все ради чего? Ради блестящего металлического кружка на ленточке. Отдаешься спорту без остатка, как коренная американка за стеклянные бусики. Просто варварство какое-то. Хотя, это утрированно, конечно. Квартирка вот прилетела от щедрот Минспорта после триумфальной победы на прошлом чемпионате, где она на целых полтора балла обскакала японку и на два с четвертью американку. А все потому, что только Алиса Серебрякова сделала такой сложный каскад. Так что выкусите! И на грядущем чемпионате она должна всех сделать! Если бы только убедить повысить дозу триметазидина. Но Торадзе решительно против, препарат вполне может войти в состав запрещенки, и тогда вообще всего лишат.
Антон Романов в качестве пары ее вполне устраивает. Родители тоже одобряют выбор. Надо признать: как только прессе стало известно об их романе, Алиса стала котироваться выше. Их и на телевидение вместе звали, и рекламные контракты предлагали. Она в прошлом месяце очень неплохо заработала на рекламе мази от травм, дезодоранта и линии спортивной одежды. Еще предлагали прокладки рекламировать, но она отказалась. Алиса Серебрякова не должна ассоциироваться с чем-то нечистым.
И все было бы хорошо, если бы не неприятное ощущение, что Антон ходит налево.
Она даже догадывалась, с кем. Пару раз она уловила от него аромат пошлых тяжелых духов, которыми пользовалась эта мерзкая Кротова, грудастая шлюшка, что с ядовитыми ухмылками смотрела на нее на тренировках, будто что-то зная. И подружки ее шептались, наверняка обсуждая неудачницу Серебрякову, которая вся из себя такая успешная, а парня удержать не может. И, как ни жаль в этом признаваться, отчасти они правы. Антон – парень горячий, чистый тестостерон, ему секса хочется, а ей, честно говоря, нет, да и нельзя из-за гормонов. Вон Сашка трахалась со всеми подряд, ее и разнесло, как барабан. Потому к телу Антона Алиса допускала редко, да и то в скучных для него миссионерских позах. Все по-быстрому, без прелюдий, игр и ласк. Ну, ему и надоело. Вот только отпустить его она не может. Впереди маячит еще один крупный контракт – китайский автоконцерн предлагает рекламировать их внедорожник. Но если выплывет информация, что они разошлись, его предложат другой паре спортсменов.
И еще, что было непонятно самой Алисе, она действительно вроде как… влюбилась. Не так, как описывалось в книгах, не так, как показывали в фильмах. Для нее Антон был чем-то своим, принадлежащим только ей, как свалка забытых мягких игрушек в комнате. Глядя на него, Алиса, не отдавая себе отчета, произносит про себя простую фразу: «Это моё. И делиться не намерена, ни с кем, никогда».
А в нем что-то меняется. Видимо, грязная шлюшка Алекс Кротова плотно запустила в него свои когти. Антон охладевает к Алисе и порывается о чем-то серьезно поговорить, но она выскальзывает из неприятной темы, как намыленная. Она вообще огромный мастер уходить от неприятных разговоров. Антон, кажется, понимает в чем дело, и начинает ее избегать, а сам проводит время бог знает с кем, говорит, что не в городе, но она однажды, воспользовавшись наивностью парня, поставила на его телефон программу, позволяющую отслеживать перемещения. И пару раз он точно был по адресу, где жила мерзкая Кротова.
Хотелось его убить за это предательство, но Алиса сдержалась. На Кротовой не сошелся свет клином, скоро ее вышвырнут вон, она исчезнет с горизонта и уедет в свой Зажопинск. Главное – выждать. А пока его надо привязать самым простым способом – сексом. А еще можно отомстить, например, замутить с его дружком, сделав вид, что ей все равно. Сомов вполне подходит. Этот здоровый слон тоже хочет секса. Пару раз она даже соглашается, мужественно терпит его неуклюжие и грубые ласки. Но все не то. Это не Антон, надо вернуть его! И Алиса зовет парня в гости, где торжественно вручает подарок, – новенький телефон, последняя модель, все навороты, мощная камера, модный чехол. Если бы она могла, то попросила на чехле крупными буквами написать: «Выкуси, Кротова!» Он тоже явился с подарком – гигантским, как зонт, букетом желтых роз. Алиса любит их, несмотря на предрассудки, мол, желтые цветы к разлуке. Так мило, что он помнит, какие она любит. Надо будет хоть селфи сделать.
Потом она затащит его в постель. Антон не будет сопротивляться. А Алиса попытается быть страстной и необузданной, но все, как обычно, выйдет как попало. Ей не понравится секс и, ему, кажется, тоже. Она первой уйдет в ванную, где с трудом удержит слезы разочарования. Когда Алиса вернется в комнату, Антон будет все так же сидеть на краешке постели и вертеть в руках обновку.
– Не синхронизируется с облаком, – жалуется он. – Ладно, потом разберусь.
– Родители зовут нас на ужин послезавтра, – будничным тоном говорит она, поправляет волосы и обнаруживает, что одна серьга отцепилась. Алиса откидывает покрывало и начинает искать. Серьга валяется между подушек. Она цепляет ее на ухо. – Ты заедешь за мной?
– Что?
– Я говорю, ты пойдешь на ужин? Мама обещала что-то невероятное, наверняка будет рыба, помнишь, как ты любишь?
Родители никакого ужина устраивать не собирались, но Алиса убедит их в его необходимости, и они, как всегда, сдадутся. Мать уже подозревает, что отношения дочери в состоянии, близком к катастрофе, и вывернется наизнанку, чтобы будущий зять не соскочил с крючка.
– А? – переспрашивает Антон и смущается. – Нет, не пойду. И телефон ты зря купила, не день рождения же… Да и вообще. Я все хочу с тобой поговорить.
– О чем?
Конечно, она понимает, о чем, и не желает слушать, но это так же неотвратимо, как оценки судей после падения на тройном тулупе. Хочешь не хочешь, придется держать лицо и слушать безжалостные механические слова. Плакать будешь потом, одна, в гостиничном номере, потому что слабину нельзя показать даже тренеру.
– Нам надо расстаться, Алиса. Ничего у нас не выходит, – просто говорит Антон.
Улыбка на его лице жалкая, совершенно мальчишеская. Она ненавидит его за эту простоту и эту улыбку. Он не смеет улыбаться, когда ее самолюбие раздавлено грязным сапогом, как цветущая ромашка. Она могла бы прямо сейчас дотянуться до вазы с желтыми розами и расколошматить ее об его тупую башку. Но она – Алиса Серебрякова, девушка не из серебра, а из стали, и не позволит себе никаких слабостей.
– Ладно, – спокойно произносит она и этим явно сбивает Антона с толку. Он уже готовился к истерике и обвинениям, поэтому жалкая улыбка превращается в растерянную.
– Ладно? – переспрашивает он. Она кивает.
– Господи, Антон, мы взрослые люди. У нас карьера на первом месте. Делать трагедию из того, что
