Читаем без скачивания Марсельская авантюра - Питер Мейл

— А кто этот клиент, он не сказал?

— В этом не было необходимости. Уже через пару минут стало ясно, что он работает на этого англичанина, Уоппинга.

— А как он тебя узнал?

— У меня запоминающаяся прическа, а в начале каждой статьи всегда стоит маленькая фотография автора. Ну, я, как водится, рассказал ему о свободе прессы и о том, что наш редактор, скорее всего, с удовольствием предоставит место и для выражения противоположной точки зрения. Это ему понравилось: он закивал, заулыбался, а потом вынул конверт. Довольно толстый.

Филипп остановился, чтобы перевести дух и глотнуть пастиса.

— И тут этот урод говорит: «Вот именно — другая точка зрения. И вы как раз тот человек, который ее выразит. Возможно, вам не помешает небольшой стимул». И протягивает мне конверт. «Здесь десять тысяч евро, и это не последние деньги у моего клиента. Симпатичный маленький гонорар за пару статей в нашу пользу. И вы понимаете, все должно остаться между нами. Мы никому не станем об этом сообщать».

— А если обратиться в полицию? — спросил Сэм.

— И что я им скажу? — махнул рукой Филипп. — Что кто-то пытался всучить мне десять тысяч евро? Они пошлют меня куда подальше.

— Так что ты сделал?

— Сказал, что не беру взяток. А он ответил, что мне пора бы повзрослеть. Это Франция, здесь все берут взятки. Тут я разозлился. Посоветовал ему свернуть конверт в трубочку и засунуть себе в задницу. Правда, я говорил по-французски, и он, наверное, многого не понял, но смысл он уловил точно. А потом я встал и ушел. И что мне теперь делать, как думаешь?

— Что тебе делать? Свидетелей нет, так что твое слово против его. А раз он работает на Уоппинга, не сомневайся, там найдется куча ловких юристов, которые докажут, что и встречи-то никогда не было. — Сэм покачал головой. — Нет. Забудь. Я думаю, он не рискнет снова подходить к тебе, потому что на этот раз у тебя в кармане запросто может оказаться диктофон. Ладно, давай я немного подниму тебе настроение. Хочу привлечь тебя к одному делу. Подробности я еще не обдумал, но сама идея такая…

Не выполнивший задания Рей Прендергаст ждал, пока его босс закончит телефонный разговор, и нервно крутил на столе толстый конверт. Лорд Уоппинг не любил промахов.

Повесив трубку, он ткнул толстым пальцем в конверт.

— Ну что, не заглотил наживку?

— К сожалению, нет, Билли.

— Что сказал?

— Ну, последнее предложение он произнес на французском, так что я не все понял, но смысл был в том, что он меня послал.

— Глупый мальчишка. Какой глупый мальчишка, — вздохнул Уоппинг, словно сожалея об ошибке близкого друга. — Ну что ж, выбора он нам не оставил. Поговори-ка с Брайаном и Дейвом, пусть поучат его уму-разуму. Но послушай, Рей, — лорд Уоппинг понизил голос, — ничего радикального. Ты меня понял? Лишние проблемы нам не нужны. Все должно выглядеть как несчастный случай.

Есть на свете такие счастливчики, чья внешность и манеры с первого взгляда внушают людям симпатию. К таким принадлежал и Гастон Пуарье, этакий крупногабаритный херувим с телом в виде груши, пухлым розовощеким лицом и копной кудрявых седых волос. В его карих глазах то и дело мелькали искорки, а губы в любой момент были готовы растянуться в улыбке. Ребуль утверждал, что он лучший посредник в Марселе. Сэму он сразу же понравился.

Они сидели на террасе, и на столике перед ними стояла бутылка розового вина.

— Я не был в этом доме, с тех пор как Франсис переехал в Фаро, сказал Гастон. — Ах, какие вечеринки он здесь устраивал: девушки, шампанское, еще девушки… Чудесные были времена. — Он поднял бокал. — Давайте выпьем за его новый проект. Расскажите мне о нем поподробнее.

Пока Сэм рассказывал, Гастон почти опустошил бутылку. Между бокалами он неоднократно промокал лоб шелковым носовым платком, словно выполнял тяжелую работу. Но слушателем он оказался идеальным: молчаливым и внимательным. Когда Сэм закончил, он несколько раз одобрительно кивнул.

— Идея с шатром мне нравится, — сказал Гастон, — но надо подумать, как ее реализовать. С самим шатром — pas de soucis, никаких проблем. Но поверхность пляжа неровная, значит, нужен крепкий настил из досок. И электричество. Можно воспользоваться генератором, но я знаком с одним электриком, настоящим художником, который сможет подключить нас к городской сети. Еще понадобится проектор, длинный стол, стулья и, возможно… — Гастон задумчиво пошевелил бровями, — …маленький бар, разумеется, с симпатичной барменшей. Я ничего не забыл?

Сэм достаточно знал Францию, чтобы заранее предвидеть массу бюрократических осложнений. На каком-нибудь этапе непременно придется согласовывать что-то с кем-то в городской администрации, а значит, потребуются консультации, лесть, уговоры и деловой ланч, возможно не один.

— Меня беспокоит вот что, — сказал он, — нам ведь наверняка понадобится разрешение.

— А, это, — махнул рукой Гастон. — Pas de soucis. Мэр — очень неглупый человек. Он поймет, что такая презентация в преддверии две тысячи тринадцатого года пойдет на пользу Марселю, создаст имидж динамичного города. — Гастон подмигнул и пальцем постучал по носу. — А кроме того, мы друзья, вместе охотимся зимой. Может, стоит пригласить на мероприятие и его. В любом случае обещаю вам, что проблем с разрешением не будет. Когда вы собираетесь все это устроить?

Для Брайана и Дейва следующие два дня тянулись медленно, но были наполнены приятным ожиданием. Впервые за долгое время им выпал шанс заняться тем, что они умели делать лучше всего, — нанесением тяжелых телесных повреждений или, выражаясь их языком, «молотиловкой». Кроме того, жертвой должен был стать француз — мелочь, но приятная. Как и многие англичане этого социального статуca и поколения, парни были ярыми шовинистами и радовались любому поводу постоять за честь многострадальной Англии и хоть немного, но отомстить наглым иностранцам, захватившим весь мир, не говоря уж о лучших английских футбольных клубах.

Они сидели в баре в Старом порту, который выбрали только за то, что он именовался «пабом», а следовательно, сулил маленькие домашние радости: теплое пиво, дартс и телевизор с большим экраном, всегда транслирующий турнир по бильярду. К несчастью, от паба здесь было только название, отсутствовала даже мишень для дротиков на стене. Телевизор был настроен на какое-то игровое шоу, в котором лягушатники хором выкрикивали ставки, а пиво оказалось холодным. Но сегодня даже эти неприятности не могли испортить настроение Дейву и Брайану.

Два прошедших дня они провели в слежке за Филиппом и теперь примерно знали его расписание и маршруты. В арендованном фургоне они несколько раз проследовали за скутером журналиста от редакции «Ла Прованс» на авеню Роже Саленгро до его квартиры в старом доме, стоящем чуть в стороне от Корниш, широкого шоссе, бегущего вдоль береговой линии. Дейв решил, что это практически идеальное место для инсценировки аварии. Достаточно места для маневра и небольшой крутой обрыв, заканчивающийся у самых береговых скал. Падение на них наверняка умерит пыл журналиста.

— Знаешь, Брай, — сказал Дейв, — мне кажется, это работа для мотоциклов. Один впереди него, другой сзади. На нас шлемы, лиц не видно, и все пучком.

Брайан глубокомысленно кивнул. Он всегда охотно предоставлял разработку операции Дейву, а сам ограничивался чисто физическим участием. Однако на этот раз даже он заметил одну небольшую деталь.

— У нас ведь нет мотоциклов.

— А мы их позаимствуем, Брай. Угоним, когда поедем обратно. Посмотри, что творится на улицах. Они там везде припаркованы. У некоторых даже шлемы висят на рукоятках. А если не висят, значит, спрятаны в ящике позади седла, который сможет открыть даже моя мамаша с помощью пилочки для ногтей.

Брайан опять кивнул. Вот поэтому ему и нравилось работать с Дейвом: тот всегда обдумывал все тонкости. Кажется, пиво уже достаточно согрелось. Он осторожно глотнул и с тоской подумал о разных вкусностях, так хорошо идущих с пивом: например, о настоящем английском пироге со свининой, который подают в его любимом пабе «Хорошее пойло», в Степни. Лягушатники в таких вещах ничего не понимают. Жрут такую дрянь, что даже удивительно, как они еще живы. Улиток, прости господи! Конину! Его передернуло.

— Ну, и когда мы это устроим?

Дейв еще раз глотнул пива и вытер рот рукой.

— Лучше всего вечером, когда он поедет ужинать. Будет уже темно.

Они вышли из паба и пошли к своему фургону, время от времени останавливаясь, чтобы оценить мотоцикл. Дейв, как всегда, оказался прав. Их тут было полно: «БМВ», «кавасаки», «хонды» и даже один отполированный до блеска «харлей» — и припаркованы они были в типичной французской манере — где угодно, невзирая на правила.

— Слишком навороченные нам не нужны, — объяснил Дейв. — Возьмем те, на которые никто не обратит внимание. И номера лучше замазать. — Он похлопал по седлу ближайшей «ямахи». — Слушай, как будем действовать. Сегодня ночью, часа в два, когда все спят, стащим мотоциклы и погрузим в фургон. Завтра вечером выполним работу, а мотоциклы бросим. Плевое дело.