Но ясно представить его себе, захотеть его таким, какое оно есть, мы не можем. Мы, как дети. Ребенок себе представляет: «Я хочу быть летчиком, это здорово, он летает, он сверху видит все, он может крутиться вниз головой…» Ребенок представляет себе совершенно не так, как это на самом деле.
Мы знаем, что когда ребенок вырастает и начинает действительно реализовывать свою мечту, он видит, что это совсем не то, что он представлял, что это тысяча приборов, сложнейшая техника, огромная ответственность, это работа, где места для наслаждения практически не остается, а есть только выполнение указов, приказов, ограничений и так далее.
Но ребенок представляет себе эту мечту по-другому, она его притягивает. Насколько велика (даже в наших земных состояниях) разница между ступенями — «ребенок хочет быть летчиком» и «он становится этим летчиком» — насколько мы не понимаем будущую ступень, пока мы на нее еще не взошли. Совершенно не понимаем.
Она рисуется нам в идеалистическом виде (как я могу сегодня себе ее представить в своих эгоистических свойствах), как самая привлекательная для эгоизма. Это говорится о наших условиях, внутри одного нашего мира.
А если мы говорим о переходе из мира в мир, то там вообще все кардинально меняется. Ты не можешь не только приблизительно представить себе, что такое быть «духовным летчиком», — ты ошибаешься во всем. Но не важно, что ты ошибаешься, — достаточно, что ты на своей маленькой, детской ступеньке, будешь хоть немножко желать чего-то духовного…
«Хочу быть, как Рашби». Почему? Он сидел, учил Зоар, наверное, это хорошо. Не важно, что ты себе будешь представлять: если ты себе хоть как-то будешь это представлять и культивировать в себе важность духовного — этого достаточно.
А изменения произойдут, как и с ребенком: он же не знает, как они происходят. Никто из нас не знает, каким образом с ним происходят изменения — это все работа высшего света. Даже внутри нашего мира — все равно работает высший свет.
Все ступени нисходят сверху вниз, они уже заготовлены. Мы должны приложить только какое-то минимальное количество усилий, чтобы подниматься со ступеньки на ступеньку. В зависимости от того, где мы находимся: в нашем мире — наши усилия, в духовном мире — духовные усилия. Человек не должен прыгать выше головы, он должен делать то, что может, и все.
Ты не можешь сейчас желать духовного, не можешь совершать духовные движения — от тебя этого и не требуется. Делай то, что положено тебе.
Вопрос: Значит, я должен представлять себе духовное, как нечто наилучшее, чтобы у меня были силы для отдачи?
Ты должен себе представить, что духовное (неважно, что ты под этим подразумеваешь) выше всего нашего мира, что стоит пренебречь всеми удовольствиями нашего мира ради достижения духовного.
Тогда оно тебя будет привлекать, ты будешь именно к нему устремляться, и постепенно на тебя это будет воздействовать так, что ты начнешь ощущать, как в тебе изменятся все представления. Как ты сейчас представляешь себе духовное? Самое большое богатство, самое большое счастье, самая большая уверенность, самое большое знание, представь себе все это вместе — а духовное все равно больше.
Вопрос: Каким образом изменение оценки в разуме, влияет на изменение желания? Ведь мы говорим, что желание влияет на разум. А каким образом происходит обратный процесс?
Разум на желание, имеющееся внутри человека, влиять не может. Если у меня есть желание и есть разум, желание диктует разуму. Разум не определяет желание.
Выходит, что я не могу никоим образом менять свои желания? Могу. Чем? Разумом. Но ведь я только что сказал, что разум является рабом желаний? Если мой разум воспринимает информацию извне — из книг или от группы — он воспринимает сказанное в них, как самое важное.
На мой разум и на мои желания воздействует мое окружение — книги, учитель, группа. Таким образом, в моем разуме одни вещи становятся важнее других — он перепрограммируется за счет окружающей среды (книги, учитель, группа), и тогда, разум начинает в желании выявлять соответствующие параметры и развивать те желания (становиться под них), которые относятся к полученному извне.
То есть разум начинает программировать желания — поднимать одни и уменьшать другие. На этом основано взаимодействие между человеком и окружающей средой — окружающая среда может менять желания человека.
Что значит: «может менять»? Она не может рождать новые желания. Допустим, у меня имеется 50 желаний и разум, который устроен так, чтобы их обслуживать: соответственно величине каждого желания разум одевается в него и его реализует.
Но если сейчас моя окружающая среда — книги, учитель, группа — сделали так, что мой разум меняется под их воздействием, то разум начинает менять соответственно и желания, сочетания между желаниями, каждое из желаний.
Таким образом, разум является посредником между моим внутренним желанием и внешним желанием группы, книг, учителя. И тогда разум, находящийся под влиянием этих двух желаний — внутреннего и внешнего — может изменять меня под стать внешней среде.
Бааль Сулам говорит, что, включившись в духовную среду, мы можем увеличить желание к духовному настолько, что оно будет преобладать над остальными. Потому что от постоянного усилия, наши мысли примут такую форму.
Вопрос: Как это связано с желаниями, с мыслями? Что это за конструкция — Адам Ришон?
Конструкция Адама Ришон, из которой мы можем понять возможность такого влияния, очень простая.
У нас есть желания, рядом с желаниями — мысли, разум, и еще существует 599.999 остальных душ, связанных со мной. Относительно меня они являются посторонним желанием. Следовательно, существует мое желание, вместе с ним — разум, и существует еще огромное количество душ, желаний — с их разумом.
Я чужие желания ощущать не могу. Каждое желание — индивидуально, оно исходит из своего корня в Адаме Ришон, подобно тому, как не могут из одного корня расти два волоса. Поэтому желания не соприкасаются друг с другом.
Они могут между собой контактировать посредством разума: одно желание со своим разумом и другое желание со своим разумом, и с помощью разума они между собой связываются и понимают друг друга.
Я нахожусь в своем желании со своим разумом. Вокруг меня находится среда с ее желанием и с ее разумом. Их желания я понять не могу, но их разум я могу понять. Их разум может влиять на меня. Я получаю от них их порядок предпочтений, систему ценностей. Они мне говорят: «Стремления к знанию — наивысшие, стремления к пиву и к футболу — наинизшие», и я начинаю так думать, а до того думал по-другому. Именно это они со мной делают.
Они не могут дать мне свои желания. Они начинают перепрограммировать мой разум, а я с его помощью начинаю перепрограммировать свое желание.
Еще раз: есть желания, рядом с ними существует разум, который обслуживает эти желания, и они идут вместе все время, и желания все время диктуют разуму, что делать, и разум все время подстраивается под желания.
И вдруг получается другая картина, когда этот разум, который обслуживает желания, начинает видоизменяться под воздействием извне. В соответствии с этим, он начинает под себя «вращать» желания, которые обслуживает: производит переоценку ценностей, выбирая из желаний, что большее и что меньшее, совсем по другой формуле важности, чем делал раньше, потому что таким образом его запрограммировала внешняя среда.
Получается, что не желания все время диктуют разуму, что делать, а внешняя среда через разум воздействует на желания. Таким образом мы ускоряем наше развитие. Мы предпочитаем желания, более близкие духовному, и таким образом развиваемся быстрее, чем без контакта с окружающей средой.
Следовательно, нам необходима окружающая среда, и не просто среда, а такая, которая бы полностью развернула мою голову в правильную сторону, и я против этого не смог бы возражать, даже если бы и хотел. Потому что я заранее создан таким, что просто являюсь интегральной частью среды — никуда не могу от нее деться.
Мое желание не может так сковать мой разум, чтобы он не мог впитать в себя впечатление от окружающей среды. Оно не в состоянии это сделать, потому что с помощью разума я связан с огромным количеством (599.999) остальных душ. И отсюда возникает возможность с помощью правильной окружающей среды влиять на мое желание.
Вот и вся методика исправления желания.
Если бы не было такой возможности, мы бы развивались, как животные. Разум всегда развивается в соответствии с желаниями. У животных он в течение жизни, практически, не развивается. Без влияния правильного окружения он бы был эволюционирующим животным, не более того.
Вопрос: Является ли разум составной частью общего механизма исправления желания?
Да, абсолютно точно, разум является единственным механизмом исправления желания.
