обратился к Седьмой:
— Пора и тебе о выборе ремесла задуматься, раз уж ты наконец решилась вступить. Каждый вносит свою лепту, а я, в свою очередь, забочусь обо всех, чтобы никто ни в чём не нуждался.
Девушка задумалась и, наивно приподняв брови, протянула:
— Ну и кем мне быть? Признаться, ни одно ремесло меня не привлекает.
— Бери фарматеха, — предложила Элли. — Только ветку поддержки. Нам понадобится человек, который сможет готовить лекарства.
— Ме-е-е-дик? — недовольно протянула девушка. — Я что, похожа на медсестру?
— Ну ты бы неплохо смотрелась в наряде, — подмигнул ей Приблуда. — Короткая юбочка, открытый широкий разрез. М-м-м.
Как и ожидалось, стакан вместе с остатками коктейля полетел Приблуде в лицо. Правда, парень ловко увернулся и звонко захохотал. Пока они тут не начали устраивать драку, я встал с дивана и заявил:
— Время определиться тебе — до вечера, а потом обсудим твоё будущее в нашей ватаге. Элли, ты со мной, пойдём знакомиться с твоими шахтёрами и наёмниками.
— Значит, ты выбрал второй вариант? — успокоившись, спросил Приблуда.
— Да. Будем высасывать жилу до последней капли, но всё должно произойти очень быстро. Кто-нибудь через пару дней точно нас сдаст, поэтому рейд совершим за два дня до битвы ежей. Элли, придётся работать всё это время без сна, но потом можешь спать хоть неделю. Как Мышь будет готов, я один возьму его в сценарий, и будем там тренироваться, так что к тому времени, Трев, с тебя конструкт. Подумай над ним тщательно и свари такой, что лучше всего подойдёт для тренировки умений.
— А мне что делать? — спросила Седьмая, надеясь, что я возьму её с собой.
— Ты составишь мне подробный список всех, кого знаешь. Сама сказала, ты жила среди клановых целый год. У меня есть свой список с именами, поэтому потом вместе сравним и сделаем выводы. К тому же, свяжись со старыми знакомыми и посмотри, может, что изменилось. И не забудь выбрать для себя ремесло. Прежде, чем мы покинем ВР-2, Харэно дважды пожалеет, что сделал с твоими родителями. Всё, всем за дело!
***
Элли постучала металлической костяшкой протеза правой руки по старой двери с налётом ржавчины, и с той стороны послышался глухой мат. Значит, пришли в нужное место. Оно находилось на одной из дальних улочек ВР-2 у самой окраины поселения. Люди здесь были не особо приветливы, и большинство пряталось по домам и при виде чужаков закрывали двери с окнами. Неужели грабежи?
Девушка постучала снова, в этот раз отбив незамысловатую мелодию. Глухой мат сменился на шушуканье, а затем дверь отворилась. В нос ударил затхлый запах немытых тел, пота и чего-то кислого. Помещение не проветривали уже несколько дней, а сидевшие внутри люди сбились вместе, как в консервной банке.
Я зашёл первым, оценил на предмет опасности и лишь затем позвал Элли. Небольшой блок квадратов на тридцать пять. Внутри живёт десять человек, включая женщин. Правда, довольно сильных женщин с широкими плечами и крепкими руками. Меня встретил пожилой мужчина с ужасно морщинистым лицом и, наклонившись вперёд, произнёс:
— Иди сюда, я тебя почти не вижу.
Учитывая, что стоял впритык, а изо рта у него несло помойкой, я предпочел выглянуть из-за его спины и услышал женский голос:
— У отца последнее время с глазами всё плохо, мясник отказывается ставить импланты, говорит, смысла нет, осталось жить недолго. А ещё можно умереть в процессе.
— Это всё из-за шахт, — вмешался молодой паренёк с пепельно-седыми волосами. — Он всю жизнь в шахтах провёл, вот и плохо видит свет.
— Уж лучше так, чем видеть все эти убийства вокруг. Слышали, вчера опять целую семью в крови нашли? Глотки и запястья перерезаны. Я вам говорю, у нас тут убийца лютует!
Медленно повернувшись, я посмотрел на Элли, и она прекрасно считала негодование в моих глазах.
Я уже приготовился уходить, как с дальней койки спустился мужчина и уверено произнёс:
— Нашим гостям не интересны местные проблемы. Вы ведь пришли по делу?
Высокий, крепкий, широкая шея и руки настоящего рудокопа. Такими можно камни дробить и железные пруты гнуть. Пожал ему руку, заметив небольшие следы имплантов в запястьях, и поздоровался:
— Смертник.
— Ваныч, начальник бригады рудокопов. О тебе Элли говорила?
— Значит, вы знакомы?
Мужчина предложил сесть и, когда женщины отвели старика к койке, заговорил:
— Да, она несколько раз нам помогала с хромом. Хороший мясник, руки золотые. Она теперь в твоей ватаге?
— В моей.
Ваныч одобрительно кивнул:
— Слышал о тебе, люди вещи хорошие поговаривают. Рад за тебя, Элли, давно говорил, что от тех гопников бежать надо. Зря раньше не послушала. Ну да ладно, Смертник, выпьешь что-нибудь или сразу к делу?
Подошла девушка с подносом. Поставила пластиковый графин с водой и три чистых стакана. Я достал из инвентаря бутылку с прозрачным терпким напитком, и мужчина спешно разлил её по чаркам. Выпили. Выдохнули. Бледные щёки Элли заметно порозовели.
— Она сказала, что вы одни из лучших, поэтому, не сочти за дерзость, скажу, что лучшие обычное без работы не сидят.
Ваныч кивнул, разлил новую порцию, и, выдохнув, посмотрел на бригаду:
— Две ватаги, по пять человек в каждой, итого десять пар крепких рук. Не смотри на старика, он может уже немолод, но нос у старого пса работает как надо. Любую жилу учует и скажет, где лучше добывать. В последние дни участились убийства, причём без «Часа насилия». Люди боятся, а я до доски объявлений дойти не могу и взять заказы. Не оставлю ватагу, понимаешь?
— Понимаю, — он протянул стакан, и мы выпили. Элли начала краснеть.
— Ещё мне сказали, что вы вопросов не задаёте.
— Будем копать там, где скажешь, — выдохнул Ваныч. — Только об плате сначала договоримся.
Я улыбнулся.
— С ней точно не будет проблем. Сможете унести столько руды, сколько поместится в банк ватаги.
Повисла тишина. Не каждый день предлагают такую плату, уж тем более сырой рудой. Мужчина нахмурился, сложил два и два и поинтересовался:
— Тигры?
— Лотосы, — ответил я, и в ту же секунду и с дальней койки послышался звонкий мат, сопровождаемый плевком отвращения.
— Чтоб им дети в кашу срали, кровопийцы, мать их. Скоты! Уроды! Пи…
— Тихо, тихо, старый, дай послушать, о чём говорят.
Поняв, что точно обратился по адресу, я продолжил:
