своё импровизированное оружие в правой руке, а левой достал карту.
Внимание! Вы желаете изучить навык «Владение Двуручным топором»?
Да/Нет
И вновь череда образов нахлынула на меня волной. И, подстраиваясь под них, я принялся наносить размашистые удары. Следом продолжил движение, уже перехватив древко другим хватом и словно копьём, стал поражать воображаемого противника в живот.
Прошло неполных пять минут, а я, чуть запыхавшись, опустил мотыгу с полным осознанием того, что не зря выучил ещё один навык. Теперь я отчётливо понимал, какие финты и приёмы будут наиболее полезны, если придётся сражаться с таким противником, как Хродгар.
— Нужно будет непременно изучить все боевые навыки, — прошептал себе под нос, вспоминая тот обширный список, что видел во время инициации.
— Что, господин? Я не расслышал? — давешний раб, с изумлением пронаблюдавший за мной, непонимающе на меня уставился.
— Мотыгу, говорю, на место убери! — отмахнулся я от него.
Вернулся к Арете, которая уже закончила любоваться своим вновь обретённым образом, и с радостью послушал её весёлое щебетание, как в былые времена.
По ощущениям, до полудня оставался ещё в лучшем случае час, а вестей от Пелита так и не было.
Внимание! Доступна личная миссия.
Необходимо посетить домен Зевса.
Да/Нет
Облегчённо выдохнув, я призвал Люпуса.
— Охраняй, слушайся её во всём, — приказал я радостно тявкнувшему псу. А сам, попрощавшись с сестрой, принял миссию.
Вновь оказавшись в домене, я сначала испугался, что по воле системы попал незнамо куда. Величественный храм Зевса сместился в сторону, а напротив него расположился огромный лагерь, способный вместить в себя несколько тысяч человек.
Всё, что происходило в нём, казалось каким-то размытым. Лишь приглядевшись и сосредоточившись, я заметил мельтешение множества людей, снующих с непомерной скоростью.
Когорты легионеров за мгновение собирались в чёткие колонны и спустя миг вновь рассыпались, образуя клин. Впрочем, удалось разглядеть не только воинов ромея, но и бойцов в странных и непривычных доспехах.
Ещё дальше в лагере, я заметил стрельбище, так как ничем иным, нежели пулеуловителем, этот продолговатый холм быть не мог. Да и стрелковые позиции были очень похожи на те, какими я себе их представлял благодаря навыку.
Возле незримой границы, что разделяла храм от лагеря, стояли три человеческие фигуры. В двух из них я сразу признал Пелита и Марка Туллия. А вот третьего я смог определить только по зеленоватому нимбу над головой. Так как с нашей последней встречи он сильно изменился.
Глава 8
Перед битвой.
— Приветствую тебя, мой огневолосый спутник, — произнёс давний знакомец, согнувшись в поклоне. Ханец, а это оказался он, был облачён в чешуйчатый доспех, отливающий стальным блеском. И с нашей последней встречи он стал намного шире в плечах.
Кван И. Человек. Герой. Уровень 10.
Когда подошёл ближе и ответил на приветствие, то отчётливо разглядел смуглую кожу через широкие прорехи на боках его доспеха. Не мало этому подивился, впервые увидев столь странную броню.
— Ты как раз вовремя! — громыхнул Марк Туллий. Повернувшись в сторону лагеря, он приглашающе махнул рукой.
Едва мы вчетвером пересекли невидимую черту, как мельтешение в лагере резко замедлилось, а до меня начали доноситься отдалённые команды.
— Venite! (прим. автора лат, — Стройся), — гаркнул Легат, перекрыв сразу весь лагерный шум.
Ещё не успело развеяться эхо, как лагерь, словно единое живое существо, вздрогнул и выстроился пред нами в чёткие квадраты когорт. Три отряда были закованы в доспехи легионеров и ещё два в броню, очень похожую на доспех ханьца. Да и лица воинов в таких доспехах были все как один узкоглазыми. Последний отряд состоял из воинов Афинского гарнизона. Впрочем, командовали всеми отрядами исключительно люди легата, одетые в шлемы с продольным гребнем.
Выслушав доклады, поведавшие, что за время его отсутствия происшествий не было, Марк Туллий шагнул вперёд:
— Войны великого Зевса! Сегодня нам предстоит сразиться с грозным врагом. Я верю в вашу доблесть и в нашу силу! Вы лучшая армия во всей ойкумене, и я горд, что мне выпало счастье командовать вами! Иномирные твари жаждут, чтобы славная Гея стала кормом для их полчищ! Но я скажу — этому не бывать!
Одобрительно послушав нарастающий гул, Марк Туллий поднял вверх сомкнутый кулак.
— Многие из вас проливали кровь во имя золотой аквилы, и наш повелитель Кронид явил свою милость, вернув вас в строй. Но нашлись среди вас два трусливых хуесоса, — Легат призвал из торбы пару связанных легионеров. Связанные по ногам и рукам, они зашевелились, с трудом поднявшись на колени.
— Эти два ублюдка мало того, что отступили без приказа. Из-за них погибли ваши боевые братья! Приговариваю их к прибиванию к столбам!
Один из пленников обвёл затравленным взглядом притихший строй.
— Там была белая тварь, которую невозможно победить! — сдавленно крикнул он, нарушив тишину.
Марк Туллий шагнул в его сторону и коротким пинком опрокинул того наземь. И, призвав из торбы остальных легионеров, властно приказал:
— Притащите два брёвна! Ну а этим заткните пасти.
Пленным сноровисто забили рты кожаными кляпами, не забыв пройтись тяжёлыми калигами по рёбрам. И менее чем через две минуты перед нами лежали два брёвна длиной не больше десяти локтей.
В моей памяти пронеслись видимые не раз провинившиеся рабы, распятые на похожих столбах.
Каждого из провинившихся обступили как минимум полдюжины их бывших товарищей. Сначала с «Крикуна» сорвали доспехи, оставив его абсолютно обнажённым и сведя его ладони вместе, клиновидным медным гвоздём прибили к навершию брёвна.
Несмотря на кляп, наружу пробился сдавленный хрип, а сам распинаемый принялся извиваться, отчаянно лягаясь ногами. Ненадолго успокоив его двумя ударами под рёбра, к столбу прибили двумя гвоздями и ноги, пробив насквозь ступни. Точно так же поступили и со вторым, который более стойко принял свою участь.
У Марка Туллия остекленели глаза. А через пару мгновений прямо возле его ног в плотной земле возникли две глубокие ямы, размерами чуть больше, чем основания брёвен.
— Столбы вкопать! — скомандовал легат, как только его взгляд прояснился.
Одному за другим у пленников вырвали кляпы, и оба брёвна, под истошные вопли казнённых, подняли и, чуть подтолкнув, направили каждый в свою яму. Рухнув на полтора локтя, столбы встали, слегка накренившись, и в тот же миг земля вокруг них сошлась, выровняв и зафиксировав их вертикально.
— Трусость и смерть для вас означают одно и то же! — Марк
