Пятёрка бойцов связала мужчину и поставила его на колени перед Мэри.
— Почему я не чувствую ваш разум? — прохрипел Барри.
— Потому что в стандартную экипировку разведчиков входят соответствующие артефакты, — менторским тоном ответила Мэри, вызвав неподдельный страх на лице несостоявшегося насильника. — Знаешь, я даже рада, что ты подсел ко мне. Во-первых, не придётся долго искать «языков». Во-вторых, тебя не жалко пытать. Скольких девушек ты сюда успел привести?
— Только тебя, — пробормотал Барри. Мэри кивнула, и один из бойцов ударил его ногой в грудь.
— Врать нехорошо, — покачала пальцем Мэри. — Особенно мне: я чувствую ложь на все сто.
— Итак, — Видящая откинулась на спинку кресла. — У тебя два варианта…
— Иди к чёрту! — рявкнул Барри. — Я ничего не скажу! Зато вы уже покойники.
— Значит, один, — вздохнула Мэри. — У кого есть беруши?
* * *
Начальник особого следственного изолятора, граф Раймунд Креси, изучал дела вновь прибывших. Он всегда был первым в очереди при делёжке имущества арестованных. В дверь настойчиво постучали, хотя Креси чётко сказал, что его нельзя беспокоить.
— Ну, что случилось? — раздражённо спросил один из самых влиятельных офицеров охранки.
— Там пришли трое агентов, — запинаясь, сказал личный секретарь, — требуют немедленной встречи.
— Проси, — вздохнув, ответил граф. Ссориться с оперативниками он не хотел, но тут же поморщился, понимая, что те пришли за своей долей. Причём эту троицу интересовало что-то конкретное.
— Добрый день, господа… и дама, — удивлённо сказал Креси, поднявшись из кресла.
— И вам, уважаемый граф, — улыбнувшись, ответила девушка.
Креси видел её впервые. Да и вообще, в рядах имперской службы лиц слабого пола было немного.
— Мы знакомы? — поинтересовался Креси.
— Шапочно. Но кто же не знает такого уважаемого офицера в нашей службе! — ответила девушка.
— Благодарю за столь лестный отзыв…
— Мэри Реймс, — поклонилась девушка. — К сожалению, мы здесь с коллегами по делу.
— Я весь внимание, — граф указал на гостевые кресла. Троица гостей, благодарно кивнув, заняла места.
— Нас интересует конкретный подданный империи.
— Кто же этот смертник, раз за ним пришли сразу трое агентов? — усмехнувшись, спросил Креси.
— Маркиз Удо, — ответил один из троицы.
— Маркиз… — тут же помрачнел Креси.
— Что-то не так, уважаемый граф? — участливо спросила Реймс.
— Мы, как бы это сказать… — замялся начальник изолятора.
— Не успели оценить имущество, нажитое незаконным путём? — подсказала Мэри.
— Да! Именно так! — облегчённо выдохнул граф.
— Через трое суток вернём обратно. И вы сможете продолжить изыскания, — улыбнувшись, сказала Реймс. — Надеюсь, про нас не забудете?
— Как можно забыть столь прекрасную леди? — горячо воскликнул Креси. — Тем более если она понимающий все нюансы коллега по цеху. Я сейчас же распоряжусь.
— Замечательно! Благодарим вас за содействие, граф, — Мэри поднялась, давая понять, что разговор окончен, и подала руку. Креси галантно поцеловал её.
* * *
Маркиз Удо, подтянутый мужчина чуть за пятьдесят, появился из служебного входа с мешком на голове. Двое бойцов быстро засунули его в карету, после чего, отсалютовав, вернулись в здание изолятора. Удо не проронил ни слова, даже когда его доставали из кареты и усадили в жёсткое кресло.
— Мы в воздухе, — уверенно сказал Рудольф Удо. — Скажете родне, что пытался улететь вопреки приказам и был сбит?
— Слишком много сложностей придумал, — услышал он насмешливый женский голос.
С головы Удо сдёрнули мешок. Перед ним сидела девушка, у неё за спиной стояли двое бойцов.
— Кто вы? — слегка опешив, спросил Удо.
— А можно чуть больше благодарности? — слегка обиженным тоном сказала девушка. — У тебя есть трое суток, чтобы вывести все средства твоей семьи из-под удара. И нет, твоё золото нам неинтересно, оставь себе.
— А дальше что? — сглотнув, спросил маркиз.
— Решим после общения с моим супругом…
Глава 8
— Давай-ка уточним еще раз, — сказал я, помассировав виски. — Ты фактически похитила человека, непонятно в чем обвиняемого, целого маркиза. Причем сделала это не из обычной тюрьмы, а буквально из охранки, используя перстни имперской службы безопасности. Я ничего не упустил?
— Все так, дорогой, — смиренным голосом ответила Мэри. — Однако обстоятельства сложились так, что не воспользоваться этой возможностью было бы большим грехом.
— Улики? — уточнил я.
— Обижаешь, — фыркнула Мэри. — Какие улики? Мы все сделали чисто и красиво. Правда, они запомнили ваши лица.
— Это была вынужденная мера, — призналась она. — На входе в здание стояли артефакты. Вполне возможно, они могли засечь наличие магической личины.
— Ладно, проехали, — вздохнул я. — Но я все еще не понимаю, зачем ты это сделала?
— Долго рассказывать, — ответила Мэри.
— Так и я никуда не спешу, — удивленно сказал я.
— Меня пытались изнасиловать, — резко сменила тему Мэри. — По крайней мере, мне так изначально планировалось.
— Попытка не пытка, — задумчиво пробормотал я. — А в твоем варианте, наверное, именно пытка.
— В том числе, — весело ответила Мэри. — Вопрос в том, кто это пытался сделать. Как раз один из офицеров имперской службы безопасности. Более того, он был достаточно сильным менталистом.
— Но этого, разумеется, не хватило, чтобы пробить мою защиту, — добавила она.
— Пользуясь положением в личных целях? — спросил я у супруги.
— Полностью и бесповоротно, — подтвердила мои догадки она. — Причем очень топорно и фактически не скрываясь. Я с ним пообщалась в домике, где он любил измываться над своими жертвами. Он делал это на протяжении последних пяти лет. Причем он такой не один, буквально каждый первый из этой братии.
— Отсюда вопрос… — сказал я Мэри.
— Да, тот самый, — подтвердила мои подозрения супруга. — Они фактически опричники. Один из столпов, на которых держится власть местного императора. Большая часть из них обладает даром менталиста. Здесь нет даже видимой оппозиции или какого-либо противовеса монарху. Точнее, не так. Он был до последнего времени, но за полтора года всю эту группу практически вырезали под корень. Маркиз Удо был как раз последним оплотом, вокруг которого держались те, кто пытался хоть как-то повлиять на ситуацию в стране.
— Только не говори, что ты хочешь использовать его в качестве символа для начала гражданской войны внутри империи.
— Почему бы и да, — спокойно ответила Мэри. — Это отличный вариант. Пусть они занимаются друг другом и не лезут в степь, и тем более к нам.
— Хорошо. Что из себя представляет этот самый маркиз?
— В каком-то смысле типичный аристократ, — задумчиво произнесла Мэри. — В свое время хапнул лишнего на волне успеха и заимел кучу авторитета среди местных дворян. Но после того, как на трон взошел один из сыновей почившего десять лет назад старого императора, все серьезно изменилось.
— Ну, скорее всего, я знаю, что изменилось, — улыбнулся я. — Закрутили гайки как положено: отменили всякие налоговые льготы, начали собирать налоги так, как было
