Или Люку отведено другое место? Но он не темный, не светлый, он просто Одаренный, обученный владеть Силой на уровне дипломата. Значит, из него не делали темное оружие, что довольно странно для ситхов.
— Император и Вейдер лично прибыли на планету, — Лея была поражена, как и Бейл Органа — в Галактике происходили куда более значимые события, но эти двое крайне редко появлялись где-нибудь вместе, особенно Палпатин, который вообще старался не покидать Корускант.
— Крайне странно, — поддержала его Брейя, пришедшая на зов Леи.
На проекторе появилась имперская шестеренка, в центре которой был рисунок Галактики — символ официальной пресс службы Императорского Двора.
Диктор вкратце описал предыдущие события, сообщая, что Император лично проведет конференцию, и что все идет в прямом эфире.
Возникло изображение какой-то площадки, окруженной Алой Гвардией, в центре стояла трибуна, а рядом расположились перешептывающиеся и немного обескураженные журналисты. Внезапно раздался гимн Империи, и все встали, а к трибуне откуда-то из-за импровизированной сцены вышел Император, ведомый неким светловолосым сосредоточенным молодым человеком.
И именно к этому молодому человеку было приковано внимание всех собравшихся в зале Дворца Алдераана.
Бейл слишком хорошо помнил Анакина Скайуокера, чтобы сейчас не узнать Люка — он сжал губы, набирая воздуха, чтобы не выругаться в голос. Когда первая волна удивления прошла — он повернул голову в сторону Кеноби, спрашивая лишь одно:
— Это он?
Старый джедай лишь кивнул, подтверждая все подозрения консорта.
— Но он же должен был погибнуть. Ситхи не оставляют.
— Я не знаю, — мотнул головой Кеноби. — Его зовут Люк.
— Тссс, — зашипела на них Лея и Император начал свою речь, в которой он неоднозначно дал понять, что мальчик — сын Главнокомандующего, чем вызвал откровенный шок у Леи — она впала в пространный ступор, а когда справилась с ним через несколько мгновений произнесла лишь. — Он же нормальный, не Темный, — Она смотрела только на учителя.
Тот подтвердил ее слова:
— Мы разберемся с этим, но чуть позже, — он внезапно улыбнулся в усы, услышав замечание про пилотирование.
В речи Люка Лорд Вейдер внезапно из Ужаса всея Империи превратился в заботливого и понимающего отца. Одной фразой, одной шуткой Люк умудрился изменить репутацию Темного Ситха не только в глазах всей Империи, но и в глазах бывшего учителя. Может быть Падме, умирая, была права? В нем все еще есть Свет?
Ведь если бы не было — неужели он занимался бы воспитанием мальчика, не сделав при этом его Темным? Неужели надежда для этой Галактики еще не потеряна? Судя по отношению к нему Императора, да и не совсем Темный Инквизитор, давали предпосылки для других мыслей, куда более далеких от мести за уничтоженный Орден, которые его вели долгие годы. Мести за убитую семью, которая на самом деле не совсем и мертва. Или хотя бы Мати. Она была при Люке, его положение определить реально — значит он сможет ее найти, или хотя бы узнать ее местоположение.
Вырвало его из размышлений замечание королевы Брейи:
— Он правду сказал, она была приемной дочерью Палпатина, так как Леди Джобал вторым браком была за еим замужем, — и женщина глянула на Лею, в том, что Лея — дочь ее троюродной сестры Падме Амидалы, Брейя знала, но теперь открылось, что у девочки есть еще и брат с отцом. И очень всемогущим отцом.
— Кажется, нам только что представили нового наследника Империи, — тихо заметил, все еще находящийся в шоке Бейл. — И если твоя оценка верная — и парень не ситх, то нас ждут интересные времена. А все-таки он действительно достоин своей матери, — с этими словами он удалился.
О том, что вице-король Альдераана был влюблен в свою коллегу Королева знала, но никогда ни словом, ни делом его в этом не упрекала. Не полюбить Падме было невозможно. Она была похожа на огонь, горящий ярко, но недолго. Муж не изменял ей, не хранил голографии под подушкой, но тот огонек восхищения, который она видела в его глазах всякий раз, когда он видел выступление яркой коллеги, заставлял ее еще больше убеждаться в своей никчемности — она не могла подарить ему ребенка, о котором он так мечтал, она не умела быть яркой. Последняя попытка стать ветреной и яркой обернулась для нее трагедией, и если бы не подоспевшая тогда Варла — она бы стоила ей жизни.
Несмотря на это — дочку Падме она воспитывала как собственную и любила ее не меньше, чем любила бы своего ребенка.
Кеноби снова покачал головой. Ему нужно было убедиться, что мальчик не ситх, ведь водил же Палпатин за нос весь Совет и Орден.
***
Центр Империи (Корускант). Империал Сити. Императорский Дворец. То же время
Леди Варла внимательно наблюдала за происходившим за сотни световых лет от нее, вышивая очередной платок. Со стороны могло показаться, что эта женщина — образец выпускниц школы для аристократок: прямая спина, руки, занятые вышивкой причудливого орнамента, возможно именно такими представлялись древним жены аристократов в те времена, когда на Корусканте еще росли деревья.
Но Леди Варла не была женой аристократа — она была дочерью Императора со всеми вытекающими из этого последствиями, в том числе и обладанием Силой.
Несмотря на возраст (а вышеупомянутой Леди уже перевалило за пятьдесят), ее кожа не потеряла прежнюю упругость, а волосы — прежнего цвета. Хотя, волосы — результат работы известного парикмахера и качественной краски, то лицо и кожа — ее
