Читаем без скачивания Цена твоих грехов (СИ) - Cherry Ksenia

С каждой секундой в мое сердце словно медленно погружали острый кол, заставляя мучительно долго умирать, истекая и давясь собственной кровью. Осознание того, что моих родных больше нет пришло не сразу. Адская боль распространялась в каждой клетке моего организма. Я больше не могла сдерживать ее.

Дрожащими руками распахнула массивную дверь. Я не понимала, что творю, казалось, что все это глубокий сон, который смотрю лишь со стороны, ожидая вот-вот долгожданного пробуждения. Вот только морок никак не желал рассеиваться, а все, что происходило в моей жизни было реальностью. Жестокой реальностью.

Все происходило как в замедленной съемке. Тело больше не слушалось меня. Набросившись на убийцу, я царапала ногтями его искаженное от непонимания и удивления лицо, оставляя кровавые глубокие полосы, которые вскоре превратятся в уродливые шрамы.

Я кричала так сильно, что стекла были готовы разбиться вдребезги. Кто-то оттащил меня в сторону, пытаясь успокоить, но мне было все равно, я не оставляла попыток вырваться из крепких тисков. Сквозь пелену увидела, как Соколовский старший встал на ноги, дотрагиваясь до своей окровавленной физиономии. Его губы изогнулись в едкой ухмылке. Он медленно подошел и со всей силой залепил пощечину. В ушах зазвенело от удара, из носа потекла тонкая струйка крови, но мне было все равно.

Я дергалась и извивалась в объятиях удерживающего меня Кирилла, выкрикивая проклятия и обещания отомстить.

— Только ты виновата в их смерти, глупая сука! Ты рассказала своей убогой семье то, чего знать кому-либо не положено! Но не волнуйся, скоро отправишься к ним, тебе недолго осталось, девочка! Когда мой сын наиграется, я лично убью тебя, предварительно пустив по кругу, — Он хлестал своими словами, заставляя внутренности сжиматься.

Тошнота резко подступила к горлу, голова шла кругом, но я продолжала упрямо бороться. Когда убийца вновь подошел и наклонил свое изувеченное лицо напротив моего, чтобы сказать какую-то гадость, я плюнула в него, понимая, что после этого он расправится с моей персоной раньше, чем обещал. Что ж, от судьбы не убежать. Смерть больше не кажется мне чем-то пугающим, наоборот это спасение от мук.

Выражение мужчины исказила дикая ярость и он занес руку для нового удара. Я мысленно приготовилась и вздернула подбородок выше, чтобы это чудовище не подумало, что боюсь его.

— Хватит! — неожиданно прогремел голос парня, который все это время продолжал сдерживать мое тело в кольце из своих рук. Он вдруг развернул меня и прижал к себе так, что я уткнулась носом в его мускулистую твердую грудь. Приятный дорогой парфюм проник в легкие, заставляя вдохнуть поглубже древесный аромат с нотками хвои.

— Ты что, щенок, защищаешь ее?! После всего, что я сделал для тебя, ты смеешь мешать мне наказывать эту наглую шлюху?!

Я не видела, что происходило за спиной, так как сильные ладони брюнета крепко обхватили мое дрожащее от озноба тело, но готова поклясться, что его отец в бешенстве и готов разорвать любого на мелкие частички.

— Она принадлежит мне и наказывать девушку могу только я. Уходи, — грубо закончил молодой человек.

— Ты пожалеешь об этом, сынок. Я заберу у тебя Ангелину совсем скоро. Так и знай, — прошипел бизнесмен, подходя к выходу.

— Не получится, папа, — последнее слово он процедил с отвращением.

***

Когда дверь с грохотом захлопнулась, Кирилл продолжал молча стоять вместе со мной в той же позе. Я не видела смысла сопротивляться. Самое страшное зло сейчас кроется не в этом человеке.

Моих маму и папу больше не вернуть… Эта мысль словно заноза засела где-то глубоко-глубоко, вызывая сильное воспаление, распространяющееся с огромной скоростью внутри меня. Я осталась одна в этом жестоком продажном мире, где все решают лишь деньги и власть. Человеческая жизнь не имеет в этой клоаке высокой цены. Здесь правят другие боги, которые выбирают кому жить, а кому нет. Брошенная, сломанная кукла с разрастающейся пустотой внутри и погасшей надеждой в кровоточащем сердце. Вот что со мной стало. Взгляд теперь открылся по-новому на все то, что происходит вокруг, то, отчего так долго уберегали меня мои близкие. А что делать дальше? Мстить? Отомщу, но успокоюсь ли я на этом в итоге…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не знал, что он планировал убить твоих родителей, — произнес парень, разрушая тишину вокруг.

Подняв голову, посмотрела в его сосредоточенное лицо. Он поднес большой палец к моим щекам и как-то небрежно смахнул скопившиеся слезы. До этого момента, я даже не замечала, что все это время плакала, уткнувшись в грудь своего врага.

— Если в тебе осталось еще хоть что-то человеческое— отвези меня попрощаться с родителями. Знаю, что на похороны нельзя, но если… Если хотя бы в морге увидеть их… — я запнулась, пытаясь сдержать вновь подступающую истерику.

— Поехали. Но сначала обработаем раны.

Я молча кивнула и на негнущихся ногах направилась вслед за ним.

Как жаль, что душевные раны обработать нельзя. Они все равно будут постоянно вскрываться, напоминая о прошлом…

Глава 19. (Кирилл)

В этот раз отец зашел слишком далеко. Я всегда знал, что он отличался особой жестокостью не только к чужим людям, но и к своей семье. Но угрожать сестрой? Это слишком даже для него. Кому как не ему знать о том, что я делаю все для Ангелины, переступаю через все и всех, чтобы найти лекарство и спасти ее. Злость заполняет каждую клетку моего организма. Он не посмеет забрать у меня самое дорогое. Не позволю.

Собравшись с мыслями, набираю номер начальника охраны.

— Андрей, срочно собирайте Ангелину вместе с сиделкой и увозите их из бункера ко мне домой. Если Виталий приедет раньше ни за что не передавать девушку ему, понял? И еще нужно усилить охрану на территории коттеджа, все ясно? Отлично, отбой, — сбрасываю номер и устало сажусь на край кровати.

Война так война, папа. Слишком долго подчинялся его прихотям. Теперь все будет по-другому.

Внезапный стук в дверь привлек мое внимание, и я заметил, как в комнату неуверенно вошла Милана.

— Я готова, можем ехать, — чуть слышно сказала девушка, опустив заплаканное лицо вниз.

Черт, совсем забыл о своем обещании отвезти ее в морг. Взяв со стула пиджак, жестом показал идти за мной.

Оказавшись в машине, моя спутница молча уставилась в окно, обняв себя руками.

Краем глаза наблюдал, как хрупкие плечи подрагивали, как она тыльной стороной ладони быстро смахивала предательские слезы, продолжая вглядываться в горизонт.

Девчонка не заслужила такого. Даже мое каменное сердце и прогнившая насквозь душа где-то там внутри сочувствовали ее горю.

К черту такие мысли. Переживет.

Либо это сделает ее сильнее, либо убьет.

***

Работники морга встретили нас косыми, недоверчивыми взглядами. Сказать о том, что Милана дочь погибших было бы глупостью с нашей стороны, поэтому пришлось немного соврать и, конечно же, заплатить.

Молодая лаборантка провела нас на место и окинув меня напоследок заинтересованным взглядом, удалилась.

Девушка долго не решалась подойти к двум рядом стоящим кушеткам, накрытых белой простыней. Она, словно превратилась в неподвижную статую, приобретая такой же белый цвет кожи, как и все вокруг. Наконец, блондинка медленно, немного пошатываясь подошла и дрожащими руками откинула ткань, накрывающую бездыханные тела ее родителей.

Секунда, и я подхватываю сползающую на пол девушку, крепко удерживая в своих руках. Ее трясет, словно в агонии, губы приоткрыты в немом крике, а из глаз лишь тихо скатываются прозрачные соленые капли на холодную больничную плитку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Переживет, переживет, переживет… Повторяю эти слова про себя, словно мантру.

«Не поддавайся слабости, не жалей эту девчонку, какое тебе до нее дело? — шепчут демоны в моей голове.»

Тогда, блядь, почему мне так сложно дышать сейчас, смотря за мучениями этой девочки? Почему так ломает внутри, когда вспоминаю себя в ее возрасте, стоя над холодным телом матери? Почему, сука…