Она взяла в руки первую бутылочку.
— Этот аромат получен на основе только естественных ингредиентов, включая то, что стоит дорого и доступно не круглый год, В коммерческих масштабах это нерентабельно. Вот это, — она взяла второе снадобье, — аромат, полученный путем подбора исключительно химических веществ. Они похожи, но мне никогда не удалось бы добиться такой насыщенной сладости без добавления трав. Они будто «раскрывают» аромат каким-то для меня самой непонятным образом.
Мне захотелось показать Дайане, что я понимаю ее правильно.
— Приведите мне какой-нибудь пример.
— Хорошо. Легко, например, получить искусственный запах лимона. Для этого нужен глицерин, хлороформ, азотистый сложный эфир, этилацетат, амилбутират, спирт и некоторые другие химикалии. Но запах будет явно искусственным, если не смешать полученный состав с некоторыми натуральными ингредиентами. И наоборот, многие синтетические вещества часто усиливают запах натуральных, так что при правильной комбинации полученный продукт может оказаться гораздо лучше духов, составленных на основе только химических или натуральных веществ.
К моим самым низменным инстинктам девятнадцатого века взывала идея усовершенствования природы человеком. Я спросил Дайану, запахи каких искусственных вещей можно использовать.
— Важнейшими являются ионон — для запаха фиалки, терпинол — для лилии, и… — она рассказывала со знанием дела, и я узнал многое об основных маслах, растворяемых в спирте, о помадах и вытяжках, о жидких и сухих духах.
— А вот здесь мой рецепт индийской пудры: три с половиной унции сандала, десять с половиной унций корицы, тридцать граммов гвоздики…
Экзотические рецепты составляли толстую книгу, но мы наконец спустились с вершин искусства составления духов к прозаическим способам изготовления крема для удаления косметики.
— Четыре фунта и двенадцать унций стеариновой кислоты…
Пока она звонким голосом зачитывала длинный перечень всяких веществ, я представлял себе миллионы женщин, втирающих в кожу лица миллионы баночек этого крема, и все это на фоне бесконечных долларов и центов.
— …И все эти химикалии доступны, — продолжала Дайана. — Разумеется, придется быть осторожными в отношении подделок, и поэтому поставщики должны быть совершенно безупречными… — И она принялась объяснять, как отличать натуральные масла от поддельных.
— …Они добавляют спермацетовый парафин для ускоренного застывания смеси — свойства, характерного для настоящего анисового масла, — с серьезным видом закончила Дайана. — Вам все понятно?
— Абсолютно. — Мысленно я уже решил выделить еще пятьдесят тысяч долларов для расширения дела, рисуя в своем воображении будущее акционерное общество, которое должно стать заманчивым для самых осторожных инвесторов. Только когда мы вернулись в дом и она показала мне эскизы упаковок для продукции, только тогда я понял, как далеко она зашла, прежде чем я почувствовал себя готовым рискнуть превратить ее крошечный бизнес в акционерное предприятие. Глядя на причудливые, безвкусно тисненные золотом по светло-голубому фону названия с затейливыми завитушками, я забыл о представившихся мне миллионах долларов годового оборота и опустился с небес на землю.
— Очень мило, — проговорил я. — Но это невозможно читать. По-видимому, этот цветистый шрифт выбран для того, чтобы вызывать представление об Индии.
— Вот именно! — победоносно воскликнула Дайана. — Мои изделия будут носить название «Тадж Махал».
Мой вздох прозвучал почти как стон.
— В чем дело? Почему бы и нет?
— Дорогая, ваши покупатели, весь этот мало образованный пролетариат, никогда не смогут даже произнести это название. А уж о том, что речь идет об Индии, они просто не поймут.
— Но я не собираюсь поставлять продукцию пролетариату! Она будет предназначена для тех женщин высшего света, кому до настоящего времени запрещалось пользоваться косметикой и которые могут позволить себе платить за новую моду, прелесть которой воспринимается обонянием!
— Ваши слова лишь означают, что вы не в курсе экономической ситуации тысяча девятьсот двадцать второго года. Я не сомневаюсь в том, что вы можете заработать шиллинг-другой, продавая свой товар аристократии, но если вы хотите должным образом вернуть мне мои деньги, вам следует рассчитывать на массы. Англия созрела для массового производства, и именно в него и надо вкладывать деньги, что я и делаю со своим капиталом. — Я сложил стопкой ее эскизы и вручил их Дайане. — Измените цвет, золото трудно читается, и хотя я люблю голубой цвет, он слишком бледен, чтобы производить сильное впечатление. Я поручу прибывшей из Нью-Йорка группе исследователей рынка решить, какие цвета могли бы иметь наибольший успех при сбыте.
Я принялся ходить по комнате, как делал, диктуя деловые письма, что позволило мне полностью сосредоточиться на этой проблеме.
— Удалите это затейливое тиснение, используйте простые, понятные буквы, которые сможет прочесть любой. Откажитесь от названия «Тадж Махал». Вам нужно название, звучащее как имя девственной героини романа девятнадцатого века. Давайте-ка подумаем. Как звали всех этих продажных женщин? Лили, Бэлл, Гленкора…
— Я не хочу называть свою продукцию именем какой-то дурацкой викторианской героини!
— Тогда подумаем о чем-нибудь классическом — почему бы… Ну да! Конечно же! Дайана! Вот то, что нужно! Дайана Слейд — очень мило и элегантно, и куда более очаровательно, чем ваше собственное, реальное имя. Мы назовем фирму «Дайана Слейд Косметик», и вы сможете «давать» своим духам имена богинь античности!
— Но какое отношение все это имеет к Индии?
— Совершенно никакого, но на ком лежит ответственность за то, чтобы продукцию покупали?
— На мне! На мне, слышите, вы, противный, вульгарный, гоняющийся за деньгами американец!
Я удивленно повернулся к ней, но, к счастью, удержался от смеха.
Подумав о том, как поступить, я не стал оправдываться, а просто сказал:
— Дайана, когда я был юношей, много моложе вас, я без гроша в кармане приехал в Нью-Йорк с беременной женой, и должен был зарабатывать на жизнь. У меня было псевдооксфордское произношение, я любил классику и страстно ненавидел вульгарность. Однако мне не потребовалось очень много времени, чтобы понять — эти сомнительные достоинства не имеют никакой ценности и не оказывают никакой помощи в таком городе, как Нью-Йорк. Я учился выживанию в суровой школе, Дайана. Надеюсь, что ваш курс выживания окажется более легким, чем мой.
