Праздничный ужин прошел просто великолепно: никаких Поттеров, Уизлей и Грейнджеров не маячило перед глазами, любимые прихвостни после тонкого намека добровольно поделились клубничками со своих пирожных, и даже труппа скелетов, приглашенная Дамблдором, весь вечер танцевала на гриффиндорском столе, не давая сидящим за ним нормально поесть.[15] По окончании торжества Драко ненадолго задержался в Большом Зале, засмотревшись, как Монтегю с Дэрриком заталкивали первокурсников в безразмерную хагридовскую тыкву, а потом с Крэббом и Гойлом поспешил в библиотеку. На втором этаже их внимание привлекли толпящиеся в одном из коридоров ученики. Они шептались о Тайной Комнате и каком‑то наследнике. В памяти у Драко тут же всплыла прочитанная в глубоком детстве папина книжка “Салазар Слизерин. Все, что вы хотели узнать, но боялись спросить”, в которой упоминалось о Хогвартсе, Тайной Комнате и грязнокровках. Раздосадованный тем, что не он первый оказался на месте происшествия, Драко ужом протиснулся сквозь толпу. При виде Поттера и его друзей–повторюшек, стоящих в огромной луже посреди коридора, Малфой пришел в восторг. Кем бы ни был этот шутник, подставивший ненавистного очкарика, размалевавший зловещими надписями стены и украсивший канделябр облезлой кошкой, Драко был уверен – они нашли бы общий язык. Малфой живо представил, как идет по Хогвартсу под ручку с наследником Слизерина, и грязнокровки толпами валятся замертво при их приближении.
— Берегитесь, враги наследника! — увлекшись своими фантазиями, выкрикнул Драко. — Вы следующие, грязнокровки!
Пока он наслаждался замешательством на лицах окружающих, в коридоре появились учителя. Перепугавшись, что у него сейчас отнимут наследника, Драко поспешил спрятаться за спинами других учеников, а когда Поттера увели, побежал в подземелья, рассказывать слизеринцам о произошедшем.
Убедившись, что даже старшекурсники не имеют ни малейшего понятия о Тайной Комнате, Малфой уселся писать письмо отцу, игнорируя назойливое бормотание Крэбба и Гойла про какую‑то дуэль.
Той же ночью Драко осенило, что теоретически он тоже находится в смертельной опасности. Конечно, он мог перечислить десять поколений своих чистокровнейших предков, но где была гарантия, что какой‑нибудь маггл не испортил их кровь году так в 1856 до нашей эры. Поэтому Малфой еле дотерпел до утра и, даже не позавтракав, помчался в библиотеку. Переворошив все книги по генеалогии, какие смог найти, и доведя мадам Пинс до истерики своей дотошностью, Драко совсем отчаялся и отправил домой Вопилку, в которой винил отца в своей грязнокровной смерти от рук наследника Слизерина. После этого Малфой спрятался в спальне и решил не выходить оттуда до выяснения обстоятельств.
Глава третья, в которой предельно сосредоточенный на игре Драко Малфой становится лучшим в мире ловцом и познает все прелести мужской дружбы.
Люциус словно специально не торопился с ответом, и следующие пару дней Малфой ходил, как в воду опущенный и даже про квиддичные тренировки и Поттера вспоминал через раз, поэтому слова Флинта о сегодняшнем матче против Гриффиндора привели Драко в ужас.
— Не бзди, головастик, — Флинт списал бледность Малфоя на волнение перед первой в жизни игрой.
Объясниться Драко времени не дали и поволокли на стадион, по пути пичкая ценными советами и напутствиями. Постепенно азарт других игроков передался Малфою, и мысли о наследнике Слизерина отошли на второй план.
В квиддичной раздевалке Блетчли начал неспешно развязывать шнурки, рассуждая о никчемности гриффиндорских охотниц, Пьюси, тихо шипя проклятья, полез в шкафчик в поисках перчаток, а Боул, снимая штаны, принялся рассказывать Драко о своем первом матче.
— Не слушай ты этого хвастуна, головастик! — захохотал Флинт, стягивая свитер через голову. — Твое дело – поймать снитч. Больше ни на что не отвле… А где Малфой‑то?
Он уставился на скамейку, где секунду назад сидел Драко, а теперь аккуратной стопочкой лежала лишь его одежда.
Драко стоял посреди бескрайнего поля. Отороченная горностаем мантия развевалась у него за спиной, серебряные доспехи с элегантным тиснением сияли в лучах солнца, а золотая метла, инкрустированная драгоценными камнями, приятно оттягивала руку. Гордо вздернув подбородок, Малфой победоносно оглядел полупустые трибуны.
— Мы победили! — обрадовал он подбежавшего Флинта.
— Чего? — не понял Маркус.
— Смотри, гриффиндорцы не явились на матч, — Драко обвел рукой пустое поле. — А ты чего без рубашки… и босиком?
Флинт молча схватил Малфоя за шкирку и потащил в раздевалку. До начала матча было еще больше часа.
После этого происшествия Маркус поручил Пьюси не спускать с Драко глаз, и оставшееся до игры время было проведено в уточнении стратегии:
— Майлз, за ворота отвечаешь головой, — Маркус был предельно серьезен. — С тремя девчонками, надеюсь, справишься?
— Да я бы и с пятью справился, — ухмыльнулся Блетчли, сделав неприличный жест.
Все загоготали, а Пьюси запоздало заслонил Малфою глаза рукой. И только Флинту было не до смеха:
— Перри, Люц, пасете грифферов, чтобы они квоффла даже не коснулись. Эдди, Грэх, пятнадцать голов для нас – минимум. Мы должны победить по очкам.
Ребята как по команде обернулись на беспечно хлопающего глазами Малфоя. Заметив, что все на него смотрят, Драко приосанился и пафосно произнес:
— За Поттера не волнуйтесь, я его…
— За Поттера‑то мы и не волнуемся, — Дэррик явно собирался добавить что‑то нелестное в адрес Малфоя, но Флинт одарил его испепеляющим взглядом и поспешил сменить тему:
— Вам не показалось, что плюшки за завтраком были на удивление черствыми?
Увлекшись обсуждением плюшек, слизеринцы не заметили, как пролетело время и опомнились, лишь услышав приветственные вопли со стороны поля.
— Черт, грифферы уже на месте! — Флинт подхватил метлу. — За мной!
Шагая среди высоких, крепко сложенных товарищей по команде, Драко сам себе казался выше, мощнее и сильнее. Нацепив такое же каменное выражение лица, как у Флинта, Малфой сгорал от нетерпения в ожидании оглушительных оваций и восторженного рева толпы, которые должны были ознаменовать его появление на поле. Но стоило зрителям заметить команду в зеленых мантиях, как радостные крики сменились презрительным свистом и улюлюканьем. На Драко словно ушат помоев вылили. Он растерянно посмотрел на шагающего рядом невозмутимого Боула.
— Привыкай, — хмыкнул тот. — Это они еще в хорошем настроении.
— Ага. Даже тухлыми овощами не швыряются, — хохотнул Пьюси.
Играть Драко тут же расхотелось, но отступать было поздно – Вуд уже пытался сломать Флинту пальцы, выдавая это за дружеское рукопожатие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
