Подобно большинству своих соплеменников, Талнап Зелифор утверждал, что обладает вторым из названных даров. Всем было известно, что он зарабатывал себе на жизнь, торгуя предсказаниями, хотя толком о нем никто ничего не знал. В Замке считалось, что он состоит на службе у принца Гонивола, Великого адмирала, но при этом его частенько видели в свите Корсибара. Не единожды он предлагал свои услуги и Престимиону, но всегда получал отказ: Престимион не жаловал волшебников. И поэтому новое появление Талнапа Зелифора стало для него неожиданностью.
- Ну? - без всякого приветствия спросил принц.
Талнап Зелифор поднял одно из своих тонких, похожих на веревку щупалец и показал маленькую овальную, прекрасно отшлифованную пластинку из зеленого драгоценного камня, который называли велатисит. Пластинка ярко сверкала, словно озаренная внутренним огнем. На ней можно было различить мелкие, чуть заметные глазу выгравированные руны.
- Это подарок, ваше превосходительство. Корим-бор, амулет, содержащий слова власти; он может быть полезен вам, если наступят трудные времена. Повесьте его на цепочку и носите на шее. Когда потребуется, прикоснитесь к нему - и получите необходимую поддержку.
Септах Мелайн фыркнул.
- О боги! Неужели этим фантазиям так и не будет конца? Мы все потонем в потоке суеверного безумия!
- Спокойно, - бросил ему Престимион и продолжил, обращаясь к врууну: Вам, должно быть, известно, что я мало верю в такие вещи?
- Я знаю об этом, ваше превосходительство, и считаю такое к ним отношение ошибкой с вашей стороны.
- Может быть, вы и правы.
Престимион нагнулся и взял маленький зеленый амулет у Талнапа Зелифора. Он легонько потер пластинку кончиком пальца и при этом смотрел на нее с опаской, словно ожидал, что прикосновение способно вызвать какое-то тревожное видение. Но улыбка говорила, что он всего лишь притворяется и на самом деле уверен, что ничего случиться не может.
Престимион повернул амулет боком и ахнул от восхищения мастерством работы, мельком взглянул на совершенно гладкую оборотную сторону, а затем подкинул пластинку вверх, как монету, молниеносным движением поймал и небрежно сунул в карман туники.
- Благодарю, - сказал он врууну с глубоким равнодушием в голосе, даже не стараясь показаться искренним. - И как вы считаете, скоро ли он может мне понадобиться?
- Простите меня, ваше превосходительство, но я уверен, что скоро.
Септах Мелайн громко фыркнул и повернулся к принцу спиной.
Тихо, настолько тихо, что Престимиону пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова, вруун заговорил вновь:
- Ваше превосходительство, я явился сюда, чтобы указать вам этот день, и не столько ради вашего блага, сколько во имя процветания всего Маджипура. Я знаю, что и ко мне, и ко всем представителям моей профессии вы не питаете ничего, кроме презрения, но в то же время ваше сердце исполнено заботой о судьбах мира, и вы выслушаете меня хотя бы по этой причине.
- Кстати, Талнап Зелифор, сколько я должен буду заплатить вам, чтобы услышать ваши предсказания?
- Ручаюсь вам, принц Престимион, что в этом деле я не ищу никакой личной выгоды.
Септах Мелайн запрокинул голову и расхохотался; смех, усиленный эхом от сводчатого потолка, гулко раскатился по залу.
- Бескорыстный совет! Даром! На мой взгляд, однако, даже это будет слишком большой платой.
- Вам следовало бы попросить у меня денег, Талнап Зелифор, - сказал Престимион. - Я с подозрением отношусь к предсказателям, не требующим вознаграждения за свои услуги.
- Лорд...
- Этот титул пока еще не принадлежит мне, - перебил его принц.
- Тогда - ваше превосходительство. Повторяю, что я пришел сюда не ради денег. Если вы сочтете необходимым заплатить мне, дайте десять мерок.
- Этого хватит разве что на порцию сосисок и кружку пива, - заметил Престимион. - Вы очень дешево цените свою мудрость, мой друг. - Щелкнув пальцами, он махнул Свору: - Заплатите ему.
Свор выкопал в кошельке маленькую квадратную медную монетку и вручил ее врууну.
- Ну, говори же, - нетерпеливо бросил Престимион.
- Вот что я должен вам сказать, - начал Талнап Зелифор. - Вчера вечером я глядел на Великую луну, и она была алой, словно по ее лику струилась человеческая кровь...
- Он видел Великую луну! - презрительно воскликнул Септах Мелайн, по-прежнему стоявший ко всем спиной. - Великую луну, которая сейчас находится на противоположной стороне мира, и из этого полушария ее ну никак невозможно разглядеть, видел ее с самого дна Лабиринта, от которого до поверхности земли не меньше мили. Куда как ловко, вруун! Ваше зрение, похоже, острее моего.
- Я видел ее своим вторым зрением, мой добрый господин. Оно не имеет ничего общего с вашим.
Престимион терпеливо продолжал расспросы.
- И что, по вашему мнению, означает видение крови, струящейся по лику Великой луны?
- Грядущую войну, ваше превосходительство.
- Войну? На Маджипуре не бывает войн.
- Будет, - сказал Талнап Зелифор.
- Обратите внимание на его слова, прошу вас! - Гиялорис неожиданно для Престимиона всем своим видом выражал недовольство игрой, которую принц вел с прорицателем. - Принц, он видит будущее!
Септах Мелайн резкими шагами вышел вперед и навис над врууном, как будто намереваясь раздавить его каблуком.
- Кто вас прислал сюда, маленький пакостник? - звенящим голосом спросил он.
- Я пришел по собственной воле, - ответил Талнап Зелифор, глядя прямо вверх, в глаза Септаха Мелайна. - Ради блага всех и каждого, в том числе и вашего, мой добрый господин.
Септах Мелайн плюнул, чуть не попав во врууна, и снова отвернулся.
- И кто же будет воевать? - подчеркнуто бесстрастным голосом осведомился Престимион.
- Я не могу ответить на этот вопрос, ваше превосходительство. Могу лишь сообщить, что ваша дорога к трону не будет гладкой. Имеются ясные предзнаменования, говорящие о существовании сильной оппозиции вашей кандидатуре; я вижу их повсюду. Воздух здесь просто насыщен ими. Предстоит борьба. У вас есть могущественный враг, который затаился в ожидании своего часа. И когда этот час наступит, он появится, чтобы бороться с вами за Замок, и весь мир будет страдать от этой борьбы.
- Ха! - воскликнул Гиялорис. - Вы слышите его, Септах Мелайн?
- У вас часто бывают такие ужасные видения, Талнап Зелифор? - спросил Престимион.
- Не столь ужасные, как это.
- Скажите мне, кто может быть этим могущественным врагом, чтобы я смог пойти и обнять его, как друга. Поскольку всякий раз, когда я теряю чью-то любовь, я стараюсь приложить все силы в попытке вернуть ее.
- Я не могу назвать вам никаких имен, ваше превосходительство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
