— Герцог! — Она не могла поверить в это. Зачем правителю герцогства свататься к дочери незначительного барона, пусть даже у этой дочери славная родословная со стороны матери?
— Да, герцог! — Фальк сел на кровать, размахивая ногами в сапогах. — Хвала судьбе! Добрая фея присутствовала при твоем рождении, девочка. Сегодня утром прибыл вестник Карстена с предложением брака на топоре.
— Зачем?
Ноги Фалька замерли. Теперь он не улыбался.
— У него для этого немало причин. — Фальк принялся загибать пальцы.
— Итак. Герцог, несмотря на свое теперешнее могущество, был простым наемником, прежде чем укрепился в Карстене, и я сомневаюсь, чтобы он смог назвать свою мать, не говоря уже об отце. Он сокрушил противостоящих ему лордов. Но это было добрых десять лет назад, и он больше не хочет разъезжать в кольчуге и выкуривать непокорных из замков. Завоевав герцогство, он стремится насладиться захваченным. Жена, взятая из рядов тех, с кем он воевал, будет для него залогом мира. И хотя Верлейн — не самая богатая крепость Карстена, в жилах его повелителей течет благородная кровь — разве мне не дали это ясно понять, когда я сватался? А ведь у меня не щит без девиза, я младший сын Фартома из Северных холмов. — Губы его дрогнули при воспоминании о прошлых унижениях.
— А поскольку ты наследница Верлейна, ты очень подходишь для герцога.
Лойз рассмеялась.
— Неужели я единственная девушка из благородных семей Карстена?
— Конечно, он может взять любую. Но как я уже упоминал, у тебя есть еще некоторые преимущества. Верлейн — береговая крепость с древними правами, а честолюбие герцога теперь связывается не только с завоеваниями. Что ты скажешь, Лойз, если здесь будет порт для торговли с севером?
— А что будет делать Салкаркип, когда возникнет такой порт? Те, кто клянется именем Сала, ревниво относятся к своим правам.
— Те, кто клянется именем Сала, скоро совсем не смогут клясться, — со спокойной уверенностью заявил Фальк. — У Салкаркипа появились беспокойные соседи, и тревоги его растут. А Эсткарп, куда Салкаркип может обратиться за помощью, теперь пустая раковина, выеденная колдовством его жителей. Один удар — и вся эта страна рассыплется в пыль.
— Итак, из-за моего происхождения и возможности основать порт Ивьян предлагает брак, — настаивала Лойз, неспособная поверить в то, что это правда. — Но разве могучий лорд свободен посылать рукоять своего топора с предложением брака? Я девушка, уединенно живущая в крепости вдали от Карса, но я слышала о некоей леди Алдис, которая отдает приказы, и им беспрекословно подчиняются все, кто носит знаки герцога.
— У Ивьяна может быть Алдис и еще полсотни таких же, и это тебя совершенно не касается, девочка. Дай ему сына — если твое тощее тело способно выносить мальчика, в чем я глубоко сомневаюсь! — дай ему сына и сиди рядом с ним за высоким столом, но не требуй от него ничего, кроме обычной вежливости. Будь рада оказанной тебе чести, и если будешь мудрой, то сумеешь повелевать и Алдис, и всеми остальными. Но помни: у Ивьяна мало терпения, и он нелегко прощает ошибки. — Фальк встал, собираясь уходить. Но прежде он снял с цепочки на поясе маленький ключ и швырнул дочери.
— Хоть у тебя и лицо привидения, ты не пойдешь на брак без украшений и свадебного платья. Я пошлю к тебе Бетрис; она поможет тебе выбрать одежду. И вуаль для лица, она тебе понадобится! Присматривай за Бетрис, не позволяй ей уносить больше, чем помещается в двух руках.
Лойз с такой готовностью поймала ключ, что он рассмеялся.
— Ты все-таки женщина: не меньше других любишь побрякушки. Одна-две бури — и мы пополним то, что ты унесешь из сокровищницы.
Он вышел, оставив дверь широко раскрытой. Закрывая дверь, Лойз гладила рукой ключ. Месяцы и годы думала она, как получить этот кусок металла. Теперь она имеет на него полное право, и никто не помешает ей взять из сокровищниц Верлейна то, что ей действительно нужно.
Права на грабеж на море и на берегу! С тех пор, как между двумя предательскими мысами на берегу был построен Верлейн, море приносило его лордам богатый урожай. В башне крепости имелась настоящая сокровищница, которая открывалась только по приказу лорда. Фальк, должно быть, очень хотел ее брака с Ивьяном, если позволил ей заглянуть туда. А общества Бетрис она не боялась. Очередная любовница Фалька была столь же жадна, сколь и прекрасна, и если ей дать возможность поживиться самой, она и не посмотрит, что возьмет себе Лойз.
Лойз перебросила ключ из правой руки в левую, и впервые слабая улыбка появилась на ее губах. Как удивился бы Фальк, узнав, что выбрала она из сокровищ Верлейна! И если бы узнал, что ей известно об этих стенах, которые кажутся ему такими безопасными. Взгляд Лойз скользнул по стене, на которой висел зеркальный щит.
Послышался торопливый стук в дверь. Лойз снова улыбнулась, на этот раз презрительно. Быстро же повинуется Бетрис приказам Фалька. Но по крайней мере эта женщина не осмеливается без разрешения войти в комнату дочери своего любовника. Лойз подошла к двери.
— Лорд Фальк… — начала стоявшая в двери кричаще красивая яркая женщина. Лойз подняла ключ.
— Вот он. — Она не назвала собеседницу по имени, не указала ее титула. Спокойно смотрела на роскошные плечи Бетрис, едва прикрытые платьем, на остальные полуобнаженные выпуклости ее тела. За Бетрис стояли двое слуг. Они держали сундук. Лойз подняла брови. Бетрис нервно рассмеялась.
— Лорд Фальк хочет, чтобы вы выбрали себе брачный наряд, леди. Он сказал, что не нужно скромничать в сокровищнице.
— Лорд Фальк щедр, — сдержанно ответила Лойз. — Идем?
Женщины миновали большой зал и спустились по крутой лестнице, потому что сокровищница находилась в основании башни, в которой помещались личные комнаты семьи повелителей. Лойз была рада этому: ей можно было держаться в стороне от жизни двора ее отца. Когда они наконец подошли к двери сокровищницы, Лойз была довольна: лишь одна Бетрис осмелилась вместе с ней переступить порог. Слуги втолкнули за ними сундук и исчезли.
Три шара в потолке освещали сундуки и ящики, тюки и корзины. Бетрис жестом рыночной торговки погладила себя по бедрам. Темные глаза ее бегали по сторонам, и Лойз, сунув ключ в карман на поясе, подлила масла в пламя ее алчности.
— Я думаю, лорд Фальк не откажет вам в праве выбрать для себя что-нибудь. В сущности, он сказал мне, что позволяет это. Но будьте благоразумны и не очень жадничайте.
Пухлые руки переместились с бедер на едва прикрытую грудь. Лойз подошла к столу в центре комнаты и открыла крышку стоявшей на столе шкатулки. Даже ее ослепило сверкание драгоценностей. Она до сих пор не осознавала, какие огромные богатства накопились в Верлейне за долгие годы грабежа. Из клубка цепочек и ожерелий она высвободила большую брошь, усыпанную рубинами, — игрушка не по ее вкусу, но вполне соответствующая пышной миловидности ее спутницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
