заливается смехом звонче прежнего. Веселясь, она поднимает взгляд выше и замечает в небе иную силу. Она смотрит на белые пушистые облака, украшающие собой небо, и яркое солнце слепит ее голубые глаза. Мягкая зеленая трава газона, на котором играют боги, взывает к горам позади них. Их вершины, размокшие от дождя, поют ту же песнь, что богиня кельтов напевает про себя. Ветер приносит на ее губы солоноватый вкус моря, что прячется за холмом позади. Она почтительно кивает, увидев на его вершине круг камней. Слизав соль с губ, богиня улыбается, чувствуя, как все океаны мира танцуют в ней.
То, что она чувствует, – и есть Авен, она в нем, он окружает ее и все остальное в нашей необъятной Вселенной. Она напевает ее музыку, пока дышит, чувствуя его в каждом атоме кислорода и водорода, что попадает в легкие. Он ласкает атомы углерода, из которых она состоит, и она чувствует звезды далеких галактик и черные дыры, что втягивают всю материю обратно в поле Авена. Авен есть все сущее. И крошечные насекомые, ползающие у ее ног в поисках еды, ползут сквозь эссенцию Авена.
Его песня нарастает внутри, и богиня кельтов закрывает глаза, другие боги перестают играть и оборачиваются к ней. Она поет славу Авену, и остальные подхватывают эту песнь. Голоса звучат в унисон. Унесенные восторгом Авена, они поют людям, что поклоняются им, народам и цивилизациям, оставляющим подношения на их алтарях, они тоже плывут в божественном единстве Авена. На мгновение мир замирает и повышает голос – это из глубин поет энергетическую песню Вселенной Авен. Поет и будет петь всегда.
Где Авен? Можно ли его увидеть?
Да, Авен проявляется в том, что создают самые разные художники нашего мира. Авен в песнях, живописи, литературе, поэзии, ремеслах, что есть лишь средства выражения нашей глубокой духовной связи с этой вселенской силой, там, где Вселенная через мириады жизней живущих в ней существ познает сама себя. Авен может быть выражен только через наше творчество, когда мы получаем доступ к огромному котлу возможностей и даем проявление тому, что прежде его не имело.
Концепция Авена – центральный элемент друидизма и не только его. Эту концепцию можно адаптировать для любой языческой традиции, что обогатит их практики и ритуалы. Глубокое понимание Авена поможет включить его в свои ежедневные практики, групповые практики, круги развития и сезонные празднования. Этот дух, или эссенция, есть основа всего кельтского тайного знания, он – сердце кельтской мифологии и магии, сила, что связывает мифы стран и народов с самой Вселенной в единое целое. Чтобы постичь магию кельтов и друидов, нужно владеть языком Авена. Авен – это Дух Святой кельтских стран.
Авен вошел в капли, что попали на палец невинному Гвиону Баху, и изменил его. Эта трансформация привела к его инкарнации в облике пророка Талиесина, который пел о парящем духе вдохновения и мудрости. И именно в стихе пророка из невероятно глубокой «Книги Талиесина» мы впервые встречаем в письменном виде самое слово Авен. В стихотворении Angar Kyfundawt, то есть «Заговор врагов», есть строки:
Awen a ganaf, o dwfyn ys dygaf
Auon kyt beryt: gogwn y gwrhyt,
gogwn pan dyueinw, gogwn pan dyleinw,
gogwn pan dillyd, gogwn pan wescryd.
Gogwn pet pegor, Yssyd y dan vor[12].
Авен пою я, из глубин призывая его.
Он течет как река, и мне ведома сила его.
Ведом его отлив, ведом его прилив,
Ведом избыток и ведома засуха.
Мне ведомо, сколько в мире подводном тварей живет.
Прежде всего, упоминая Авен, Талиесин хочет сказать, что именно божественный Дух даровал ему знание всего сущего. Слова «из глубин призывая его» указывают, что пророк осознавал Авен как неотъемлемую часть всего живого и знал, что все мы плывем в его потоке. В этой и следующих строфах Angar Kyfundawt Талиесин говорит о том, что представляет себе размеры Авена и знает, как он течет. Знает, когда наступают отливы, куда движется Авен и сколько живых созданий живет под его водами. Полное познание Авена позволяло Талиесину воспринимать и знать все и обо всем одновременно, ведь все сущее находится в потоке Авена.
Из этого стиха совершенно понятно, что Талиесин воспринимал Авен как нечто всепронизывающее, вездесущее. Авен одновременно есть во всем, всюду и во все времена; он не связан известными нам законами физики, ибо пребывает под тканью видимой нам Вселенной. Это то, из чего выстроена наша Вселенная, это ее душа, и вместе с тем это дом всем тем бесчисленным духам, что переходят в него из физического измерения и уходят обратно. Жизнь, дыхание, смерть, возвращение, приливы и отливы бытия – все это выражение Авена, что поднимается из глубин невидимого мира. Порой из-за нашего человеческого опыта мы чувствуем себя оторванными от Авена, нам кажется, что мы осиротели в этом мире. Авен может вывести человека из этого состояния, показав, что тот – важная часть Вселенной. Однако сам подобный процесс не поддается никакому осмыслению. Чтобы Авен мог подтолкнуть дух к состоянию осознанности, его нужно почувствовать. Необходимо полностью в него погрузиться, чтобы ощутить ту связь, как Гвион Бах еще до того, как стал Талиесином. Познать Авен можно лишь пройдя инициацию. Как говорят легенды и стихотворения: Ac yna yr ordeiniodd hi drwy gelfyddydd llyfrau Pheryllt i ferwi pair o Awen («И узнала она из книги Фериллт, как приготовить Авен»). Далее в той же рукописи поэт утверждает: Mi a gefais Awen o bair Karidwen («Свой Авен я получил из котла Керидвен»)[13].
В исторических рукописях говорится, что знание Авена или возможность его получить приходит к человеку через творческий процесс, способствующий трансформации. В конечном итоге такой человек перерождается воплощением Пророческого духа. В таком случае инициация проходит не так, как это делается в современных ковенах и рощах. Нет, это личная инициация через архетипы. Так посвящают не в члены группы, но в самое сердце кельтского тайного знания и магии. В нашей легенде, например, Авен получен посредством зелья, компоненты которого плывут в потоке Авена. Они отбирались за свою способность разжечь в адепте ту искру, которая необходима, чтобы отправиться в осознанное путешествие в Авен.
