Постоянное упоминание о затраченных на что-либо деньгах было само собой разумеющимся, так делали все, особенно, когда дарили какие-то подарки и поначалу меня это здорово царапало, но потом я научилась пропускать подобные замечания мимо ушей. Надо похвалить мужа, тогда он сделает вид, что это ему совершенно безразлично, а внутри будет надуваться от гордости и наверняка похвастается где-нибудь, как жена его любит.
- Ты молодец! - я поцеловала его в плохо побритую щетину. - Такие деньги потратил, чтобы восстановить его. А что, у нас уже бриться нечем в доме?
- Ах ты...- Фриц сделал вид, что рассердился, но я видела, как заблестели его глаза и по лицу пробежала довольная ухмылка. - Смотри, что я еще принес!
Он вынул из кожаного мешочка грубоватые железные палочки с острыми концами и показал их мне.
- Гляди, как это делается...- он вложил одну палочку в углубление на деревянном ложе, покрутил ручку ворота, прицелился, щелкнул ногтем и под низкий густой звук палочка сорвалась и вонзилась в деревянную стойку, подпирающую навес в углу. - Заметь, на какую глубину ушел болт в дерево, это тебе не композитный лук!
Болт, как он назвал эту палочку, действительно было не вытащить из балки, и Фриц сам раскачал ее не с первого раза.
- Это был выстрел вблизи, а латы он прошибет со ста шагов. Ну, хочешь попробовать?
Я осторожно взяла смертоносную игрушку, зацепила планкой тетиву и стал крутить ручку ворота, наблюдая за тем, как сгибается стальная дуга. Вложенный в паз болт вылетел с бешеной скоростью и впился в то же место, откуда Фриц вытащил его пятью минутами раньше.
- Смотри-ка, повезло тебе - не целилась, а попала в ту же точку, что и я, - удивленно подметил мужчина, похромав к балке.
Я вложила второй болт, прицелилась...и он впился в то же отверстие, уже порядком расшатанное от первоначального размера. Фриц обернулся и недоверчиво рассматривал третий болт, который ему предстояло вытащить.
- Марта, ты сколько времени прицеливалась?
- Пока не поймала на прицел ту точку. А что?
- Да ничего. Отойди-ка в дальний угол, вон туда, - он показал место, куда я должна была встать, а сам отошел к стене. - Бей!
Болт вошел не в само отверстие, а в паре сантиметров от него, что навело мужа на длительные размышления. Он промерил шагами расстояние от угла, откуда я стреляла последний раз до цели, подкинул на руке арбалет, взвешивая его, рассмотрел еще раз болты у себя в руках и начал что-то высчитывать на пальцах, присев на корточки. При этом он чертил болтом какую-то схему на земле, стирал ее и снова чертил, а я терпеливо ждала, пока он закончит свои труды. Поднявшись с земли, муж сунул болты в кожаный мешочек, взял арбалет и пошел в дом, ничего не говоря.
- Фриц, - окликнула я его, делая вид, что внимательно смотрю вслед. - По-моему, ты стал гораздо меньше хромать...
Он сделал вид, что ему все равно, но выпрямленная спина и развернутые плечи свидетельствовали об обратном. Заснуть в эту ночь мне удалось только после второй стражи...
Выйдя на улицу, я поймала сына соседа и велела ему найти Фрица. Как принято хоронить, я не знала, но скорее всего надо обмыть покойницу, обрядить ее в чистое и заказать гроб. Потом его отнесут в церковь святого Себастьяна, где патер Оскар прочитает отходную и все, кто ее знал, придут проститься со старой подругой. Кладбище Варбурга находилось за городской стеной и туда надо было пройти по дороге совсем немного, но для разленившихся горожан это было немыслимое расстояние. Я преодолевала его за полчаса от силы, а вот другие женщины, сходив туда и обратно, потом лежали целый день, охая и причитая. Из-за своей малоподвижности они становились одутловатыми и рыхлыми раньше времени, жалуясь на сердце или отеки. Потом начинались скандалы от плохого самочувствия, раздражение, сонливость днем, а это все только усугубляло их состояние. Ходили бы побольше, да работали, ворчала я про себя, но никого тут было не переубедить. Ну и ладно, это их жизнь.
Год и шесть месяцев назад.
Выходить за городские ворота днем можно было беспрепятственно и когда муж вывел меня за них, я долго брела, как пьяная, наслаждаясь прогулкой на природе. Спрашивать его о причинах столь странного поведения было бесполезно, изучив его характер, я уже знала, что сразу он ничего не будет говорить, отмалчиваясь и сопя, поэтому надо терпеливо ждать, когда мы придем на место. Плотный сверток у него за плечами раззадорил любопытство стражи, и они принялись с деланным весельем строить догадки о цели нашей вылазки с ним.
- Эй, Хайгель, куда ты жену повел, тебе что, ночи мало, что ты в лес с ней решил податься?
- Фриц, если ты на медведя пошел, то они еще тощие, учти!
- Марта, ты бы пошла впереди мужа-то, а то все сзади идешь, а он не на дорогу смотрит, а на тебя!
Но с Хайгелем такие штучки с подначками не проходили и отскакивали, как от стенки горох. Зато идти он и в самом деле стал быстрее и как будто хромота стала меньше...ну и дела-а!
Большая поляна, на которую он меня привел, ему определенно понравилась. Он скинул с плеч сверток, прорезал в коре ножом кривой квадрат с углублением посередине и отсчитал шаги от толстого дерева, втыкая сломанные палочки.
- Вставай сюда, Марта, - он показал на первую вешку. - Мишень видишь? Взводи... Целься в центр... Бей! Теперь левый верх...взводи...целься...бей! Правый низ...взводи...целься...бей! Стоп, я за болтами!
Через десять минут стало ясно, что из пяти болтов точно легли три - центральный и два верхних, левый нижний отошел на палец влево, а правый нижний опустился на ладонь.
- Ну-ка, покажи мне глаза, - приказал Фриц, подойдя ближе. - Посмотри вверх...вниз...вправо...влево...
Зажав мне голову, он наблюдал, как я вращала глазами, потом оттянул одно веко, другое, надавил пальцем на один глаз и потребовал, чтобы я опять смотрела по сторонам по его команде.
- Плохо видишь левым глазом, - произнес он свой вердикт. - Косить начинаешь, когда щуришься, а это дает смещение прицела. Сейчас я сделаю еще две мишени, повыше и пониже, тогда посмотрим, как и в каком положении тебе лучше всего целиться. Будешь знать свои возможности - сможешь лучше обороняться.
Мы еще отстрелялись по старой и двум новым мишеням, подтвердив его первоначальное заключение о левом глазе. Собственно, это я знала и дома - мало того, что я была близорука на левое око, да еще там жил астигматизм и без сложной линзы слева я видела вдаль плоховато. Но чтобы полуграмотный наемник вот так, с ходу, определил эту проблему, повергло меня в шок. Две дополнительные мишени дали свои результаты, которые не поняла, но их живо растолковал мне Фриц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
