С девушкой на руках Демон прошел к кровати, по дороге погружая ее в сон. Склонившись над ней, уже крепко спящей, он провел нежно рукой по щеке. Говорящая с призраками. Посвященная Великой Матерью Волчицей. Избранная жена. Все это было не то, совсем не то. Дитя человеческое, чистая душа. Вот кем она была. И до самого ее конца он будет тянуться к ней, ведь чистые души делают демона сильнее и могущественнее.
В кафе с утра было очень много посетителей, но, несмотря на то, что спала она мало, Настя чувствовала себя отдохнувшей. И невероятно счастливой.
— Кофе прекрасный, с перчинкой, — кивнул Пепе, отпив из чашки во время своего перерыва. — А я купил настоящие турки и поднос с песком, буду делать кофе по-турецки, но только особенным посетителям.
— А мне сделаешь? — загорелась Настя.
— Может быть, может быть, — с загадочным видом подмигнул ей Пепе.
В кафе зашла заплаканная девушка, машинально взяла салфетку со стола, попыталась вытереть зареванное лицо.
— Туалет вот здесь, — Настя вышла из-за стойки и проводила посетительницу. — Там есть бумажные полотенца.
— Спасибо, — дверь за девушкой закрылась и раздались всхлипы и рыдания.
Пепе поправил очки на носу, встретился взглядом с Настей и улыбнулся.
— Сделай ей кофе, Настя. С корицей. Молоко обезжиренное и не слишком взбивай его в пену.
— Есть.
Когда девушка вышла, Пепе поставил чашку на столик.
— Садитесь, отдохните.
— Я не хочу, спасибо, — девушка все еще всхлипывала.
— Садитесь, — настоял Пепе и отодвинул стул. — Мы угощаем.
Девушка села, пододвинула чашку к себе.
— Спасибо.
— И кто бы он ни был, знаете, он Вас недостоин, — Пепе поставил перед ней вазочку с зефирками. — И плакать по нему не стоит.
— Просто все так неожиданно, — слезы опять потекли по лицу.
— Ничего, — похлопал ее по руке Пепе, — время лечит.
Она пила кофе и успокаивалась. Настя украдкой наблюдала, как подсыхают слезы, как улыбка появляется на лице, когда зефирка касается языка и тает на нем.
Пепе как никто умел успокаивать. Ему доверяешь, как дедушке, как доброму волшебнику из сказки. И когда девушка поднялась и поблагодарила, она уже не была угнетена и расстроена. И Настя за нее была рада.
— Она наверняка вернется, кажется, зефир ей очень понравился, — глядя ей вслед, сказал Пепе.
Настя улыбнулась. Посетители действительно возвращались очень часто. Вот такие, которые оказывались в кафе у Пепе случайно.
После работы в кафе ее встречал Диего: и они вместе отправились в агентство на совещание.
— Итак, Ватикан… — граф Виттури обвел всех суровым взглядом. — Уверен, что если картина там осталась, то ее не выставляют в музее.
— Но в Хранилище Ватикана простому смертному не попасть, — возразил Джонни.
— Простому, конечно, нет, — усмехнулся граф.
— Вы же туда не можете войти? — уточнила Настя.
В глазах графа Виттури засверкали золотистые искры смеха:
— Это еще почему?
— Ну, потому что… — Настя не была уверена, как правильно обозначить графа, но демона в святая святых католической церкви представить было невозможно.
— У графа Виттури там старые знакомые, — промурлыкала Рита.
— Но попасть в Ватикан — это одно. А вот добраться до Хранилища — это совсем другое. Мне понадобится команда. Лика?
— Да, конечно, — Лика аж вся засветилась от удовольствия.
— Я с удовольствием поеду, граф, — обратился к графу Диего и вовремя спохватился, — если пригласите.
Что-то похожее на раздражение мелькнуло в черных зрачках графа Виттури.
— Не сомневаюсь, — процедил он.
— А Настя? — сверкнул зелеными глазами оборотень.
— Настю придется взять с собой, — кивнул граф. — Я не могу ее оставить.
— Почему же, граф, мы с папой за ней присмотрим, — Рита лоснилась от кошачьей грации и очарования.
— Нет. Я присмотрю за ней сам, — отрезал граф. — И Ильвир поедет с нами. Джонни и ты, Рита, останетесь здесь для связи.
— Я и не собиралась ехать в Ватикан, — пожала плечами Рита. — Не очень-то там ведьмам рады.
— Почему я должен остаться? — Джонни недовольно смерил взглядом Диего.
— Потому что я так решил. Пока Серж, Итсаску и Цезарь не вернутся, здесь должно быть два агента. И вы с Ритой справитесь.
Джонни хотел было что-то добавить, но потом передумал, опустил голову, пригладил светлую бороду и слегка усмехнулся. Словно понял, к чему клонит граф.
Ильвир ждал в аэропорту, нервно поправляя лямки рюкзака: он любил путешествовать налегке. Оставлять Риту после того, как он чуть было не потерял свою единственную дочь, не хотелось, но граф Виттури был непреклонен. Да и карлик сам понимал, что нужнее в Ватикане, чем в Барселоне.
Повернувшись, он увидел, как к нему идут агенты с графом. Зрелище было потрясающее: справа от графа шла Лика в идеально сидящем на ней черном комбинезоне, заправленном в высокие сапоги на каблуке. Золотистые волосы уложены в локоны. За спиной колчан и убранный в футляр лук, за собой ангел везла маленький серебристый чемодан. Граф Виттури шел рядом с ней, в белой рубашке и черной кожаной куртке, красивый мерзавец, за спину небрежно перекинута длинная сумка: наверняка, и мечи вошли, и вещи. Диего был, как всегда, одет шикарно, как будто собирался на обложку мужского журнала мод. За собой оборотень вез два маленьких чемодана: свой и Насти. Девушка шла возле него: золотисто-русая коса через плечо, тоже в брючном коричневом костюме, только кожаном, с широким поясом. Сумка с мечом за спиной, и девушке явно не по себе от внимания, которое вся эта группа привлекает к себе. А выглядели вместе они очень эффектно, их провожали взглядами, пока они шли по длинному залу вылетов.
Впятером они подошли к одному из выходов, на котором светилась надпись «РИМ».
— Странно, больше никого нет, — заметила Настя.
— Ничего странного, мы летим на очень маленьком самолете, — подмигнул ей Ильвир.
Граф Виттури молча протянул свой посадочный персоналу.
Самолет был действительно маленьким, но очень уютным. Вещи они сложили в специальный отсек в салоне. Насте было не по себе: она ни разу ни летала на частных самолетах. Лика взяла ее за руку, и девушка расслабилась. Полет пролетел незаметно:
Лика, Диего и Настя болтали обо всем на свете, пока Ильвир и граф Виттури переговаривались вполголоса о чем-то очень важном, судя по тому, как напряженно Ильвир тер лоб и хмурился.
Новое приключение наполняло кровь адреналином. С тех пор, как она работает в агентстве, покой казался чем-то далеким и недостижимым. Иные города, призраки, демоны, оборотни, вампиры… И растущая угроза в виде возрождения Ноктурны… В это верилось с трудом, несмотря на все, что она видела. Единственные, кто вселял в нее покой — ее друзья. Она была уверена в их поддержке. Только это чувство крепкой дружбы вселяло надежду на будущее: ведь пока есть верные друзья, можно преодолеть многие беды.
ГЛАВА 5
Рим в апреле чудесен. Было очень тепло, даже жарко, когда они вышли из аэропорта.
Их встретил бледный и худой Луиджи — один из агентов. Он низко поклонился графу Виттури, молча погрузил вещи ребят в машину. Настя смотрела в окно по дороге и наслаждалась: Рим разворачивал перед ней свою многовековую историю, щедро делился красотой зданий и площадей. Вдоль набережной Тибра они проехали на узкие улочки исторического центра и остановились у привлекательного особняка. Выгрузив их, Луиджи уехал ставить машину в гараж, двери распахнулись, и на пороге их встретил вышколенный дворецкий. Настя оробела: в музей они пришли или агентство? Но оказалось, то был особняк графа.
В холле дворецкий поднес графу на серебряном подносе конверт. Граф распечатал его специальным ножом, развернул и стал читать. Потом небрежно бросил бумагу на поднос и повернулся к своим спутникам. Его манеры вдруг стали такими волнующе элегантными, каждое движение — театральное, словно он окунулся в новое окружение, которое преклонялось перед ним, и чувствовал себя королем.
