Читаем без скачивания Битва за опиум - Джерри Эхерн

— Полковник Цзинь! — сказала девушка, и Фрост подумал: забавно видеть суровую мину на столь перепачканном лице. — Я чрезвычайно вам признательна за беспокойство и заботу, но…

Сандра Линдсей сплела пальцы рук. Точно оперная певица, готовящаяся начать арию, подумал Фрост.

— …Но я отнюдь не избалована. И умею постоять за себя. И присутствую в Бирме исключительно как наблюдатель, обладающий правом неприкосновенности! Всякий увидит: я вполне безоружна!

— По такому поводу и выпить не грех, — заметил Фрост.

Девушка буквально уничтожила его взглядом и продолжила:

— Я должна во всем удостовериться! Иначе грязная торговля опиумом станет продолжаться до скончания веков. И кровопролитие тоже. Мы занимаемся важным делом, и вы, полковник, не можете не понимать стоящих перед организацией благородных целей!

Фрост ухмыльнулся. Ибо полковник понимал благородные цели этой организации чрезмерно хорошо. Оттого и старался спровадить незваную гостью с глаз долой.

Мы обратимся к общественному мнению! — кричала Сандра, — возбудим негодование целого мира!

— Пока что, — с философским видом промолвил Фрост, — вы приводите в изрядное возбуждение меня.

Девица повернулась, окончательно разъяренная.

— Прошу прощения, — поспешил продолжить капитан, — я неудачно и, кажется, грубо пошутил. Извините, мисс Линдсей, чего требовать от неотесанного наемника? Шатаешься по тропическим зарослям, и месяцами не видишь ни единой белой женщины… Простите великодушно! Придется растрачивать избыточный пыл в боях, а низменные инстинкты всемерно и геройски подавлять…

Сандра Линдсей сделала шаг и замахнулась. Фрост своевременно отпрянул и, очутившись на безопасном расстоянии, погрозил девушке пальцем.

Презрительно фыркнув, Сандра опять обратилась к полковнику.

— Итак, сэр?

Китаец пожал плечами.

— Хорошо… Но я не в ответе за возможные последствия…

И, с непроницаемой улыбкой поглядев на Фроста, закончил:

— Отвечать будет он.

Глава двенадцатая

Ухватив запястье девушки, Фрост буквально затащил ее под прикрытие деревьев, за груды валежника и бурелома. Передернул затвор винтовки, прицелился, открыл огонь. С противоположной стороны огромной прогалины доносилась отрывочная стрельба, редкие пулеметные очереди-Бойцы полковника Цзиня уже перестроились и ломаной, растянутой шеренгой наступали на вражескую позицию.

— Это ченовские солдаты? — выкрикнула Сандра Линдсей.

— Пригни свою дурацкую голову! — не менее громко заорал в ответ капитан. — Нет! Бирманские красные партизаны — так я думаю. Какая, к чертям собачьим, разница? Они стреляют в нас!

Фрост выпустил короткую очередь, пригнулся сам и прорычал:

— Остолопы…

— Кто именно? — спросила девушка, подползая вплотную к Фросту. Ее легкие серовато-синие джинсы были напрочь перепачканы глиной и зеленым соком трав.

— Союзнички наши, — огрызнулся Фрост. Обернулся, поглядел на Сандру: — Атакуют прямо в лоб! Видать, у советских инструкторов учились… Может, и победят в итоге, но какой ценой? Ух, болваны!

— Я думала, вы профессиональный убийца. Отчего же вас так волнует чужая смерть?

— Не пытайтесь меня уязвить, сударыня. Это делали куда более опытные и умелые люди. На генерала Чена я охочусь отнюдь не из природной кровожадности… Это работа, и я не взялся бы за нее, да необходимость вынудила.

— Если требовались деньги, взяли бы, да обратились в благотворительный фонд: их полным-полно, — с невинным видом произнесла Сандра.

— Впервые слышу, — осклабился Фрост. — Но деньги пока имеются, в благотворительности не нуждаюсь… У меня были другие причины. И веские.

Он опять поднял голову, еще раз выстрелил, пригляделся. Потери китайцев оказались относительно малы — погиб один человек из пяти. Но лишь потому, что неприятель многократно уступал атакующим численностью — да, пожалуй, и меткостью.

Бой уже утих; только изредка раздавались отрывистые выстрелы, точно кто-то бичом хлопал. “Приканчивают раненых и пленных”, — подумал Фрост.

Долгий, почти нечеловеческий вопль долетел до капитана и Сандры.

— Господи, помилуй! — встрепенулась девушка. — Это еще что такое?

— Это люди полковника пытаются получить кой-какие полезные сведения, а собеседник упорствует, — угрюмо сказал Фрост. — Необщительный субъект попался…

— Пытки?! Нет!

Сандра вскочила и вознамерилась было перескочить груду валежника, но Фрост поспешно увлек девушку назад. Опрокинул наземь, оседлал, ухватил оба запястья Сандры, которая готовилась вонзить в лицо наемнику длинные ухоженные ногти.

— Ага, все-таки умеете драться, — прорычал Фрост. — На что вы рассчитываете? Застать человека, разрезаемого на куски, либо подвешенного за мошонку, и объяснить китайцам, как это нехорошо и негуманно? Противоречит уставу ООН? Да они со смеху помрут! А вы — от ужаса.

— Зачем вы здесь? Если сами ненавидите их, зачем вы здесь?

— Заткнитесь. Пожалуйста.

Фрост закурил одну из безымянных полковничьих сигарет. Услыхал команду на китайском — полупролаянную, полупромяуканную цзиневским офицером. Бойцы резервного отряда начали выходить из укрытий и пересекать прогалину.

— Ну-ка, идемте, — сказал наемник бледной, испуганной девушке — Время торопит, и труба зовет, и долг велит, и любая другая чушь по вашему выбору… За мной.

Сандра оттолкнула протянутую руку Фроста и вскочила сама.

— Погодите-ка, — велел капитан.

Фрост затянулся, аккуратно стряхнул пепел и быстро ожег запястье Сандры пылающей сигаретой. Сандра Линдсей подпрыгнула и завопила.

— Вы спятили? Болван!!!

— Нет. Но теперь вы имеете отдаленное представление об окурке, который гасят, медленно ввинчивая в тело. Я просто сделал вам крошечную прививку от возможной опрометчивости, мисс Линдсей… Надеюсь, теперь вы четырежды подумаете, прежде нежели станете орать на победителей и грозить им. Победителей, как известно, не судят…

Несколькими часами позднее, во время нового привала, покуда Фрост, Густав, Лундиган и Сандра Линдсей делили сухие пайки на краю другой, но столь же обширной прогалины, девушка сделала глубокий вдох, словно собиралась нырять, и спросила:

— А чего, собственно, вы хотите достичь, убив генерала Чена?

— Если речь идет о пресечении опиумной торговли — ничего. Почти ничего, — спокойно молвил Фрост.

— А мне попросту наплевать на нее, — промямлил Густав сквозь кусок пережевываемой ветчины.

— Видите ли, мэм, — вмешался Лундиган, перегибаясь вперед и сдвигая кепи на затылок, — мы, разумеется, будем рады косвенно содействовать хорошему делу. Но работаем вовсе не ради этого.

— Как же?..

— Философию побоку, — сказал Фрост, — и приступим к ясным, основательным пояснениям. Полковник Цзинь похож на военного гения, как я — на кинозвезду. Пришагал прямиком в засаду, бездарно атаковал, победил только благодаря огромному численному перевесу… И в остальном, вероятно, столь же талантлив. Под его мудрым руководством торговля наркотиками неминуемо зачахнет. Понимаете? А даже если сократится лишь на десять процентов — мировой рынок потеряет уже пять процентов опиума-сырца. По-моему, цифра отнюдь не плохая.

Фрост отбросил пустую консервную банку, закурил, сощурился.

— Да неужели вы не понимаете, — вскинулась девушка, — что убийство — негодный выход из положения?

Фрост поднял брови.

— Говоря, будто намерены убить Чена ради общего блага, — запальчиво продолжила Сандра, — вы рассуждаете в точности по-коммунистически! Цель оправдывает средства!

— Полегче, мэм, — осклабился Густав. — Ругайтесь как захотите, но с паршивыми комми не сравнивайте!

— Понимаете, — сказал Фрост, — философские вопросы не заботят нас. Мы действуем потому, что вынуждены действовать.

— Мы похожи на техасских рейнджеров, — улыбнулся Лундиган. — Или на японских самураев. Обладаем бойцовскими навыками, продаем их, получаем деньги. Только настоящий, уважающий себя наемник ни за что на свете не станет служить кому попало. Никто из нас не выступит за Советский Союз, или Кубу, или Кампучию… Понимаете?

— Да, да, понимаю! Думаете, вы благородны, блистательны, великолепны. Мысленно равняетесь на герое? прошлого. Но в сущности, вы — анахронизм.

Уничтожавший третью банку говяжьей тушенки Густав насторожился.

— Как вы нас обругали? А ну… хра..?

— Анахронизм. Пережиток былых времен. — Вы еще про категорический императив Иммануила Канта заведите речь! — расхохотался Фрост. — Уж это поймут с ходу!

— Сделайте милость, заткнитесь, — посоветовала Сандра.

Густав попытался было возразить, но капитан уже стоял на ногах и прислушивался.

— Тс-с-с! — прошипел он.

— Что случилось? — шепотом спросила девушка.