Свел счеты с жизнью… Попал на самое дно ада и возглавил все списки хулимых и проклинаемых…
Сознательно или нет, никому не ведомо…
Ради чего, спрашивается?
Не дано нам знать…
Вот только без отведенной ему роли не вышло б ничего…
28. Наивные детские вопросы
У матросов нет вопросов, у солдат вопросы есть
Народное
И вот, обнаружив себя в этом немного странном, но не потерявшем таинственной притягательности постапокалиптическом мире, вдруг начинаешь оглядываться по сторонам и задавать вопросы.
Первый вопрос, выражающий недоумение, например, «Что за х…?», он по умолчанию остается без ответа… Ведь это даже не риторический вопрос, это, скорее такой Вселенский коан… Ответивший на него сам по себе получает озарение, просветление и пожизненную нирвану. Золотым слитком по темечку. А также плюс сто к карме, дхарме, банковскому счету и сексуальности…
Только вот ответить на этот вопрос вразумительно, исчерпывающе, а также относительно кратко (по крайней мере уложившись в пятьсот страниц печатного текста) представляется задачей архисложной…
Посему всплывают другие, набившие оскомину своей ортодоксальностью вопросы, на которых можно и нужно попрактиковаться. Аки:
– кто виноват?
– что делать?
– в чем смысл?
– в чем сила?
– что первично: дух или материя?
– есть ли Бог?
И тому подобное.
Ответ на каждый из них так же уводит нас в дебри более конкретных и менее глобальных вопросов, ответ на каждый из которых также в полноте своей может вылиться в многие тысячи и тысячи печатных знаков…
Но, если попытаться выразиться просто, и по возможности, кратко, то мне иногда кажется, что все мы тупо перестарались… Пересолили… Переборщили.
Освобожденные от банального выбора – келья или вертеп – спасительной и упоительной концепцией контролируемой глупости, мы возрадовались, повыбегали со своих келий и разбежались по всевозможным злачным местам… Причем возрадовались мы так сильно, что стали не только делать вид, что нас это все очень сильно интересует (что вышло очень даже натурально), но также делать вид, что мы все это, мать его, контролируем (что, конечно, выглядит сомнительно, но мы все друг другу так ободрительно киваем, что не можем в это не поверить).
Короче, вместо контролируемой типа-глупости получилась типа-контролируемая глупость, и даже типа-контролируемая типа-глупость, что даже еще хуже, поскольку, как с козла, ни молока, ни радости, так и в устремлениях к опошленным притворством банальным низкоуровневым ценностям пирамиды Маслоу ни практического смысла, ни душевного успокоения… Лишь какое-то сильно извращенное (как у зоофила-вуайериста) псевдо-моральное квази-удовлетворение на почве ложной завышенной самооценки по принципу «могём, но не очень-то и хотелось»…
Пока такие псевдо-хотелки ограничивались несколькими компактными ареалами, типа пустыни Соноры, нескольких священных гор Китая и отдельными долинами Средней Азии, худо-бедно, но равновесие сохранялось…
Когда же таких аксиологических извращенцев стало пруд пруди, произошло примерно то же самое, как если бы мы погрузили на дирижабль человек на двести больше положенного…
Так что с дирижаблем нашим все в порядке, только он, пардон, не летает, а всего лишь ползает на брюхе…
Поэтому можем считать, что на первый вопрос (кто виноват?) мы худо-бедно ответили…
Неужели мы не понимаем, что контролируемая глупость – это тоже глупость?
Неужели мы так увлеклись шахматной партией, что теперь только разбившаяся о нашу черепушку шахматная доска может вернуть нас к реальности?
С некоторых пор на вопрос «в чем сила?» неминуемо следует ответ «в правде», на что встает резонный контрвопрос «а в чем правда?».
Так, в чем правда, дорогой друг, товарищ и брат?
В чем правда, если все на свете глупость… Все, кроме той безличной непознаваемой силы, которая пронизывает все…
И которую некий родившийся стариком чудак назвал неким распространенным иероглифом… Назвал только потому, что как-то это нужно было назвать… Иероглифом, который в то время можно было бы перевести достаточно просто: как «бла-бла-бла».
Той самой, которую в некоторых Евангелиях настоятельно не рекомендуется хулить… Исключительно потому, что это и есть та последняя ниточка, которая спасает нас от падения в пропасть абсолютной бессмыслицы и попадания в инфернальную ловушку духовного и ментального «теплового равновесия»…
Так что есть правда?
29. Так вот в чем дело
Всех низких истин нам дороже…
Поэт
И вот в этом-то и дело… В том, что эту самую правду (даже несмотря на то, что никто толком не знает, что же она такое) торгуют по-разному: и спереди, и сзади; в простой и извращенной форме; оптом и в розницу.
И самое грустное в этом всем то, что все эти книжники и фарисеи, а также всевозможные торговцы благодатью в Храме Божием так никуда и не делись… Все они тут, не далеко, что называется, при деле… Поменялась, правда, форма торговли, курсы валют, да и сама валюта уже другая, изменились догматы, за которые они готовы побить камнями и предать остракизму, да и торгуют они теперь другими вещами…
И тебе еще повезет, если повстречается тебе экземпляр, который по старинке всучит тебе свечей за здравие и упокой или лекарство от всех болезней в обмен на фантики (синие, зеленые или золотые). Но вот когда бесплатно… Причем ради высшей цели…
Это уже знаете, чревато… Тут не всегда разберешься, где подвох…
Бои идут…
При чем далеко не местного значения…
За карму, место в Вальгалле и личную силу…
За твою, мать ее, душу… Бессмертную… Или пока (а может быть и уже) нет?
А как же любовь к ближнему своему? Настоящая… От всей души… Как к самому себе…
А не просто для галочки…
А правда… На самом-то деле, она никому и не нужна… Если честно…
Потому, что она горька… Она страшна… Она низка… Она в навозе и опарышах…
То, что продают – это всего лишь фантик… Красивая попса, не имеющая никакого смысла, единственной функцией которой является твое успокоение… Именно поэтому работает теория относительности… Именно отсюда и пошли все эти релятивистские замуты… У каждого своя правда… Что есть истина… И, конечно же, каждому – свое…
Просто потому, что каждый выдумывает обманку в силу своих талантов и в меру своей испорченности…
И ты жрешь глянцевую бумагу, на которой нарисованы изысканные бифштексы… И думаешь, что на этот раз они перестарались с прожаркой…
И ты орешь «Халва!» на все возможных ретритах и мастер-классах, но не очень громко… Все-таки тебе вредно есть много сладкого…
И ты готов рассказать первому встречному, какой охренительный ты вчера видел палец… Указательный… С аккуратно подстриженным лоснящимся ногтем… И совершенно без заусенцев…
И ты видишь
