барыш, но все же... все же это какая-никакая но ниточка.
- Мил человек... ты ведь не нарушишь обещанье?
- Сегодня же - коротко ответил я - Сегодня же я обличу отравительницу
Фелагею, благо весь народ собрался на твоих поминках. Тут тебе и стечение
народа и удобный момент. Да и староста там же. Поэтому, мне надо
поторопиться, добрый старик.
- А хорошо ли меня поминают? - с интересом осведомился Джогли - Чего
говорят? Не поскупился ли мой дурень на угощенье? Хватает ли пива?
- Много хорошего говорят. Еды и пива хватает - фыркнул я - Я побежал, а
то поминки закончатся.
- Не - отрицательно мотнул головой призрак - У нас в деревне уж ежели за
стол сели, то до утра не встанут! Но ты все же поспеши! А как все
закончится, то накажи моим, чтобы про могилку старика не забывали!
Пущай наведываются!
- Накажу! - уже на бегу отозвался я - Не переживайте!
- И пусть побольше кружек за мое благостное упокоение поднимают! - не
унимался дед, крича мне в след последние наставления.
- Ла-а-адно!
- И в следующий раз от награды не отказывайся, дурень!
- Дедуля!
- И сыну моему скажи, чтобы Алишану не обижал!
- Да скажу, скажу! Хватит орать на все кладбище!
- Уда-ачи!
Махнув на прощание рукой, я вылетел с территории кладбища и помчался
к деревне. Пора и мне отметиться на поминках. Судя по доносящимся от
деревни тоскливым песням, деревенские и не думают заканчивать веселье.
Что ж... тем лучше для меня.
Держись за свои юбки Фелагея, я иду по твою душу.
Глава третья.
Переполох на поминках. Суд богов. Неудачное изгнание
непрошенного гостя. Лагенброк.
Едва я беспрепятственно шагнул за калитку, то пережил мгновенное
чувство дежавю - давешний едва стоящий на ногах мужик вновь встречал
меня у самого входа с полной кружкой в руках. Всучил ее мне и коротко
велел:
- Выпьем.
- Выпьем - как и в прошлый раз согласился я и прикончил содержимое
кружки.
Мужик одобрительно кивнул и забрав у меня посудину, побрел к бочонку.
А я двинулся по направлению к сидящему на прежнем месте Стехану.
Чувство дежавю резко усилилось, я с силой встряхнул головой, чтобы
избавиться от ощущения будто меня заело словно заезженную пластинку и
что я раз за разом иду по одному и тому же кругу. Или просто усталость
сказывается?
- Вернулся? - обрадовался Стехан, хлопая меня по плечу - Тогда выпьем!
- А черт... черт... и это уже было - пробормотал я, принимая огромную
кружку - Повторяетесь, ребята, повторяетесь. Или программой у вас такая...
- Ты о чем это, Росгард? Случилось что? Или выпил лишку?
- А? - очнулся я - Да нет, все в порядке, уважаемый. Задумался просто.
Стехан, скажи-ка мне, а нет ли здесь соседки усопшего старика Джогли,
некой Фелагеи. У нее еще дочка на выданье.
- Фелагея? Чего ж не указать. Вона - кивнул торговец - По правую руку от
младшего Джогли дочка ее, Фетисса, сидит, а затем уж и Фелагея
примостилась.
Тому, что он вновь кивнул в прежнем направлении я уже не удивлялся.
Пусть дежавю продолжается. Просто взглянул в указанную сторону. За время
моего отсутствия диспозиция не изменилась. Горестный сын Джогли по-
прежнему сидел во главе стола, Алишана все так неотступно находилась
рядышком, сидя по правую руку.
А вот по левую сторону сидела раскрасневшаяся деваха поперек себя шире.
Понаблюдав за ней пару минут, я заметил, что она словно бы отражение
Алишаны. Дико гротескное и уродливое отражение в кривом зеркале. Не
женщина, а Квазимодо в юбке. Тучна непомерно, лицо без малейшего
выражения, глазки масляно сверкают. И на всем этом налеплен тонкий и
костистый нос...
Но меня больше заинтересовала не она сама, а ее странные действия. Она
старательно копировала Алишану. Копировала во всем. Юная жена подложит
мужу куриную лапку на тарелку - и дочка Фелагеи тотчас делает тоже самое,
Алишана ободряюще коснется правого плеча мужа и Фетисса мгновенно
кладет свою лапищу на его левое плечо. И так во всем и без малейшего
стеснения. Вот только красавица Алишана вся поникшая и горестная, а по
губам Фетиссы нет-нет да и скользнет улыбка. Да уж...
Потихоньку потягивая пиво, я вдоволь насмотрелся на эту странную
троицу и лишь затем перевел взгляд еще чуть левее, на присматривающую за
действиями дочурки Фелагею, изредка одобрительно покачивающую головой
и не забывающую что-то нашептывать ей на ухо. И опять же все на глазах
присутствующих. Нет, понятно, что это все же игра, а не реальный мир.
Здесь все более нарочито, более напоказ, чтобы даже самый тупой игрок
смог заметить подсказки и определить настроение любого "местного". Но
все же мне стало как-то не по себе. Будто все происходит по-настоящему.
В принципе, достаточно было посмотреть на мать, чтобы понять, как будет
выглядеть Фетисса под старость. Ибо дочь на мать похожа просто
поразительно. Та же комплекция, то же лицо. В общем, если дочурку я
невольно сравнил с Квазимодо, то ее мамашу можно было смело сравнивать
с набравшей лишний вес и приодевшейся Бабой Ягой. Нос нависает над
плотно сжатыми губами и словно на заказ украшен крупной бородавкой. Что
ж, внешний вид подозреваемых подходит как нельзя лучше. Окажись
Фелагея сухой добродушной старушкой то я бы мог и усомниться в словах
помершего Джогли. Да еще и этот наглый охмуреж чужого законного супруга
прямо на поминках идеально укладывается в картину. Работают по принципу
"куй железо пока горячо?".
Допив остатки пива, я поставил было ее на стол, но Стехан вовремя
перехватил ее и ловко подставил под пивную струю из кувшина. Три
секунды и у меня в руке вновь полнехонькая кружка.
- Пиво больно хорошее удалось - подмигнув, поведал мне торговец - Грех
не пить. Правда и в голову ударить можно, так что ты поосторожней.
- Ага - согласился я, машинально делая глоток - Хорошее пиво.
- На кладбище-то побывал?
- Побывал - кивнул я.
- И что? - с жадным любопытством наклонился ко мне Стехан - Как оно?
- На месте - пожал я плечами, не сводя глаз с главной "подозреваемой" и
решая неоднозначный вопрос "быть или не быть".
Пока я бежал с кладбища и вновь усаживался за стол, мой праведный запал
как-то поугас и сейчас я терзался сомнениями. Бородавка на носу это еще не
доказательство вины. А если Фелагея не при чем? А я ее на суд богов. Вот
вляпаюсь... Сведения от покойного Джогли я успешно получил, а проблемы
мелкой деревеньки не столь уж и существенны. Найдется ли пропавший
единоглаз (которого я уже благополучно порешил), удастся ли Фелагее
воплотить свои злодейские планы местного пошиба в жизнь... мне-то
собственно какая разница? Награда ерундовая, а риск нарваться на
божественное проклятье весьма серьезен... блин...
- Да знаю что на месте! - обиделся Стехан - Я про старика Джогли!
Увиделся с ним? Разузнал ли чего про невестку его проклятущую?
- Ик! Джогли? - пьяно удивился сидящий рядом веснушчатый парень - Так
он же помер! Иль поминки не по нему?
- Да помер он, помер - досадливо отмахнулся торговец - Ты пей давай, да в
чужие разговоры носа не суй! Росгард, ну что? Удалось ли что?
- Угу - тяжело вздохнул я, медленно поднимаясь на ноги - Удалось.
Нелегкое решение я уже принял и сейчас всячески себя ненавидел.
- И что удалось?
- А вот сейчас и узнаешь - пообещал я, выпрямляясь во весь рост и упирая
руки в бока - Сейчас. Кхм-кхм... Уважаемые люди! Э-э-э... попрошу минутку
внимания!
На мое робкое покашливание не обратили ни малейшего внимания. Только
Стехан удивленно смотрел на меня снизу вверх. Остальные продолжали
заниматься своими делами, словно и не заметив моей попытки. Ладно...
Вдохнув побольше воздуха, я рявкнул во весь голос:
- Уважаемые! Але! На меня посмотрите!
На этот раз подействовало. Витающий над столами гул стих и я оказался
под перекрестьем множества вопросительных взглядов.
- Жители Мшистых Холмов! Сегодня, я чужеземец Росгард, пришел к вам с
важной вестью!
- О! Росгард! - подскочил со скамьи староста и жадно поинтересовался -
Никак нашелся единоглазик наш обережный? Нашелся красавец?
- А? Да нет, погодите вы со своим оберегом - отмахнулся я - Моя весть
касается старика Джогли, которого сегодня оплакиваем мы все вместе. И
весть я принес печальную, касательно обстоятельств его смерти.
Произнося эти слова, я не сводил глаз с Фелагеи и едва сдержал
