Наше поколение попало в провальную двадцатилетнюю яму раздрая и разброда. Человекам было не до нас. Мы вроде пишем и живём, но нас как бы не было. "Старики" до сих пор пытаются добрать своё, жадноваты они до привилегий и пенсий. У иного лауреатств и премий девать некуда, а почитать нечего. И, что характерно, зависти к ним нет, жалость и умиление только. Самое главное они так и не поняли - без учеников, как без детей, будущего нет".
И забросил Борис невод. И выловил "от Москвы до самых до окраин" такое количество своих ровесников, сверстников, что их трудов стало достаточно, чтобы выпустить книгу - антологию современной литературы России. Которую он назвал "Наше время". Том стихов стал откровением даже для преподавателей литературы на филологических факультетах. Они не знали, что мы живы.
Вторая антология - проза "Наше время". И вот уже пятый том "Нашего времени" издан - "Очерки о России писателей, родившихся в 60-е годы 20 века".
Как всякое живое дело, "Наше время" именно живёт, растёт, развивается. По всей стране проехал составитель Борис Лукин, посещая уже известных ему писателей, представляя антологию, ища новые произведения, новых авторов. "Ищите и обрящете". А здесь - он искал, они - обрели. Обрели своё поколение, своих читателей, возможность публикаций
А в этом году прошёл фестиваль современной литературы и кино "Наше время". В течение трёх дней писатели и поэты смотрели фильмы, снятые по произведениям своих товарищей по времени, читали стихи, стихи слушали, делились проблемами, высказывали предложения, просто общались. Если раньше государство создавало площадки для дискуссий, предоставляло литературные площади для молодых, для начинающих, то сейчас все эти дискуссии, площадки "поколение nikst" разрабатывает и обихаживает само.
Но при этом не прозвучало ни слова упрёка ни в адрес государства, не оказывающего своего отеческого внимания, ни в адрес старших товарищей, довольно ревниво охраняющих те коврижки, что может дать литература: страницы журналов, альманахов, литературные премии.
Нет. Ни упрёков, ни стенаний, ни претензий Только радость от того, что удалось написать, только сожаления, что не удаётся ни тебе, ни другим создать то, что всколыхнуло бы, отозвалось в сердцах и душах, волной прошло по стране, как отзывались строки классической литературы.
Сам Борис Лукин, очень скрупулёзно относящийся к составлению антологии, подчёркивает, что он в том числе фиксирует своё поколение для истории литературы. Если, дай Бог, придут исследователи литературного процесса и, что называется, зададутся вопросом, чтобы был у них ответ. Или хотя бы подспорье для ответа.
Фестиваль проходил в библиотеке "Просвещение трудящихся", где Борис Лукин несколько лет ведёт литературную студию. Молодые поэты читали стихи в действе "Визуализация поэзии": стихи они сопровождали телодвижениями, отражающими, на их взгляд, настроение этих строк. Это и была настоящая свобода творчества - все движения вольны, и любую строку могу визуализировать так, как пожелаю.
Дерзайте. Визуализировать поэзию как свою, так и классическую, поистине может каждый! Главное - участие!
Фойе библиотеки украшала экспозиция "Литература в лицах". Художник Наталья Баженова рисует наших современников. Продолжала она эту работу прямо на фестивале, делая штрихи с натуры. Как и её коллега Анатолий Матвеев-Фаткулин, выполнивший карандашные наброски буквально каждого участника фестиваля. Союз муз явил себя здесь и сейчас!
Смелая рубрика "Звёзды отечественного кино". Представлен фильм Михаила Крупина (режиссёр, автор сценария) "Часы Калиостро". Прошла и демонстрация фильма "Доктор", встреча с с автором-сценаристом Еленой Исаевой.
Конференция "Требование правды как исторический вызов" тоже заявлена смело. Конечно, правды требует всё. Неправда страшна в медицине, в образовании и производстве всего - продуктов питания, стройматериалов, медикаментов. И более всего её не хватает ныне, пожалуй, в "словесном жанре". Нам всюду врут: чиновники, телевидение, радио, газеты. И люди понимают, что им врут. В том числе поэтому отказываются от потребления слова - через него приходит неправда. Не читают! Они не хотят также, чтобы им навеивали сон золотой. В наше время можно и не проснуться.
Такая вот участь поколения не проклятых, но забытых: они, власть предержащие, врут, а мы - в ответе, они - врут, а не доверяют нам. Нам уже не досталось доверия и уважения "по инерции" от авторитета высокой планки русской литературы. И пришлось не с высоты, не с ровного места даже стартовать, а из ямы выбираться.
Я выступила с предложением наградить всех авторов 5 антологий - около 100 человек - премией за то, что совершают подвиг стояния в литературе. Отметить это героический факт каждого, у кого - своё стояние. Поскольку проект "Наше время" живёт, то формы должны появляться всё новые. Пора и премию учредить.
На фестивале представляли литературные альманахи, журналы, которые какими-то чудесными образами издают по городам и весям. "Тула" (Тула), "Под часами" (Смоленск), "Вертикаль. 21 век" (Нижний Новгород).
Заключал фестиваль, который, как хорошая разудалая свадьба, длился 3 дня, юбилейный вечер Бориса Лукина "Половинка жизни". Борис получил по заслугам! И по праву выслушал, хотя активно этому сопротивлялся и буквально затыкал рот ораторам, слова благодарности за то, какое нужное дело он не просто задумал, но и осуществил, продолжает над ним работать: собрать писателей, обойдённых вниманием и сознательно выбитых из литературы, как свидетелей подлого времени и окаянных дней. Кому-то в буквальном смысле слова дал дорогу, опубликовав. Кого-то вернул к жизни и не только творческой. Благодарили за его кропотливые труды, без ожидания лавров или сребра-злата.
А он читал стихи. Слово поэту.
Борис ЛУКИН
Когда хочу я думать о тебе,
жизнь обрекает думать о погоде,
о трудностях житейских, о войне,
про измененья подлые в народе.
Я думаю на пафосе - сей край
был островным в запамятные веки,
там отцвела любовная игра,
все воины давно сошли на бреги.
Там где-то за Таманью был Донецк
Теперь его бомбят
там гибнут братья.
Я чувствую, что муж я и отец,
но думаю лишь о твоих объятьях.
А в этот час, быть может, Алексей
(он - Божий человек
в миру безбожном)
сражается за все века Рассей,
припав плечом на автоматно ложе.
И я боюсь подумать о тебе
Так ты страшишься
этой тьмы кромешной,
что заставляешь и меня робеть
не перед смертью, всяко неизбежной.
Нас спросят дети - что это: любовь
творит такие страхи в человеке?
Ответим ли? Расскажем ли про боль,
которой в жизни каждый не избегнет?
ПИСЬМО В НОВОРОССИЮ
Нам про свободу спорить не престало!
Почти что четверть века сыты ей.
Опять куют винтовки из орала,
и ждёт Россия выпуск новостей
Что Киеву мы прежде сострадали,
его болотной глупой маете,
теперь нам жаль,
плоды того восстанья
для нас восходят тысячью смертей.
Где разум их? Где мудрость у Софии?
Опять прельстила баба на быке!
Спустя года мир о войне
увидит фильмы
Всё будет снова в чуждом далеке.
Далёко от Нью-Йорка и Парижа,
от Хельсинки, Потсдама и Афин
опять славяне бьют славян,
тех ближних
не молятся о ком мулла, раввин.
Помолимся о вставших на защиту,
(отвоевали деды и отцы)
за милую, за кровную, за ридну,
вновь вспомнившую слово "геноцид".
Как вы, друзья? Да будете вы живы!
Нам тоже б стать смелее и честней.
Кому черёд просить подмоги Вышней?
С Луганска и Донецка нет вестей
* * *
Бог больше сердца нашего,
с того и больно жить.
Скажи, о чём тут спрашивать
у смертного души?
Фиалки сохнут медленно,
им сорок дней воды
из Леты не отмерено
тобой да где тут ты?
Морозы здесь весенние,
капель за полдень, глянь.
