежий асфальт, внутренности из разрезанных животов были неряшливо намотаны вокруг головы (кишки обхватывали шею жилистым шарфом), вместо лица – голый череп с хоботком, высасывающим кровь. От своих относительно безобидных европейских собратьев индийцы отличались еще и тем, что, опустошив вены жертвы, в качестве финала непременно съедали ее мозг. Брахмаракшасов Слона и Раджа отлично знали в гламурной тусовке: их основной специализацией был раз-бодяженный порошок из серебра, на который подсела вампир-ская богема. Телезвезды, актеры, эстрада – да чего уж там, даже отдельные министры и ночи не могли обойтись без дозы «серба». Даже в кризис его продажи не упали. «Сербом» именовалась особая смесь – размельченный в пыль порошок серебра, тушенный с коровьей кровью, с добавлением песчинок могильной земли и волокон ядовитого лесного плюща. Этот микс (в основном за счет серебра) вставлял так, что после первой же «дорожки» вампиры испытывали ощущения, схожие с состоянием космической невесомости. Руки и ноги трясло мелкой дрожью, тело словно плавало в пространстве, насыщая внутренности энергией, а вкус… о, ради такого вкуса рискнул бы каждый вурдалак. «Серб» обеспечивал уникальный глюк – стоило крупинкам пищевого серебра раствориться на языке, как возникала иллюзия забытой ч е л о в е ч е с к о й крови, мозговые центры получали мощный вброс экстаза. Порция «<серба» стоила две тысячи долларов, но недостатка в покупателях не было: за удачную ночь дуэт Слон—Радж клал за пояс своих дхо-ти[17] сто штук. Более того, почти каждый уличный пушер, ошивающийся на «Калишке» с розничными дозами серба, платил им налог с продаж. Эти два индуса-торговца запросто смогли бы плавать ночами в джакузи, обложившись льдом, однако предпочитали толочься в грязном переулке – атмосфера «черного рынка» дарила львиную долю потребляемого ими адреналина.
– Ты помнишь Серегу? – Радж почесал рукой в складках дхоти.
– Это какого? – без интереса спросил Слон, элегантно поправляя кишки.
– Рыжего, – пояснил Радж. – Она всегда по три порции «серба» брал.
– Ааааа, – протянул Слон, щелкая себя по черепу. – Тогда конечно.
– Ну так вот, он вчера кони двинул,[18] – с коммерческой грустью в голосе проинформировал Радж. – И угадай, по чьей вине. Ты, доброе сердце, слегонца ему серебра в порошок переложил. Напрасно. Благими намерениями вымощена дорога в Рай: на осьмушку грамма ошибешься, и все – пиздец. Парень едва вставил в ноздрю трубочку, как у него пламя из ушей рвануло, а оба клыка на стол вывалились. Кожа почернела, пузыри по всему лицу, даже клятву верности Дракуле произнести не успел – сердце лопнуло. Только горстка пепла от Сереги и осталась. Но знаешь, что самое удивительное? Его кореша меня с позднего утра эсэмэсками завалили. Тоже «серба» прикупить хотят – завидно ребятам, как Серегу круто торкнуло.
Слон жестом франта закинул за шею отвязавшуюся кишку.
– А не пойти бы на хрен этим торчкам? – брезгливо сказал он. – Передоз в последнее время – просто бич какой-то. Мол, чего там, превысим чуток норму сребреца в крови, сразу подземелье в алмазах увидим. Не врубаются, что это смертельно. Когда триста—пятьсот лет живешь, ощущение опасности утрачивается, думаешь – ты сам труп, все ужасы тебе, как со слона вода. Служба вампирской безопасности припрется, будет на «Калишке» пацанов трясти. Придется дома пересидеть.
…В отличие от пушеров «серба», назойливо пристававших к покупателям, продавцы серебряных пуль вели себя с достоинством королей. Они не таились в переулках, как мелкие торговцы, а стояли в наиболее темных углах, сдвинув на лоб шляпы. Постоянные клиенты узнавали их силуэты – по жестам и повадкам. Стоит ли вновь упоминать, что запрещенный конвенцией в Гааге товар охотно покупался криминальным бизнесом, чаще всего для устранения конкурентов. Неделю назад «Калишка» уже пережила облаву агентов СВБ: где-то на юге грохнули бургомистра. Вылезая из лимузина, чиновник получил в сердце кусочек серебра, предполагалось, что сработал снайпер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
