— Тэйлор! — Голос Хеллера прервал его мысли. — Что происходит? Ваш кардиомонитор зашкалило.
— У меня все в порядке… я просто волнуюсь. — Джонас посмотрел на термометр. Температура продолжала расти. Десять градусов, пятнадцать… и повышается еще дальше. Тридцать. Они полностью вошли в теплый слой каньона.
— Док, включайте прожектор. Главное, не столкнуться со струями из этих дымоходов. Они могут расплавить на аппарате керамические стыки.
— Спасибо, Ди Джей. — Джонас включил свет и увидел десятки дымовых труб, некоторые до тридцати футов высоты. «Черные курильщики». Джонас хорошо знал эти необычные геологические образования. По мере того как сверхперегретая вода выбрасывается из мантии Земли, вдоль трещин дна нарастают слои серы, меди, железа и других минералов. С течением времени остывающие осадки образуют вытянутые вверх вулканы, которые заметно возвышаются над уровнем дна.
Извергающаяся из этих громадных труб да черного цвета из-за высокого содержания серы. Отсюда и название — «черные курильщики».
Джонас провел аппарат между двумя дымящимися башнями, видимость практически исчезла. Термометр со скоростью ракеты мчался вверх, выскочив за сто десять градусов. Наконец черный слой был пройден. Прожектор прорезывал в темной, но прозрачной воде полосу света.
Тэйлор широко раскрыл глаза, пораженный представшим перед ним зрелищем.
Ди Джей был прав.
Он попал в совершенно другой мир.
НА ДНЕ
Джонас поставил бортовые рули на меньший угол погружения и завис в двадцати футах над дном, дожидаясь Ди Джея.
Перед ним расстилались ряды гигантских белых моллюсков, каждый больше фута в диаметре. Их были тысячи, они теснились к краям расщелин, словно идолопоклонники, толпящиеся перед своим кумиром. В свете прожектора было видно движение на дне — шевелились слепые омары-альбиносы и крабы, светившиеся среди мрака бездны. Джонас знал, что многие виды рыб, обитающих в темных глубинах, светятся благодаря веществам, называемым люциферинами, или же живущим внутри них светящимся бактериям. Природа наделила эти виды белой кожей и люминесцентным свечением, чтобы привлекать добычу и следить друг за другом. Это была жизнь. Ее обилие и разнообразие в каньонах поразило ученых, которые ошибочно теоретизировали о том, что никакие формы жизнедеятельности невозможны без солнечного света. Оказавшись во впадине Челленджер, Джонас испытал настоящее потрясение. В самом глухом месте планеты природа ухитрилась создать жизнь.
Рядом со слоем гигантских моллюсков и двустворчатых раковин можно было видеть плывшие по течению великолепные гроздья трубчатых червей. Они были чисто-белого, словно флуоресцирующего цвета, только самые их концы отливали кроваво-красным. Двенадцать футов в длину, пять дюймов толщины, и столь многочисленные, что даже приблизительно определить, сколько их, казалось невозможным. Трубчатые черви питались бактериями, живущими в воде. В свою очередь их ели бельдюги и прочие мелкие рыбешки.
Причудливая цепь поддержания жизни на самом дне мира, существующая при абсолютной темноте. Какие же виды оказались в самом конце этой цепи взаимопожирания, подумал Джонас. Гигантские спруты? Еще не открытые существа? На глубине семи миль, отделенный от давления в шестнадцать тысяч фунтов на квадратный дюйм всего лишь несколькими дюймами металла, Джонас успокаивал себя тем, что существование мега было его ошибкой.
Он притормозил свой «ПБ-II». Сзади приближался яркий свет от прожектора второго аппарата. Джонас взял микрофон: «Ди Джей, выходите теперь вперед!»
Второй аппарат медленно «пролетел» мимо него, соблюдая достаточную дистанцию. Оба акванавта стремились быть на виду друг у друга, но так, чтобы Джонас не запутался в буксируемом Ди Джеем тросе.
В радио раздался голос Де Марко: «По левому борту должна быть стена каньона. Приблизительная дистанция один-пять-ноль».
Джонас шел за Ди Джеем над океанским дном, пока не увидел вертикальную стену начинающейся подводной горной цепи. Аппараты оказались в долине, окруженной высокими стенами. Казалось, будто сам Господь Бог поднял Большой Каньон и погрузил его на семь миль в океан. Джонас вспомнил, что этим морским горам не менее двухсот миллионов лет. Он маневрировал, не упуская аппарат Ди Джея из виду.
— Док, впереди слегка трясет, осторожнее. Кажется, внизу опять сдвиг грунта, — предупредил Ди Джей. И Джонас сразу почувствовал, что его кормовой отсек мотается из стороны в сторону, как собачий хвост.
— Надеюсь, вы ошибаетесь, — ответил Джонас. — Видно что-нибудь впереди?
— Пока нет, но уже есть отраженный сигнал радара от ЮНИСа. К северу по лощине. Сами увидите, когда долина опять расширится. Аппарат лежит в футах шестидесяти от стены каньона слева от вас.
Джонас взглянул направо. Да, морские горы исчезли, уступив место черному океану. Но слева все еще возвышалась стена каньона, терявшаяся далеко за пределами видимости. На экране замигала красная лампа.
— Вот он! — воскликнул Ди Джей после долгой паузы.
Корпус разрушенного ЮНИСа был похож на кучу металлолома, заваленную камнями. Ди Джей завис прямо над ним и освещал его своим прожектором, как уличный фонарь.
— Теперь дело за вами, док. Осмотрите его. Джонас вошел в свет Ди Джея, приблизился к ЮНИСу и, направив луч на разорванный корпус, переместился к противоположной стороне. А здесь что-то другое, подумал он, глядя на обломки у днища. Там что-то двигалось.
— Видно что-нибудь? — спросил Ди Джей.
— Пока нет, — ответил Джонас, с напряжением разглядывая что-то белое. Он придвинулся еще ближе и всматривался в камни. Именно это и было там!
— Ди Джей, я не верю своим глазам! Кажется, я вижу зуб! — Джонас едва сдерживал себя. Он стал подводить механическую руку к восьмидюймовому белому предмету треугольной формы и осторожно вытащил его из кучи серы и железа.
— Эй, док! — Ди Джей истерически хохотал.
Джонас посмотрел на предмет, ради которого он спускался на семь миль до самого дна.
Это были останки белой морской звезды.
САМЕЦ
Терри Танака, Фрэнк Хеллер и Альфонс Де Марко чуть не выпали из кресел — их душил неудержимый смех. Джонас слышал все это по радио.
На какую-то минуту он почти решил врезаться в стену каньона.
— Простите дурацкий смех, — сказал Ди Джей. — Вот над моей дуростью стоит посмеяться — смотрите, что у меня с захватом.
Джонас увидел стальной трос, дюжиной перепутанных петель намотанный вокруг шестифутового выдвижного механизма. Самой руки почти не было видно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
