замечаю приготовленные материалы: ватные диски, бинт, зеленка и пару других медицинских принадлежностей, которые также необходимы.
Одноразовых перчаток, к великому сожалению, под рукой не оказывается, поэтому я мою тщательно руки с мылом, протираю их хлоргексидином, и наряду с этим задумываюсь о своих планах на завтра и на последующие долгие дни. Мой чемодан остался в квартире Руслана. Съемной квартиры теперь у меня нет, в принципе, как и работы. Если бы я писала сочинение, вывод был таков – не бывает плохих дней, бывает бесконечная черная полоса, которая не внимает никаким просьбам, а только сильнее ударяет лицом в грязь.
За своими размышлениями, я и не заметила, как Руслан снял брюки, оставшись только в серых боксерах, и опирается на тумбочку, расставив руки по обе стороны. Голова опущена вниз, грудь медленно вздымается и опускается, а пальцы тихо барабанят по мраморной столешнице.
– Ты там долго будешь морально настраиваться? – его низкий голос разрезает угнетающую тишину.
Я проливаю немного хлоргексидина на ватный диск и прикладываю его к небольшой ране на бедре.
Сверху слышится несуразная ругань, на что я не обращаю внимание и продолжаю свое дело. Вроде не так и сложно: промыть рану от грязи, продезинфицировать ее, помазать на всякий случай еще зеленкой и наложить повязку.
– Ты выглядишь мило, когда молчишь, – отшучиваюсь, – возьми на заметку.
– Мило? Ты где это слово откопала?
– Уж точно не позаимствовала у Кабана, – делая последние штрихи и закрепляя все бинтом, следом интересуюсь: – Кабан – это от Кабанова?
– В детстве был толстым, как кабан. Отсюда и прозвище, – голос Руслана сухой, без толики эмоций. – Нахер тебе сдалась информация о нем? Я что тебе говорил по поводу вопросов?
– Ты же понимаешь, что я не смогу заснуть, не получив их?
– Да я смотрю, у тебя есть отличный способ развлечь меня, – хмыкает мужчина, поясняя: – раз говоришь, что сон к тебе не придет.
– Ты прекрасно понял, что я имею в виду.
– Ты стоишь лицом чуть ли не перед моим членом. Думаешь, сейчас мои мысли занимают явно твои вопросы?
Бросаю косой взгляд на его боксеры и замечаю бугорок в районе паха. Интересно, по сути, неловко должно быть ему, а становится именно мне.
– Руслан… – пытаюсь вразумить я его и, выпрямив спину, встаю в полный рост.
Таким образом, мы оказываемся практически одного роста, однако, мужчина все равно выше меня. Пристально смотрим в глаза друг другу. Его зрачки широкие, темные, как глубокое озеро в хвойном лесу.
– Т-щщщ, заглохни, – кладет указательный палец на мои губы и неожиданно заявляет: – раздевайся!
– Не поняла, – ощущаю, как его палец движется в такт каждой сказанной мною букве.
– Ты помогла мне, теперь – моя очередь. Поверь, ты останешься довольна.
Он убирает руку от моего лица и, умудрившись за долю секунды развернуть меня к себе спиной, подталкивает к бортику ванны. Я по инерции поддаюсь мужским движениям, поздно вспоминая, чего именно от меня хочет Руслан. Зацепив бретельки платья, он намеревается спустить их вниз вместе с платьем, но я не позволяю. Внезапное смущение одолевает меня, и я застываю на месте, наблюдая, как мужчина наклоняется к кранам и начинает набирать воду в ванну. И кто меня дернул помочь ему? Сидела бы на месте, не чувствовала бы сейчас прилив неловкости и стеснения.
– Я сама могу помыться, – заявляю, все еще удерживая бедные бретельки платья. – К тому же, тебе нельзя рану мочить!
– Уж, как-нибудь это, я смогу пережить, – Руслан выпрямляется в полный рост, попутно захватывая гель для душа или шампунь для волос (зрение у меня так себе), принюхивается к запаху и стреляет в меня пытливым взглядом. Пахнет лавандой, как и я сегодня… Он знает об этом. – Жду минуту, потом сам раздеваю.
На сей раз, тон беспрекословный, не терпящий всяких возражений или отговорок. И неважно, что ты чувствуешь себя не в своей тарелке, более того, ощущаешь, как тебя незаметно приковали невидимыми наручниками. Теперь шаг влево, шаг вправо – расстрел.
Платье слишком быстро спадает вниз, лишь на секунду задержавшись на округлых бедрах. На мне остаются лишь крохотные трусики. Их снимать я не намерена. Обойдется!
Старательно избегаю смотреть в серые глаза мужчины и видеть его довольное выражение лица, потому что мне крайне трудно владеть собой в данной ситуации. Я уже на грани того, чтобы залепить ему пощечину и накричать за то, что втянул в этот дикий ужас.
Я не жду, пока вода полностью заполнит ванну, поэтому забираюсь в нее, попутно услышав короткий смешок. Видимо, Руслану весело наблюдать, как я прямо в трусиках собираюсь мыться.
– Как будто так, твой прелестный зад не виден.
Вода немного горячая, но все равно приятно. Я даже позволяю прикрыть на некоторое время глаза и насладиться ощущением обманчивого спокойствия. День выдался долгим, донельзя странным и немного пугающим. Я вымотана.
Чувствую присутствие Руслана слишком близко: он прикасается к моим волосам, затем начинает лить на них воду из лейки. Боже, я кайфую. Пальцы медленно, с какой-то нежностью, перебирают пряди моих волос, наносят шампунь на корни и начинают пенить. По телу распространяется приятное тепло, а по коже – мурашки.
– Тащишься, да?
Я так резко вскинула голову на звук его голоса, что едва не клюнула его носом в щеку.
– Я бы остановилась на «довольно неплохо».
Смыв с волос шампунь, он протянул руку к другому флакону, немного пролив средство на ладонь.
Мужские пальцы на моем теле были настойчивы, умело гладили и проделывали запрещенные маневры. Его рука на секунду задержалась чуть ниже живота, отчего у меня сперло дыхание, прежде чем снова поднять вверх, к груди. Во рту пересохло, словно в пустыне.
– Руслан… – сипло попросила я, а чего, сама не понимала.
Да, у меня были парни. С одним даже дело дошло до постели, однако, таких эмоций и ощущений, от которых тебя будто скручивало и выворачивало наизнанку, я не испытывала. Это пытка. Стоит признать, мне до умопомрачения нравятся его движения, которые больше походят на звериную ласку. Когда его рука задела чувствительный сосок, я не смогла сдержать голодного стона и выгнула спину, откинувшись на борт ванны.
– Что, перестать? – как-то издевательски спросил, но ласкать соски не перестал. – Какая непослушная девчонка… Все мозги мне затрахала. Придется, вернуть назад тебе монету.
Меня передернуло, когда Руслан просунул руку между ног, отодвигая край трусиков, и стал поглаживать меня там. Пальцы ощутимо сжали клитор, и я захлебнулась собственным стоном. Затем резко ввел меня два пальца и начал вводить их так, что живот моментально скрутило. Ощущения настолько оказались сильными,
