Читаем без скачивания Письмо дяде Холмсу - Валерий Гусев

– Прямо владычица морская, – добавил и Алешка с незаметным смешком.

Царица и владычица, покраснев от натуги, пытаясь свести вместе полы тулупа и застегнуть пуговицы, подозрительно на него глянула.

– Сейчас лопнет, – испуганно шепнул мне Алешка.

– Царица? – шепнул я.

– Шуба.

Клавдия с сожалением стащила с крутых плеч тулуп и громко чихнула. Даже стекло в окне задребезжало.

– Забирай! – Клавдия с сожалением швырнула тулуп деду. – Нафталином провонял. Не пустят тебя в нем в театр.

Дед, под завистливым взглядом Клавдии, примерил тулуп.

– Ай да шуба! В самый раз! И в пир, и в мир, и в добры люди. Вот спасибо Митьку! Вот добрый человек.

– А вы, теть Клав, – вдруг сказал Алешка, – вы не расстраивайтесь. Забирайте себе Буяна в полное распоряжение.

– Это как? – огорчился дед.

Алешка как бы немного смутился. Показал, что вроде бы случайно проболтался. Но вроде бы теперь деваться некуда.

– А я вам, сэр, скоро настоящий снегоход подарю. «Буран».

– Чтой-то? – встрепенулась Клавдия. Вот-вот от зависти лопнет.

– Я скоро разбогатею. – Алешка вздохнул. – Наверное, миллионером стану.

– Клад нашел? – съязвила Клавдия.

– Нет. У меня одна штучка есть. Очень дорогая. Бесценная. Я ее продам и куплю дедушке Васе «Буран». А вы Буяна себе заберете.

Правду говорят, что жадные да завистливые, они очень глупые. Попалась Клавдия!

– Нет уж! – она ударила ладонью по столу. – Раз уж так, то ему – Буян, а мне «Буран»!

– Разберетесь, – великодушно согласился Алешка. – Мне-то все равно. Ну, мы пошли, у нас сегодня дел полно. Мы завтра в поход идем. В лыжный. На весь день – с раннего утра до позднего вечера. Нам подготовиться нужно.

– Ну-ну, – блеснула хитрыми глазами Клавдия. – Ты только в этом своем походе свою миллионскую штучку не потеряй.

– Что я – дурак? – обиделся Алешка. – Я ее спрятал. Глубоко.

Дед Вася вышел нас проводить. Оглянулся на окно, шепнул Алешке:

– Что задумал-то? На кого капкан?

До чего ж умный человек! А с такой дурой живет…

– Я еще сам не знаю, – признался Алешка. – Вот попадется – посмотрю.

– Может, участкового позвать? – предложил дед Вася.

– Потом, – сказал Алешка, надевая лыжи. – На готовенькое позовем. Пусть ему медаль дадут, мне не жалко.

Дед Вася проводил нас до самого дома.

– Ну, хлопцы, – веселился он, – если вы мне «Буран» подарите, то я свою мечту сделаю.

– Какую мечту? – Алешке интересно было, о чем может мечтать пожилой человек. Наверняка о чем-нибудь серьезном.

– Полетать мне охота, – таинственно сообщил дед.

Ну вот, еще один со съехавшей крышей! От Клавдии, что ли, заразился.

– Куда полетать?

– Да хоть бы над нашим раздольем, – мечтательно проговорил дед Вася. – Глянуть на нашу красавицу-Землю с высоты птичьего полета. На леса, на поля, на огороды… Со стороны оно ведь одно, а сверху – совсем другое. Заманчиво…

Да, похоже, что «сдвиг по фазе» – болезнь заразительная.

– А помело? – серьезно спросил его Алешка. – У вас уже есть?

– Почти что. Вон оно, – и дед мотнул головой куда-то назад. Где томился без дела его славный Буян.

А мне не только жалко его стало, а даже страшновато за него. Носится Клавдия по снегам на Буяне, воображая, что на помеле, а теперь и дед Вася заболел – на том же Буяне в небо подняться задумал. И подмигнул Алешке: мол, переводим разговор на другие рельсы, не такие опасные.

Но Лешка… Лешка, похоже, тоже эту заразу подцепил.

– А зачем откладывать? – заинтересованно спросил он. – Дадите полетать? Чур, первый!

– А как же! Дам, конечно. А откладывать-то?.. Разорять Буяна жалко. Хотя там и не шибко переделывать-то надо.

– Конечно! – подхватил Алешка. – Винт есть. Переставить его, как у вертолета, и все.

– Не все, – вздохнул дед Вася, – редуктор менять надо – обороты чтоб поболе давал.

Я переводил в изумлении глаза с одного на другого – со старого мечтателя на малого фантазера. Но постепенно и мне становилась ясной задумка деда Васи.

Задумка простая. А с его золотыми руками – вполне реальная. Переставить винт в горизонтальное положение, соединить его с двигателем другим редуктором – вот вам и помело. Летай себе над полями, над лесами и над огородами. А Клавдия будет бегать внизу, махать руками, бесполезно подпрыгивать и злиться.

И мне подумалось, что дело вовсе не в том, чтобы посмотреть сверху на леса и поля. Просто дед Вася мечтает улететь от своей Клавдии куда-то далеко…

Мы вернулись домой, очень довольные. Все у нас получилось. Вернее – пока получается.

И мы стали готовить «капкан». Вытащили все вещи из платяного шкафа и отнесли их наверх.

Я принес из сарая отвертку и ввернул шуруп в дверцу шкафа изнутри. Вошел в него, притянул дверцу за шуруп – она прикрылась.

– Нормально, – сказал Алешка. – Надо еще термос приготовить. И бутерброды.

– А яичницу? – усмехнулся я. – Или суп сварить?

– Да ладно тебе. Неизвестно, сколько мы там сидеть будем. Проголодаемся…

– Тогда и ночной горшок надо захватить.

– Потерпим. Как бы ему, этому Домовому, горшок не понадобился – от страха.

– Что ты еще задумал?

– Щаз! – Алешка сорвался с места и помчался в кабинет.

Через некоторое время я услышал за дверью:

– Дим, ты готов? Только в обморок не падай. – И он распахнул дверь.

В обморок я не упал, но чуть не сел на пол. На пороге стояло маленькое страшилище. У него была черная голова с оскаленными белыми зубами и горящими злобными глазами. Хорошо еще, что это чудище я уже видел.

– Здорово? – прогудел Алешка. – Я и тебе взял. – И он помахал в воздухе другой маской, такой же страшной.

– Может, не стоит? – засомневался я. – Помрет еще от страха.

– Ты лучше обо мне побеспокойся, – заявил Леха. – Бандит ворвется тайком в дом. А в этом доме – твой любимый младший брат. Маленький и беззащитный.

Вот выдал! Особенно – «тайком ворвется» и «беззащитный брат» с автоматом.

В общем, мы все подготовили. Оставалось только ждать завтрашнего дня. И мы занялись хозяйством. Прибрались, сготовили обед и припасы для засады. Поели от души и уселись перед видаком смотреть веселые комедии.

На самом интересном месте ожил мобильник. Звонил Митёк: как у нас дела и прочее?

– Да, – сказал он потом. – Я совсем забыл. Сходите к деду Васе, отнесите ему мой тулуп. Я его специально достал, чтобы он проветрился. Что ты молчишь?

– Уже.

– Что уже?

– Уже отнесли. Пусть чихает.

– Молодцы. В кладовке валенки стоят. Тоже ему отдайте.

Про оружие мы, конечно, не сказали. Еще успеем.

Глава IX

Капкан в засаде

Кажется, все, – сказал я.

– Окно не забудь отпереть.

– Сам не забудь.

И мы пошли в поход. Вышли из дома будто целое войско. Разве что без барабанного боя. Но с громом и треском. Постарались раза два или три погромче уронить на крыльце лыжи; переговаривались так, будто искали друг друга в глухом лесу. В общем, постарались, чтобы вся округа знала, что мы надолго уходим из дома. И делайте в это время в нашем доме все, что хотите. Ищите, прячьте – мы вам не помешаем.

Надели лыжи, вышли в поле. Алешка свистнул, как Соловей-разбойник, и мы помчались под горку с хохотом и визгом.

И очень скоро скрылись в лесу.

И, скрываясь за деревьями, обошли пруд, теперь уже тихонько – без хохота и визга – подобрались березовой рощей почти до забора. Здесь мы сняли лыжи, закопали их на всякий случай в снег и, как отважные разведчики, поползли к дому.

Очень скоро эта отвага нам разонравилась – в штанины, в рукава набился холодный снег. Там он начал быстренько таять и превращаться в не менее холодную воду. А что делать? Хорошо еще, что ползти пришлось не так долго, не до Северного полюса. Но когда мы подобрались к окну, зубы наши стучали так, что мы боялись спугнуть нашего любимого жулика. Домового то есть.

Я привстал, тихонько толкнул оконную раму, подумал с надеждой, как мы сейчас согреемся… Однако окно не отворилось.

– Сильней толкай, – простучал зубами Алешка. – Слабосильный…

Я толкнул сильнее.

– Ты что! – Алешка опять клацнул зубами. – Стекло выбьешь.

– Сам толкай, – рассердился я.

Алешка вдруг хихикнул. Подполз к другому окну, и оно послушно распахнулось от его легкого толчка.

– Ты, Дим, не в то окошко стучался.

– Это ты не то окно отпер!

Мы чуть не поругались во весь голос. Сообразили – притихли. Я подставил Алешке руки в «замке», он ловко влез в окно, протянул мне ледяную ладошку, помог забраться на подоконник.

Вот и дома! Вернулись под родной кров из дальнего похода.

Сейчас бы на горячую печку – согреться как следует. Но вместо этого мы, не раздеваясь, забрались в шкаф. Я притянул дверцу за шуруп, оставив для обзора узкую щелку.

Алешка тут же отвинтил крышку термоса. Я не возражал – горячий чай сейчас очень кстати.

После чая стало жарко. Мы сняли куртки, свернули их потуже и уселись на них.