Неужели мне придется выгораживать балбеса Степана, чтобы Марат его не уделал в мясо? А ведь он может… Меня вон как лихо выкрал, и свидетели ему не помеха… Так что у Степана есть все шансы оказаться с мешком на голове и избитым, где-нибудь за городом. Уверена, он даже не поймет, что случилось, и ничего не сможет сказать…
На миг во мне просыпается кровожадина, но потом я себя остужаю.
— Это не мой метод. Степан не поднял на меня руку, но трепал языком, в ссоре. Пожалуйста, не вмешивайся. Я должна решить, как безболезненно сказать сыновьям, что мы разводимся. Плюс надо решить кучу других проблем…
— Пока не вмешиваюсь, если ты так просишь. Но я буду наблюдать за ситуацией и способен помочь. Только скажи, — убеждает он меня.
— Да, кое с чем ты можешь мне помочь.
— Я готов, — расправляет плечи.
— Мне на завтра нужен отгул. Отдохнуть, встретить парней, приготовить им вкусное…
Марат задумывается и вдруг догадывается.
— Хочешь решение затянуть? Пока не планируешь им говорить, да?
— У парней впереди летний лагерь, куда они с удовольствием ездят. Я не хочу испортить им это лето, отравив его новостями о разводе…
— А ведь если ты просто потом поставишь их перед фактом, они решат, что на их мнение наплевать. Вам обоим…
Черт побери!
Как он может быть правым?!
Но ведь прав же, отчасти!
Хотя, по большему счету, я больше боюсь, как бы Степка заранее не подсуропил парням настроение…
Вот чего я боюсь… Он такой подленький, от него всего можно ожидать!
Глава 20
Галина
Утром я возвращаюсь домой, в выстиранной и выглаженной одежде. Дашаев хотел отвезти меня до самого дома, но я настояла на том, чтобы высадил намного пораньше, и остаток преодолела на такси.
По времени Степан уже должен был находиться на работе, но я подстраховалась на всякий случай. К тому же иногда соседи назло замечают не то, что должны… В общем, я шифровалась, как изменница с опытом, не желая быть застуканной в обществе другого мужчины раньше времени.
Квартира встретила меня тишиной.
Я прошлась по ней с особым, щемящим чувством груди, села на балкон, распахнув его. Мне нравилось здесь сидеть, я с большим трудом отвоевала, чтобы Степан не превращал балкон в склад для великов и инструментов. Здесь стояло кресло, небольшой стол, стеллаж с моими любимыми растениями.
Не стоит отрицать, что в браке со Степаном, именно в этой квартире произошло много всего хорошего…
Но как бы я ни старалась припомнить нас счастливых, вдвоем, всегда на ум приходили моменты, когда мы всей семьей или я с мальчишками. Их первые победы, поражения, срывы, забавные случаи… Много-много всего…
Я припомнила даже наш первый совместный отдых, который из-за скупердяйства Степана, желающего на всем экономить, стоил нам почти трех суток перелета, усталости и сидения в аэропорту… Зато дешевле, как он не раз подчеркивал. Когда добрались до отеля, были измотаны все, сутки не вылезали из отеля, на море стало всем наплевать, а потом пацаны слегли с… простудой, блин! В сорокаградусную жару!
Веселенький вышел отдых. Зато Степан загорал, как не в себя, и сгорел дочерна, потом тоже лежал с температурой и стонал громче всех…
Вот такой вышел урок, на всю жизнь, что на отдыхе экономить не стоить!
Брр… Ни за что бы не согласилась повторить.
Последующие разы Степан так больше не делал, но вздыхал, конечно, прикидывая в уме, иногда вслух проговаривая, сколько всего можно было бы купить на сэкономленные деньги… Я от такого нудного бубнежа научилась отмахиваться, как от назойливой мухи.
Тем более что отдых мне удавалось выгрызать из семейного бюджета каждый год.
Выгрызать, блин!
Почему просто не сделать это с легкой душой и желанием отдохнуть хорошенько, посмотреть на мир?! Обязательно надо пройти через стадию отвержения и торга…
Я приучилась не обращать на это внимания и теперь понимаю, что нашему мирному существованию, почти без скандалов, наша семья обязана моему терпению и нежеланию раздувать склоки, хотя я могла бы, да… Поддать жару и поскандалить, в полный голос.
И вот сейчас, перебирая воспоминания, я даже в фотоальбом полезла, чтобы посмотреть семейные фото, чувствую, как сердце приятно согревается там, где вся наша семья, и почти ничего не откликается на фотографиях, где запечатлены я и Степан. Не горит у меня на него и никогда не горело. Вышла замуж, чтобы не оставаться одной, думала, симпатии хватит, в большее перерастет.
Не переросло, увы.
Докатились.
Пора ставить точку.
С этими мыслями я принялась за уборку, навела порядок в комнате пацанов, стараясь не нарушать расстановку вещей и предметов. Если наушники одного висят на спинке стула, а у второго скручены на лампе над кроватью, значит, так надо. В квартире мы делали перепланировку. Самую большую комнату выделили для них, но разделили легкой перегородкой, которую при желании можно было сделать глухой, если им хотелось уединения. Но мальчишки были не разлей вода, пока проблем не возникало…
В шкаф с вещами лезть не стала.
Это зона ответственности мальчишек — разобрать свои шмотки и отнести в стирку, что необходимо. Чемоданы они тоже собирают сами, Степан дотошно учил их складывать вещи… Иногда сам порывался пройтись с ревизией и проверить степень готовности к поездке.
Я старалась отстоять их границы, но четко дала понять: что сами собрали, с тем и поедут, и никаких супер срочных шоппингов на месте. Только в пределах запланированного бюджета, а со Степаном бюджет на покупки всегда выходил куцый. Так что, обжегшись как-то, близнецы потом ответственно подходили к сбору чемоданов.
Подумав, что приготовить, я отправилась за покупками.
У них спортивная диета, поэтому планирую приготовить по максимуму приближенно к их плану питания…
Димка и Алешка только на два дня дома задержатся, считай, немного отдохнут после соревнований и сразу же в лагерь.
Надо поговорить с ними до отъезда. Постараться найти такие слова, чтобы они не подумали, будто причина в них…
* * *
Со Степаном созваниваюсь только вечером. У меня план-минимум: он должен меня забрать, поедем вместе на вокзал, встречать пацанов.
Однако муженек не спешит брать трубку.
Названиваю ему без конца и злюсь.
Он не собирается отвечать. Неужели опять ударился в идиотскую мысль о воспитании? Решил меня проучить?
В итоге время поджимает.
Плюнув на козла, я вызываю такси.
На вокзале, как обычно, не протолкнуться. Выглядываю в толпе команды своих пацанов, они немного с рыжиной. Потому их макушки я нахожу без труда.
Потолкавшись немного, они с огромными рюкзаками за спиной пробираются в мою сторону.
— Привет, мам…
— Привет.
Обнимаю их, крепко-крепко.
— Как съездили?
Конечно, я уже знаю результаты. Но все равно спрашиваю.
— Золото, — гордо отвечает Лешка.
— Серебро, — отвечает Димка.
— Лох! — ржет старший.
— В следующий раз ты — лох.
Они толкают друг друга локтями и шутливо пытаются боксировать.
Стараюсь их не одергивать, чтобы не быть клушей, на причитания которой они будут закатывать глаза. В итоге они сгружают мне на шею победные перчатки. Ну, считай, доверили самое ценное. Медали поблескивают на широченной груди поверх футболок.
— Где батя? — интересуется Димка.
На миг во мне срабатывает автоматический механизм всех дружных родителей, прикрыть друг друга, чтобы не уронить авторитет в глазах детей. Но потом я себя сдерживаю: довольно…
— Не смогла дозвониться. Мы на такси…
— Блин…
— Ничего, закажем комфорт, поедем лучше, чем на Степкиной. Она у него только с ремонта, но как будто там не была, — морщусь.
— Сэкономил, наверное, на сервисе.
— Конечно, сэкономил, — говорит Димка. — Кстати, я знаю, на что он деньги копит.
Я вызываю такси, слушаю близнецов.
