Мартина было трудно понять. Он всегда казался таким чопорным и официальным.
– Все рассаживайтесь и давайте начнем. Я уже ввел Пэта в курс дела. Он собирался высказать нам свое мнение.
Джайлз положил руку ей на поясницу и подвел к сиденью на противоположной стороне стола. Она будет смотреть прямо в лицо внушительного генерала.
– Прежде чем мы продолжим, я хочу сообщить вам, что пыталась связаться со своей подругой Глорией. С той, которая помогла мне сбежать. Я не смогла до нее дозвониться. Она не отвечала на сотовый, который мы купили специально для связи, поэтому я попробовала позвонить ей домой. Там она тоже не ответила. Я боюсь, что Ник мог что-то с ней сделать.
Джайлз взял ее за руку.
– Как ее полное имя?
– Глория Галлахер.
Джайлз вытащил ноутбук из бокового столика и положил его на стол перед собой.
– Посмотрим, что я смогу выяснить. Вы можете пока продолжать. Это займет всего несколько минут.
Патон Монтроуз сложил руки на столе и начал:
– Я просмотрел варианты, и, как мне кажется, у тебя их всего два. – Он поднял руку, когда Берн собрался заговорить. – Я знаю, что ты упомянул о передаче его властям, но, Берн, ты еще не все продумал. Пока этот человек жив, он представляет угрозу для мисс Салдуччи. Наркобароны управляли целыми преступными организациями из-за решетки. Он не должен быть свободным, чтобы нанять кого-то, чтобы убить ее.
Джина почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. Генерал был прав.
– Мы этого не допустим, – прошептал ей на ухо Джайлз, крепче сжав ее руку.
– Итак, два варианта. Один из них может причинить нам неприятности, а другой – только неприятности мистеру Нику Манкузо. Так что, думаю, ты знаешь, к чему я клоню.
– Хватит ходить вокруг да около, старина, – проворчал Берн.
– Ха-ха, старина, ты больше, чем на сто лет меня обгоняешь, дедушка. То, что ты не похож на дедушку, еще не значит, что это не факт. Во всяком случае, до того, как меня так грубо прервали, как бы мне ни хотелось, чтобы этот ублюдок исчез, он не террорист, и Гитмо уже не тот, что раньше. Какой-нибудь бюрократ или кровожадный либерал узнает, где он, и мы снова окажемся в одной лодке. Так что у вас есть выбор: убить этого мудака или позволить кому-то другому убить его. Я голосую за то, чтобы кто-то другой сделал за вас грязную работу.
– Я действительно думал, что у него есть связи с террористами, – сказал Берн.
– Извини, – ответил генерал Монтроуз. – Мои люди изучили всю информацию, которую прислал Джайлз. Ник Манкузо – мерзавец, но хотите верьте, хотите нет, у мафии есть свой моральный кодекс. Многие старые семьи отказываются иметь дело с террористами, и, похоже, Ник принадлежит к одной из этих семей. Семья ДельГроссо.
Тут заговорил Джайлз:
– Однако этот моральный кодекс работает в нашу пользу. Эти старые мафиозные семьи все в первую очередь ценят преданность. Если они подумают, что Ник предал их, то он все равно что мертв.
– В двух словах, – ответил генерал. – Дон Корлеоне ничего не имеет против Марио ДельГроссо. Переступи через него, и ты все равно, что выкопал себе могилу.
– Окей. Думаю, все решено. Сколько времени тебе понадобится, чтобы переделать книги Манкузо, Джайлз?
Джайлз оторвался от экрана компьютера и почесал подбородок.
– Около недели. Мне нужно сделать это очень осторожно. Это должно быть заметно, но не слишком заметно. Эти люди не глупы.
– Нет, не глупы. Ганс, приведи сюда мистера Мэтьюза, – сказал Берн.
Джайлз вернулся к ноутбуку и нахмурился.
– Я кое-что нашел. Глория Галлахер была госпитализирована в больницу милосердия две недели назад после предполагаемого ограбления. У нее были серьезные внутренние повреждения, и она находилась в критическом состоянии.
– О боже мой! – воскликнула Джина.
– Она, наверное, все еще в больнице, – сказал Джайлз.
– Если она согласится, мы можем организовать ее перевод сюда, в Хани-Корнерс. Я пошлю Ганса и еще двух медведей охранять ее. Ты можешь позвонить и поговорить с ней, как только мы закончим здесь.
Джина положила голову ему на плечо.
– С удовольствием, спасибо.
Ганс вернулся с Джейком Мэтьюзом. Все, кто не был знаком, представились друг другу, и Джейк сел.
– У нас есть план, мистер Мэтьюз. Он должен обеспечить безопасность вам и мисс Салдуччи, но на его реализацию уйдет не меньше недели. Как вы думаете, столько у нас есть времени?
Джейк покачал головой.
– Я получаю голосовые сообщения от Ника каждый час. Держу пари, он уже послал своих людей.
– А ты не думаешь, что он сам приедет? – спросил Берн.
– Нет. Он не может позволить себе быть напрямую связанным с исчезновением Джины. Он пошлет за ней своих людей.
– Чтобы убить ее? – спросил Джайлз.
– Нет, чтобы вернуть меня к Нику. Ник сам захочет меня убить, – перебила его Джина.
Ее глаза встретились с шоколадно-карими глазами мужчины, который теперь был ее лидером. Она чувствовала комфорт и силу, исходящие от него через невидимую связь.
– И откуда ты это знаешь, малышка? – мягко спросил Берн.
– Потому что он мне сказал. По меньшей мере миллион раз. «Если ты когда-нибудь посмеешь покинуть меня, Джина, я голыми руками вырву жизнь из твоей жалкой шеи».
Спокойный взгляд Берна и его сила придали ей силы произнести эти слова, не свернувшись калачиком на полу и не зарыдав. Это и слова, которые прошептались в ее голове.
«Он больше никогда не причинит нам вреда».
Да, похоже, ее медведица проснулась, и в этот момент не была счастливой обитательницей лагеря.
Джайлз поднял ее со стула и посадил к себе на колени.
«Мне нужно обнять тебя, милая Джина».
«Спасибо», – ответила она.
– Удвойте охрану дома Джайлза и увеличьте количество городских патрулей, – сказал Берн Гансу.
– Слушаюсь, сэр, – ответил Ганс.
– Ну, хватит этих тяжелых разговоров. Мы должны отпраздновать спаривание! Давайте все пойдем в гостиную и выпьем. Я знаю, что мне бы не помешал один стаканчик, и моя дорогая Дженна приготовила нам замечательный ужин.
***
Перед тем как присоединиться к друзьям, Джина и Джайлз проскользнули в кабинет Берна и позвонили в больницу милосердия. Голос Глории был хриплым и срывающимся, когда она робко ответила.
– Алло?
– О боже, Глория, я только что узнала, что случилось. С тобой все в порядке? – спросила Джина.
Глория вздохнула.
– Буду жить. Я рада слышать твой голос. Ник тебя не нашел?
– Мы думаем, что нашел, но я защищена. Держись за свои трусики, я спарилась с медведем, – сказала Джина.
Глория рассмеялась, а потом застонала.
– Не делай этого! Смеяться больно. Ты, должно быть, издеваешься надо мной. Правда?
– Правда. Я хочу послать кого-нибудь из клана, чтобы он забрал тебя и привез сюда. Ты будешь в безопасности. Ты приедешь?
– Зайка! Я умираю от желания выбраться из этой адской дыры. И мне не терпится увидеть тебя и познакомиться с твоим медведем.
– О’кей. – Джина замолчала и прикрыла трубку рукой. – А когда они будут там? – спросила она у Джайлза.
– Завтра, – ответил он.
– Они прибудут завтра, чтобы забрать тебя. Главным будет Ганс Грубер.
– Договорились. Он тоже медведь? – спросила Глория.
– Да, – ответила Джина. – Это нормально?
– Конечно, он симпатичный?
Джина рассмеялась.
– На самом деле да, шлюха ты этакая.
– О боже. Не могу дождаться.
– Люблю тебя.
– Люблю тебя тоже.
Джина повесила трубку, чувствуя себя так, словно с ее плеч свалился тяжелый груз.
Она действительно наслаждалась вечером, который они провели в доме Дженны и Берна. Наконец-то у нее появился шанс по-настоящему узнать людей, которые были близки Джайлзу, и они были удивительно эклектичной смесью. Джина уже поняла, что Дженна была неуемной и непочтительной. Она мчалась по жизни, как бык в посудной лавке. Тебе никогда не придется задаваться вопросом, в каких ты с Дженной отношениях, потому что она скажет тебе, в недвусмысленных выражениях.
