«Летающий шприц», наполненный раствором препарата, выстреливается в медведя из ружья или из арбалета; предельная дистанция стрельбы 50–80 м. При попадании в животного игла шприца прокалывает кожу и раствор проникает в мышцы.
Первые опыты по обездвиживанию медведей состоялись в 1962 г. на Шпицбергене, в 1965 г. на Аляске и в 1967 г. на Земле Франца-Иосифа. В конце 1968 г. общее количество пойманных, исследованных и помеченных в Арктике белых медведей составляло свыше 400[11].
Канадские зоологи работают в основном на суше. Они ловят белых медведей у привады петлями из стального троса и обездвиживают их. Норвежские исследователи чаще разыскивают медведей с небольшого судна и обездвиживают их в воде с борта корабля или шлюпки или среди льдов, подкрадываясь к медведю. Обездвиженного зверя поднимают на палубу при помощи судовой стрелы и на некоторое время помещают в специальную клетку. После обследования и мечения медведя выпускают на волю. На Шпицбергене и в Гренландии белых медведей иногда обездвиживают, догоняя на льду на мотонартах. На Аляске и в Канаде это делается при помощи вертолета или самолета. В Норвегии рассчитывают применять при обездвиживании медведей вертолет (базирующийся на исследовательском судне), используя ловушку, в которой медведь сам будет спускать настороженное устройство, снабженное шприцем с раствором препарата.
В СССР первые опыты по обездвиживанию белых медведей предприняли весной 1967 г. на Земле Франца-Иосифа. Весной 1969 г. на о-ве Врангеля были получены удовлетворительные результаты в опытах по обездвиживанию и мечению медведиц в берлогах (к 1973 г. помечены 46 особей, к 1975 г. — свыше 120).
В качестве обездвиживающих средств при работе с белыми медведями используются сукцилинхолинхлорид (дитилин — его аналог, изготовляемый в СССР), сернилан и эторфин. Первый из названных препаратов принадлежит к числу миорелаксантов, т. е. расслабляет двигательную мускулатуру. Введение его (в дозе 1–2 мг на 1 кг живого веса) через 4–5 минут приводит к обездвиживанию медведя, длящемуся от 5 до 20 минут. Обездвиженных медведей взвешивают, измеряют, берут пробы крови, иногда молока и т. д. Метят животных металлическими и пластмассовыми ушными метками. Номер метки дублируется специальными щипцами на внутренней стороне верхней губы медведя, в подмышках и пахах, а кроме того, наносится несмываемой краской на мех.
Часть животных, отловленных в США, Канаде и Норвегии, помечены при помощи радиопередатчиков, смонтированных на металлическом ошейнике (металлический трос, составляющий ошейник, служит антенной).
В Норвегии и США предпринимались попытки мечения белых медведей при помощи некоторых химических веществ, например антибиотика метилхлортетрациклина (препарат скармливается зверям с кормом), стойко окрашивающих кости и зубы животных в определенный цвет. Способы мечения животных требуют усовершенствования. Как показывают случаи повторной поимки и добычи белых медведей, через год после мечения ушные метки нередко обрываются, татуировка не всегда сохраняется, а радиопередатчики в условиях Арктики недолговечны.
Североамериканским арктическим институтом и Агентством по астронавтике и космическим исследованиям США (NASA) разработан проект организации слежения за помеченными белыми медведями с помощью искусственного спутника, вращающегося вокруг Земли по полярной орбите. Предполагается, что к обездвиженным зверям будут прикреплены радиопередатчики, устойчиво работающие при низких температурах и не боящиеся воды. Снабженный передатчиком медведь будет «выходить на связь» со спутником 2 раза в сутки. Искусственный спутник сможет передавать сведения о точном местонахождении и физиологическом состоянии помеченных зверей — частоте дыхания, сердцебиений и т. д.
Учитывая, что этот вид — конечное звено в предельно упрощенных пищевых цепях высоких широт северного полушария, белого медведя, очевидно, можно использовать в качестве биологического индикатора состояния природной среды. С каждым годом, например, все интенсивнее идет добыча нефти под водой, на шельфе Северного Ледовитого океана. Районы эти практически безлюдны, и утечки нефти, даже в больших количествах, трудно заметить. В то же время в Арктике «самоочистка» природной среды от нефтяных загрязнений происходит чрезвычайно медленно, поэтому они особенно опасны. В пределах нефтяного пятна в первую очередь погибают планктонные организмы, затем гибнет или уходит рыба, исчезают питающиеся рыбой тюлени. Этот район, естественно, покидают и белые медведи. Следовательно, отсутствие зверей там, где они должны быть, должно настораживать и служить сигналом, что с состоянием природной среды здесь не все благополучно.
Не менее серьезную проблему приобрело в наши дни загрязнение земель и вод остатками пестицидов — ДДТ и полихлорбифенилами. В Арктику они заносятся речным стоком. Как уже сообщалось, остатки пестицидов накапливаются в тканях (в частности, в жире) белого медведя в особенно больших количествах. Не исключено, что животное может быть использовано как индикатор концентрации этих ядов в природной среде.
Как уже отмечалось, Международный союз охраны природы и природных ресурсов с 1968 г. периодически проводит совещания рабочей группы специалистов. Основными задачами будущих исследований белого медведя были признаны следующие: изучение современного распределения, численности и динамики вида, состава и структуры популяций, темпов ее воспроизводства, биоценотических связей белого медведя, что в конечном счете позволит разработать научно обоснованные принципы и формы рационального использования его запасов, обеспечивающие стабильное существование вида.
Совершенно очевидно, что все перечисленные вопросы имеют непосредственное отношение к организации охраны белых медведей, даже такая, на первый взгляд теоретическая, проблема, как анализ популяционной структуры вида. Если среди белых медведей есть самостоятельные группировки, приуроченные в своем распространении к определенным небольшим районам Арктики, то регулирование их численности и охрана — внутреннее дело того государства, в пределах которого эта группировка животных обитает. Однако если ареалы отдельных популяций белых медведей обширны и выходят за пределы границ государств (что более вероятно) или если, согласно гипотезе Педерсена, все белые медведи мира образуют постоянно перемешивающееся стадо, то международные меры для сохранения вида необходимы.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Пути и формы адаптации организмов к обитанию «на пределе жизни», в экстремальных условиях, в частности в арктических пустынях, представляют интереснейшую биологическую проблему, с давних пор привлекающую внимание естествоиспытателей. Как один из наиболее характерных и, быть может, совершенных представителей фауны Арктики, белый медведь предстает в решении этой проблемы наиболее яркой «моделью». Современный уровень изученности этого вида еще недостаточно высок. Однако уже сейчас вполне очевидно, что, недавно обособившись от общего с бурым медведем предка, он приобрел многие, соответствующие требованиям среды, специфические особенности в поведении, морфологии и физиологии.
Преимущественно плотоядный тип питания и специализация в добывании тюленей привели к изменениям в его зубной системе, пищеварительном тракте, секреторной деятельности и строении когтей.
Жизнь в океане (не только во льдах, но и среди открытого моря), потребность в преодолении значительных водных рубежей отразились в своеобразном телосложении зверя. Узкое, обтекаемой формы туловище, расширенные конечности, узкая голова со спрямленным профилем, приподнятыми глазницами и высоко расположенными глазами, удлиненная подвижная шея характеризуют белого медведя как хорошего пловца и ныряльщика. Известную роль в этом, очевидно, играют особенности меха (равномерное опушение всего тела, благодаря чему мех белого медведя приближается по характеру к меху котика, калана и выдры), а также удельный вес зверя, близкий удельному весу воды, развитие и особенности расположения слоя его подкожного жира и т. д.
Большая опорная поверхность лап белого медведя облегчает ему передвижение по снегу и молодому льду. Однако общий характер телосложения, малая выносливость при беге свидетельствуют о способности зверя к преодолению больших пространств с равномерной невысокой скоростью (к экономной трате энергии).
В условиях низких температур среды при сохранении активности в течение круглого года большое значение приобретает совершенный механизм терморегуляции белого медведя. В нем важную роль играют морфологические особенности кожи и меха животного: утолщенный по сравнению с кожей бурого медведя (особенно зимой) дермальный слой, в котором могут концентрироваться жировые клетки; удлинение в зимний период волос, особенно пуховых, утолщение их сердцевинного слоя, некоторое возрастание густоты мехового покрова зимой и т. д. То же можно сказать и о значении слоя подкожного жира, сокращения интенсивности респирационных процессов. (Потери тепла во внешнюю среду за счет испарения с поверхности дыхательных путей при понижении температуры принято считать одним из критериев адаптации организма к низким температурам.)
