в очень странных, прямоугольных, темных очках, а рядом — рыжий мужик, потерянный немного. Они, вроде как, за руки держались. В третьем ряду сидел седовласый парень, но на вид ему было всего лет 25, может, а то и меньше. Че он седой был, так я и не понял. Может быть нервничал много. И в самом конце, на одиночном кресле, сидел очень угрюмый пацан моих лет, весь в черной одежде. Он все время в телефоне ковырялся.
— Сколько с нас? — спрашиваю я у водителя, хоть он и сказал, что так подбросит.
— Так вас подбросим, — говорит он опять. — Все равно мы с семьей тоже едем к метеориту.
«Ну и семейка, — думаю. — Дикая какая-то. Типаж на типаже».
— Спасибо, — благодарю я его.
— Да не за что. А вот и она.
Сказал он это, и тут же в маршрутку зашла деваха. Она была мощная такая вся, мускулистая сильно, и прическа у нее стремная была, типа, завитки какие-то. Зашла она, а тетка в этих стремных очках сразу и говорит:
— Чё долго так, из Китая, что ль, шла?
— Не ваше дело, — ответила девчина это, да так остервенело, что я аж удивился.
Она уселась рядом с седовлаской, поцеловала его и спрашивает шепотом:
— Что она ко мне прикопалась? Что я такого опять сделала?
— Я все слышу, — говорит та в очах, — не надо ябедничать моему сыну на меня же.
— Ладно, мам, успокойся, — говорит водитель, — у нас тут вообще- то гости.
— Извини, сынок, извини, полетели.
«Полетели? Наверное, она имеет в виду быструю езду?» — подумал я.
— Все престигнулись? — спрашивает он.
«Че? В маршрутке еще и пристегиваться надо, что ли?» — спросил я у себя. Но все равно пристегнулся и Насте помог тоже.
Отъехали мы, значит, от остановки и тут — бац — взлетать начали. Реально взлетать. На маршрутке этой разваливающейся. Настя сидит, глаза выпучила и голос, видать, потеряла от страха. Лешка же еще и рот растопырил.
— Не ожидали? — спрашивает очень весело водитель.
— Нет, — говорю.
— Это мое новое изобретение. А все, — говорит он с самодовольной усмешкой, — потому, что в качестве топлива я использовал персиковый сок.
— Персиковый сок? — спрашиваю.
«Не ослышался ли я?»
— Да, — говорит, — он обладает огромным гравитационным потенциалом.
— Аааа, понятно. А че другой сок не обладает им? Там апельсиновый, яблочный или яблочно-персиковый? А мультифрукт?
— Нет, — говорит. — Хотя яблочно-персиковый, в принципе, можно использовать, но это зависит от концентрации. Сейчас такую бадягу продают иногда, даже пить невозможно, не то что летать.
— Аааа, ну да, точно, — говорю я, как пришибленный дурачок.
— О, смотри! — вдруг вскрикнула Настя и указала в окно. — Маша летит!
— Маша?!
— Да, одноклассница моя.
Я посмотрел в окошко, а там реально девочка летела, спокойно так, и махала нам рукой. Мы ей тоже помахали, и она тут же улетела.
«Че, вообще, происходит?» — думаю.
— Я чуть не забыл, хотел спросить вот что, — сказал водитель. — Мы сами не из Зурбинска, только за Викой заезжали. Говорят, что у вас там обычные живут, то есть без сверхспособностей, это правда?
— Да, — отвечаю я и злобно смотрю на Настю с Лешкой, чтобы они рты свои не раскрывали, — но я не знаю кто они.
— Аааа, бедняги они, — говорит он и качает головой. Расстроился как бы. Жалость в нем проснулась, видишь ли.
Прикиньте, да! Сутки всего-навсего прошли, а для всех это, типа, уже нормально, как будто всегда так и было. А нас, короче, в красную книгу уже можно заносить, как вымирающий вид.
Ну и вот, через минут шесть или семь мы уже были там. Они нас высадили, а сами еще куда-то полетели. А я, вообще, как думал до этого. Думал, что все здесь будет огорожено. Ну как там бывает? Пленки эти всякие, ленты, лаборатория, охранников куча, ученых и все такое. А они, значит, сделали здесь, типа, парк развлечений. С одним, правда, развлечением только. В смысле, с камнем этим. Повсюду там стояли машины, палатки даже были. Люди ходили, летали, бегали туда-сюда. Ворота огромные ещё сделали и кассу поставили.
Да, представьте себе, за это пришлось еще и платить. Видать, кто-то решил, что можно и деньжат по-легкому срубить на этой канители. Ну, мы и заплатили за вход по сотне и еще по двести за то, что бы прикоснуться к нему. В смысле, к метеориту этому. Я не хотел, но Настя начала выступать. Разнылась вся, что, типа, вдруг, если мы к нему прикоснемся, то у нас тоже появятся сверхспособности и всё такое прочее. Бред, короче, полный. Но в итоге пришлось мне за них заплатить. Хорошо, что для обычных скидка была, хоть какие-то для нас плюсы. Типа, мы инвалиды какие.
Купили мы эти билеты никчемные и пошли к воротам. Перед воротами вколотили огромную табличку: «Телопортам за незаконное проникновение штраф 5000 рублей». Рядом с этой табличкой стояла контролерша. Довольная такая, радостна даже. Обычно же они мрачные до жути. Скажешь ей: «Здраствуйте», а она тебе скозь зубы ответит так: «Здрасте». А потом спасибо скажешь, а в ответ тишину только и услышишь. Ну, короче, я протянули ей билеты за нас всех, а она такая посмотрела на них, и они сами надорвались. Представьте, типа, ей даже лень в руки их было брать.
— Пожалуйста, ребята, проходите, — говорит она, да так вежливо, что аж не по себе как-то стало. Ну мы и пошли.
Внутри, в этом лагере или парке, как его там назвать правильно, не знаю. Там было, в общем, как… знаете, типа, как на День города какой-то, что ли. Были там всякие палатки с булочками, хот-догами, гамбургерами, салатиками и так далее. Конкурсы какие-то проводили. Шашлыки там делали и там же прям и жрали их все. Сахарную вату тоже продавали. Настя с Лешкой начали у меня ее выпрашивать. Как маленькие себя там вели.
— Нет, — говорю, — перебьетесь, и так я за вас уже заплатил.
Они, естественно, надулись, но все равно тащились рядом.
Еще там игрушки и сувениры продавали. Главное, наделали уже магнитиков, брелков и значков всяких с этим метеоритом. Когда только успели?
Костры еще там жгли, сидели вокруг них, плясали и песни горланили. Короче, лишь бы всем было собраться, да побухать, да повеселится. В общем, как обычно. А на камень тот всем уже по фигу было. Он, вообще, был на самой окраине этой канители. Оградили его, значит, заборчиком каким-то мелким и калитку даж сделали, тоже мелкую такую же. Там стоял еще один контролер и мужик в белом халате, типа, ученый, а, может, мошенник какой. Он предлагал экскурсию провести за 300 рублей. А что там экскурсировать-то? И так все
