длинноклювых птичек. – Хочет, чтобы я унаследовал его дело. Но я…
Он запнулся.
– Ну? Кем ты хочешь стать? – Джосси пихнул его в бок.
– Диким разведчиком, вот кем!
Последние радуги погасли, будто ужаснувшись такому признанию.
– По-моему, для тебя это дело в самый раз, – сказал Джосс.
– Правда? – Роберт быстро повернулся к нему.
Джосси закивал.
– Если для дикого разведчика главное – удача, из тебя получится самый офигительный дикий разведчик во всей Галак… Ой-я! Дождь пошел.
Вода покрылась частыми точками, песок стал веснушчатым от бьющих по нему капель.
Роберт вскочил, запрокинул лицо и попытался поймать капли языком.
Настоящий дождь!
Он и вправду стал семирадужно везучим!
* * *
К тому времени, как друзья добрались до дома– корабля, дождь разошелся так, что Роберт решил не приземляться.
– Я полетел, пока! – крикнул он, убедившись, что крылолет благополучно опустился перед люком.
– А твоя одежда?! – завопил Джосси.
Он стоял рядом с крылолетом в плаще до пят, но с откинутым капюшоном.
– После заберу! – отозвался Роберт и понесся прочь.
Вдруг грузовой шлюз закроют из-за непогоды?
Он замотал головой, отплевываясь от дождевой воды, твердя себе, что семирадужная удача не подведет: шлюз, конечно, будет открыт, иначе просто не может быть!
Когда он домчался до «Твердыни», наружные створы быстро сдвигались, но Роберт успел проскочить в брешь вместе с несколькими вылетевшими из дождя челноками.
Шлюз с мокрыми механизмами и людьми был еще более суетливым местом, чем шлюз с сухими, и Роберт чуть не столкнулся с аэроскейтом, мечущимся возле груженной тюками платформы. Техник на скейте истошно орал на андроидов, которые неплотно упаковали «диффузионный пенонаполнитель»; тюки на платформе со зловещим потрескиванием раздувались.
Роберт благополучно миновал шлюз и понесся по коридорам старой промышленной зоны. В некоторых коридорах полностью сняли обшивку, их каркасы напоминали скелеты гигантских змей. Пролетев сквозь дюжину змеиных скелетов, Роберт спрятал модуль на складе и побежал к ближайшей транспортной кабине.
Всепогодные рубашка и штаны успели высохнуть, но с его волос капала вода, и он лихорадочно размышлял, как бы пробраться в свои комнаты, не попавшись на глаза никому из…
– Ты что здесь делаешь?
Роберт вздрогнул и замер в трех шагах от кабины. К нему шагал Стивен с ужасно недовольным выражением лица.
– Где ты был, морковка несчастная?
«Тьфу на тебя!» – хотел ответить Роберт голосом Патрика, но удержался и даже не огрызнулся на «морковку».
– Помогал в грузовом шлюзе, – быстро ответил он.
– С какой стати? Кто разрешил? И почему ты мокрый? Ты что, вылезал наружу?
Стив подошел к двоюродному брату и попытался ухватить его за воротник. Роберт увернулся.
– Я упал в бассейн!
– В бассейн? В грузовом шлюзе?
– Ну да. Я помогал его грузить…
Стивен все-таки дотянулся до воротника Роберта.
– А это что?
«Это» оказалось обрывком водоросли с мелкими красными листочками.
Глава 8
Уборка
– Ты понимаешь, как тебе повезло, что у тебя такая семья?
– Понимаю…
– Ты понимаешь, как тебе повезло, что о тебе заботятся, воспитывают, ни в чем тебе не отказывают?
– Понимаю…
– Судя по твоему поведению – нет! Как ты мог так поступить? Как мог не подумать о чувствах людей, которые…
– Меня интересует другое, – перебил тетю Люсильду отец Роберта. – Как тебе сошло это с рук?
– О, ему это с рук не сойдет! – заверила тетя. – Он будет размышлять о своем поведении до тех пор, пока…
– Я о другом. – Скиолитовый король встал и подошел к сыну. Роберт стоял посреди разоренной голой комнаты, которая раньше была гостиной семейства Сингер, и рассматривал свои ботинки. Услышав мерные отцовские шаги, он опустил голову еще ниже. – Я понимаю, сейчас на «Твердыне» такая обстановка, что вполне возможно пробраться в грузовой шлюз и спрятаться на платформе с контейнерами…
– Нет, как ему только пришло такое в голову! – возмутилась тетя.
– Подожди, Люси, – перебил Гарольд Сингер. Роберт макушкой чувствовал его пристальный взгляд. – Итак, тебе удалось незамеченным покинуть космосити с одной платформой и вернуться сюда с другой. Но последние контейнеры с оборудованием отправлялись с «Твердыни» между девятью и десятью утра, а сейчас…
– Шестнадцать пятнадцать по местному времени! – быстро доложил Стивен.
– То есть, ты шесть часов бродил в одиночку за пределами космосити. Так?
Пауза затянулась, и Роберт понял – отца в отличие от тети действительно интересует его ответ.
– Ну… Ага.
– Не «ага», а «да»! – одернула тетя Люсильда. – Что за манеры, где ты этого набрался?
– Подожди, Люси! – резко бросил Гарольд Сингер, и тетя с негодующим «Вместо того, чтобы сказать мне спасибо…» отошла в сторону.
Роберт так и не поднял головы, но ясно представил себе выражение тетиного лица: уголки сжатых губ опущены, тонкие брови негодующе перекошены.
– Ты провел целый день в местности, где мои биологи насчитали девять опасных и двадцать три потенциально опасных для человека животных и растений, – продолжал отец. – По-твоему, это ра– зумный поступок?
Наступила длинная пауза, во время которой Роберт успел во всех деталях рассмотреть полуоторванную магнитную застежку своего правого ботинка. В полутора метрах от этого ботинка нетерпеливо притоптывал новый отцовский «буллит», стоивший, наверное, больше, чем патрикова «Леди Удачи».
– М-м… – наконец промычал Роберт. – М-м… Нет…
– Что – «нет»?
– Это безумный поступок…
Отцовский ботинок замер.
– Тогда зачем тебе понадобилось так рисковать? С каких пор тебе стало не хватать жилых зон «Твердыни» – двадцати квадратных километров?
– Да! Чем тебе не по вкусу здешние парки и оранжереи, где не ползает всякая гадость? – голос тети снова зазвучал рядом. – Элитные цветы, климат-контроль, бассейны с очищенной водой, океанариум с настоящими рыбами…
– Какие они там настоящие! – выпалил Роберт. И, прежде чем тетя успела оскорбиться за рыб, которых отбирала сама, быстро добавил: – Просто на «Твердыне» я уже все знаю…
– Поэтому решил тайком отправиться исследовать неведомое? – спросил отец.
Низкий голос звучал скорее задумчиво, чем сердито, и Роберт молча кивнул.
– Чтобы отправиться в такую вылазку, нужно большое безрассудство. А чтобы вернуться из нее целым и невредимым, нужна большая удача, – сказал Гарольд Сингер. – Остается надеяться, что удачливости в тебе больше, чем безрассудства.
– Гарольд, как, ты больше ничего ему не скажешь? – воскликнула тетя Люсильда.
Роберт вскинул голову: отец шагал к черному прямоугольнику, оставшемуся на стене там, где раньше загорался иллюзорный камин.
– Роберт будет сидеть в детской, пока не закончится строительство дома, – приостановившись, бросил через плечо глава семейства Сингер. – Остальное, полагаю, ты скажешь ему сама. А у меня через три минуты важные переговоры.
Он шагнул в прямоугольник и исчез.
Стивен поспешил за дядей, напоследок кинув на двоюродного брата злорадный взгляд.
Тетя Люсильда встала, сделала
