— Придется жениться.
— На ком? — уточнил на всякий случай Нир.
— На ней, естественно.
— Эээ… а кому?
— Ну, конечно же, мне! — негодующе сверкнув глазами, рявкнул эльф. — Я не позволю ей запятнать свою репутацию браком с такой темной личностью, как ты.
— Ооо, — ехидно улыбаясь, протянул его оппонент. — Какое самопожертвование! А сколько благородства! — и демонстративно поаплодировал светлому. — А как же невеста?
— Язви, язви, слуга, ни на что большее ты не способен, — смерив его надменным взглядом, проговорил Эмиль.
— Ну, как же? А на лишение девичьей чести? — Нир уже откровенно ухмылялся, и эта его мимика стала последней каплей в терпении эльфа.
Рыкнув что-то совсем не «светлое» в адрес противника, парень ринулся на него с кулаками, окруженными золотистым сиянием. Нир плавно уклонился, но блондин, быстро среагировав на его маневр, все-таки достал темного скользящим ударом. Ответ не заставил себя долго ждать. А дальше… понеслось.
Когда Адель пришла в себя, ее взору предстала дивная картина: в полуразрушенной комнате на полу у стены сидели изрядно потрепанные молодые люди и что-то пили из кувшина, который по-братски передавали друг другу. А напротив них с невозмутимой миной стоял старый гном и терпеливо держал в руках пустой поднос.
— А мне? — хрипло сказала девушка, сглатывая слюну. — Пожалуйста! Я тоже пить хочу!
Дворецкий окинул ее хмурым взглядом и, развернувшись на каблуках, вышел из комнаты. Фея искренне понадеялась, что пошел он за водой, а не за жрецом для венчания. Больно уж странно гном смотрел на ее… А на что он, собственно, смотрел? Опустив взгляд, Адель чуть снова не лишилась чувств. Некогда скромное платье сейчас напоминало наряд бывалой развратницы, причем бывалой в нескольких переделках, судя по оторванному рукаву. Взвизгнув, девушка прикрылась краем съехавшего вниз одеяла и дрожащим от негодования голосом произнесла:
— Кто посмел?!
— Шарик, — хором ответили молодые люди и жестами указали на недовольного пса, лежащего у ног Нира.
Он и правда напоминал шар — большой лохматый шар с короткими ножками, прозрачными крылышками и жутко хитрой мордой, которую рассмотреть под длинной челкой было крайне затруднительно. Зато его собрат отличался гладкой шерстью, маленькими габаритами и невероятной подвижностью, а еще он сильно напоминал серого грызуна. Наверное, поэтому его и назвали в детстве Крыс.
— Шарик, — эхом повторила фея, а вышеназванное животное жалобно заскулило, порываясь ползком перебраться к хозяйке из-под ноги темного, придавившего ему хвост.
— Сидеть! — приказал Нир, и пес послушно лег обратно.
Адель прикрыла глаза, мысленно сосчитала до десяти и, снова посмотрев на сидящую у стены парочку, сказала:
— Приводить в порядок дом будете вместе.
— Хорошо, — покладисто согласился эльф, а его недавний противник утвердительно кивнул.
— Хм, — фея прищурилась, машинально поглаживая по голове Крыса, примостившегося возле нее. — А отчего это вы такие… покладистые?
— Выпустили пар, поговорили, прояснили ситуацию… — робко улыбнулся светлый, глядя на подругу подозрительно невинными глазами.
— … разгромили мой дом, разорвали на мне платье, лишили меня невинности, — продолжила девушка, краснея с каждым новым пунктом.
— Что, оба?! — не упустил возможность подколоть ее темный.
— Заткнисссь! — прошипела фея, пряча пылающее лицо за одеялом, а Нир, не выдержав, расхохотался.
— Адель, все в порядке с твоей девственностью, пятно на платье от вина, — поднявшись, Эмиль подошел к ней и, присев на край кровати, продолжил: — Этого придурка всю ночь дома не было, а ты, уставшая и сонная, просто перепутала комнаты.
— Это он тебе сказал?! И ты поверил?!
— Ад… — попытался остановить ее бывший слуга, но девушка лишь раздраженно отмахнулась от него, продолжая:
— Эмиль, я по уши в неприятностях, нет — по самую макушку! Я должна завтра отдать три сундука золота, иначе попаду на три года в рабство и два из них проведу в игорном доме Госпожи Милалики. Слышал о таком? — судя по вытянутому лицу парня, на котором странно забегали ясно-голубые глаза — слышал. — Сегодня в полночь я участвую в Тритэре, а…
— Что?! — на бледной от природы физиономии эльфа проступили красные пятна. — Где ты участвуешь? Тебя зачаровали, солнышко? Или ты все-таки спятила, как я и говорил ранее? Ты в курсе, что с Тритэры не все пешком выходят, некоторых и вперед ногами выносят?
— Это слухи, — пробормотала она, не желая верить в подобные ужасы.
— Слухи на пустом месте не растут.
— На первом уровне еще никто не погибал, — подал голос Нир. — А дальше ей и не надо.
— На первом уровне?! — чувствуя, что снова закипает, взвилась Адель. — Так это правда? И ты знал? Знал и отправил меня на эту проклятую Игру?!
— Ну, если для тебя рабство предпочтительней… — пожал плечами темный, а фея сказала:
— Я вас ненавижу. Обоих!
— Ээээ, а меня-то за что? — возмутился светлый.
— А за компанию!
— Яблочный сок, Госпожа фея, — чинной походкой пройдя по обломкам двери, сообщил старый гном. — Может, позавтракать желаете? Пока столовая не в руинах.
— С…ссспасибо, не надо, — взяв в руку стакан, то ли прошептала, то ли прошипела Аделаида. — Я уже сыта… по горло.
* * *
После довольно продолжительного разговора с Эмилли-Элем и Ниром, идея поехать с ними в салон Госпожи Баррэ казалась фее очень даже хорошей. Но сейчас, стоя за увешанной платьями ширмой, девушка искренне раскаивалась в содеянном. Как ей вообще пришло в голову привести в этот волшебный мир моды двух неотесанных особей мужского пола?! Это… это… это же просто кощунственно!
— Надень, — перекинув очередной наряд через перегородку, потребовал темный. Адель протянула руку к шелковому подолу, но тот проворно ускользнул от нее.
— Ты ссспятил?! — возмущенно зашипел сдернувший платье Эмиль. — В таком только шлюхи на работу ходят.
— Наш светлый мальчик знаком с работой шлюх? — платье снова оказалось на месте, и фея опять потянулась к нему, но… не поймала.
— Не время язвить, темный! — потрясая воздушной вещицей, заявил блондин.
— Не время играть в святую невинность, светлый! Ее вид должен сбивать с толку других иг… конкурентов. А уж чем их там сбить… мужскую половину точно… у маленькой Госпожи, поверь мне, есть, — ядовито закончил он и, в очередной раз отобрав многострадальный наряд у эльфа, снова швырнул его на ширму. — Примерь, Адель!
— Я говорила, что ненавижу вас? — задумчиво спросила фея, разглядывая пойманную, наконец, вещь.
— Да, — синхронно ответили ей.
— Хм… ну, тогда повторюсь, — вздохнув, сказала она и принялась натягивать на себя невероятно красивое, но чересчур открытое платье. Белое с серебристой вышивкой по краю глубокого декольте. Как раз под цвет ее маски.
Одевшись, девушка расправила складки на длинной юбке, поправила тонкую шнуровку на боку и, убедившись, что все сидит нормально, принялась задумчиво разглядывать себя в большом настенном зеркале.
— Маленькая Госпожа, ты там не заснула, часом? — осторожно уточнил Нир, спустя пять минут.
— Нет, — продолжая гипнотизировать свое отражение, проговорила Ада.
— Тогда, может, покаже…
— Нет! — снова повторила она, не дав ему закончить фразу.
— Почему? — оживился Эмилли-Эль по ту сторону ширмы.
— Потому что это не мой стиль.
— Выйди к нам, цветочек, — приказным тоном потребовал темный.
— Да, Адель, покажись уже, тут же все свои, — поддержал его светлый.
— Я раздеваюсь, — сообщила им девушка и, не успела она взяться за шнуровку, как оба спутника оказались рядом.
— Обалдеть! — в купе с восторженным свистом выдал свой вердикт эльф. — Ты такая, такая…
— Неприличная, — мрачно подсказала фея, скрестив руки на груди так, чтобы прикрыть большую часть последней.
— Эээ… я хотел сказать — нежная, — бледные щеки парня вспыхнули, а в глазах промелькнуло виноватое выражение.
— Нежная, — повторил его слова Нир, который в отличие от Эмиля даже не пытался смотреть в лицо своей бывшей госпоже. Он с интересом изучал изгибы ее точеной фигурки под тонкой тканью выбранного им платья. — Это подходит! — заявил молодой человек, отодвигая ширму.
— Да ты ссспятил? — возмущенно зашипела Ада. — Я же со стыда сгорю.
— Под белой шерсткой твоей маски, — склонившись к ней, прошептал темный, — пожар на щеках никто не заметит.
Девушка нервно передернула обнаженными плечиками, и обреченно посмотрела на него:
— Нир, я… я не смогу. Я не такая.
— Не какая? — заинтересовался он.
— Не… эээ… не смелая, — подобрала, наконец, подходящее определение фея.
