Когда с путами на руках было покончено, он, наконец, смог выбраться из-под плиты и начать освобождать ноги. Используя лезвия сапога как нож, это удалось сделать намного быстрее.
Когда Мариз поднялся на ноги и задвигал затекшими конечностями, вдали громко заголосил петух.
"Без обуви далеко не уйти, даже если выберусь отсюда", - подумал зесмер и оглянулся в поисках чего-либо подходящего. В дальнем конце амбара нашелся ящик с мешками из плотной ткани. Обмотав одним из них ступню и потуже закрепив веревкой, Супчик оглянулся в поисках выхода.
Прокручивая в голове варианты побега, Мариз откупорил бутылку вина и присел на бочку, чтобы слегка отдохнуть и утолить жажду.
Высадить массивную дверь не представлялось возможным, так что от этого варианта пришлось сразу отказаться. Другого выхода он не видел, пока взгляд не скользнул вверх. На высоте примерно пяти метров над землей в крыше виднелся небольшой люк. Вор приставил лестницу и поднялся, чтобы рассмотреть его поближе. Как и входные ворота, он также был заперт, с той лишь разницей, что замок находился внутри помещения и был доступен для Супчика. Отмычки, как и все остальное, пропали, потому ему пришлось отправиться на поиски нужных инструментов. К счастью в ящиках нашлось все необходимое, включая молоток и гвозди, при помощи которых Кабрэ соорудил отмычку. Недолго провозившись с замочной скважиной, Мариз во второй раз за время пребывания в Солнцеречье очутился на крыше чужого амбара. Снаружи почти рассвело, потому зесмер без труда разглядел, приближающегося к амбару мужчину, в саду которого чуть не сорвал цветок. Вор резко пригнулся.
"Только бы не заметил!", - подумал он и крадучись перебрался на противоположный край крыши. Там он осторожно спустился вниз и, приземлившись на здоровую ногу, быстро заковылял вниз по холму в сторону Южанки.
Мариз Кабрэ в очередной раз сумел обмануть судьбу.
Глава 5. Побег.
С незапамятных пор жизнь в Солнцеречье протекала спокойно и размерено. Не последнюю роль в этом играло хотя бы то, что селяне, в большинстве своем, были добродушны и предсказуемы; не любили перемен, и с трудом к ним привыкали. В свободные минуты они предпочитали выпить кружечку хмельного, поболтать и вдоволь повеселиться. В остальное время солнцереченцы не терпели лишней суеты, были весьма трудолюбивы и принимали решения, исходя из традиций и соображений полезности. В этих местах каждая семья почитала уют и домашний очаг.
Каких-либо значимых событий в поселении не происходило со времен войны с гаррами. В те далекие годы сельское стрелковое ополчение вместе с гарнизоном лесных рейнджеров наголову разбило крупные силы кровожадных тварей, сунувшихся в лес, чтобы захватить Солнцеречье. С тех пор сменилось шесть поколений. Память о славных подвигах почти не сохранилась, превратившись в легенду о которой редко кто вспоминал. Кое-какие сведения можно было найти в семейных архивах наиболее древних фамилий, чьи предки участвовали в сражении, либо в исторических хрониках солнцереченских рейнджеров.
Столь бедная на громкие события жизнь превращает любую хоть немного значимую новость в историю вселенского масштаба.
Молва о воре пытавшемся ограбить особняк купца не утихала почти год. В трактирах и забегаловках в сотый раз пересказывали этот случай, который с каждым разом обрастал новыми фактами и подробностями. Вечерами, собираясь в семейном кругу перед камином, возмутительную историю бесчестного воровства рассказывали наряду со сказками и былинами.
- В нашем поселении отродясь воров не было, - качали головами одни.
- Куда смотрели рейнджеры? - возмущались другие, и обсуждение начиналось с новой силой.
Со дня побега зесмера, из усадьбы Коэлов прошло десять месяцев. О вероломном взломщике наконец-то перестали вспоминать, хотя Грин еще не раз возвращался к событиям того утра, жалея что так и не смог разузнать у Краза Дамантэ о поющем цветке.
Юноше в тот год исполнилось двадцать лет. Он начал встречаться с девушкой младше его на два года. Избранницу звали Тами Остерминхост. Грин увидел ее на Солнечном озере во время новогодних гуляний.
В тот вечер селяне разбили на берегах просторные шатры с накрытыми столами. Фасады домов, деревья и мостовые расцвели сотнями разноцветных ленточек и фонариков. Следуя древней традиции, по озеру пускали кораблики со свечками, озаряя вечернюю темноту таинственным и прекрасным свечением.
В шатрах царило веселье и праздничное настроение. Грин трапезничал за одним из столов, то и дело, перешучиваясь с Данте, когда напротив них села ослепительной красоты девушка.
У нее были большие, просто огромные глаза с порхающими как крылья бабочки ресницами. Прямые светло русые волосы блестели и ниспадали серебряным потоком на худые плечи и грудь.
Юноша подивился необычайной красоте соседки, но тут же, как будто забыв о ней, переключил внимание на друга. Что поделать, если девушки не обращали на него внимания? Он давно смирился с мыслью, что также обойдется без них.
"Какой смысл смотреть на писаных красавиц"? - рассуждал юноша. "Только лишний раз дразнить себя".
Друзья разговаривали и громко смеялись, как вдруг Грин заметил, что к нему проявляют интерес. Сидящая напротив девушка смотрела прямо на него и улыбалась. Юноша на мгновение смутился и быстро отвел глаза. Спустя некоторое время он вновь бросил осторожный взгляд на соседку. Она продолжала загадочно улыбаться, будто бы приглашая юношу первым начать разговор.
Трудно описать, какие переживания в тот вечер захватили ум и сердце Грина. Ему хотелось бегать и вопить от радости. В то же время все вокруг казалось, заиграло яркими красками; мир обрел новое звучание и стал приветливее.
Сидя за столом, он продолжал делать вид, что внимательно слушает Дантэ, хотя на самом деле ловил каждое слово прекрасной незнакомки. Таким нехитрым способом ему удалось подслушать имя и фамилию девушки.
После праздника Грин жил лишь надеждой, что на следующем пиру увидит Тами снова, но на этот раз обязательно познакомится. Богатая юношеская фантазия рисовала романтичные картины их будущей встречи.
Можно с уверенностью сказать, что красотка Тами привнесла новый смысл в жизнь Грина. Он прожужжал все уши Дантэ, описывая свои любовные переживания, и то, как он обязательно найдет и, в конце концов, поженится на прекрасной Тами.
Шанс выдался в начале лета, во время празднования дня Солнцеречья. Юноша отыскал стол, за которым сидела вся семья Остерминхостов, включая его возлюбленную. Превозмогая дрожь и неуверенность, он подошел к ним, но тут же передумав, начал спешно удаляться в противоположном направлении. Наблюдавший сцену Дантэ догнал Грина и преградил путь к отступлению.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
