возбуждает смуту. Эдмунд, верно, Из жалости к нему пошел избавить Его от мрачной жизни; заодно – И о врагах проведать.
Освальд
Я должен ехать вслед за ним с письмом.
Регана
Мы выступаем завтра. Оставайтесь, – Пути небезопасны.
Освальд
Не могу; От госпожи дано мне порученье.
Регана
Что Эдмунду могла писать? Ведь можно б Словесно через вас сказать. Конечно. Быть может… нет… Тебя я награжу… Дай распечатать мне письмо.
Освальд
Скорее…
Регана
Я знаю, мужа своего она не любит. Наверно знаю. А как здесь была, Поглядывала странно, со значеньем На лорда Эдмунда. Вы – их посредник.
Освальд
Как, я?
Регана
Вы знаете, я говорю не зря. Запомните ж мое предупрежденье: Муж умер, с Эдмундом мы обручились, И мне его рука подходит больше, Чем вашей госпоже. Сообразите… И, встретясь с ним, вот это передайте; А госпожа расспрашивать начнет – Совет ей дайте быть поосторожней. Теперь прощайте. Кстати, За голову ж предателя слепого Назначена хорошая награда.
Освальд
Мне б только повстречаться с ним – увидят, На чьей я стороне.
Регана
Теперь прощайте.
Уходят.
Сцена шестая
Поле близ Дувра. Входят Глостер и Эдгар, одетый крестьянином.
Глостер
Когда ж поднимемся мы на утес?
Эдгар
Мы подымаемся: трудней идти.
Глостер
А почва ровная.
Эдгар
Обрыв ужасный. Чу! Слышите шум моря?
Глостер
Нет, не слышу.
Эдгар
И остальные чувства пострадали У вас с потерей зренья.
Глостер
Верно, так. Вот голос твой другим стал, да и речь Осмысленней и глаже, чем была.
Эдгар
Вы ошибаетесь. Я все такой же, Другое только платье.
Глостер
Речь другая.
Эдгар
Сюда. Остановитесь. Как ужасно Окинуть взглядом бездну под ногами! Вороны, галки в воздухе летают И кажутся жуками. Человек Повис и рвет укроп, – опасный труд! Сам кажется не больше головы. На берегу хлопочут рыбаки, Как мыши. Там стоит большая барка На якоре – совсем челнок. Челнок же – Что поплавок. А ропот волн далеких, Что на камнях бесчисленных ярятся, Сюда и не доходит. Не могу Смотреть я больше: голова кружится, Боюсь упасть…
Глостер
Поставь меня туда.
Эдгар
Возьмите руку. Вот вы на краю. За все сокровища земли не стал бы Туда я прыгать.
Глостер
Протяни мне руку. Вот кошелек, возьми. В нем камень есть, – Взять стоит бедняку. Пусть боги, духи Пошлют тебе удачу! Ну, иди; И, уходя, мне крикни, чтоб я слышал.
Эдгар
Теперь прощайте, сэр.
Глостер
Ну, будь здоров.
Эдгар
Отчаянье его своим обманом Хочу я излечить.
Глостер
(становится на колени)
Владыки боги, От мира отрекаюсь я спокойно, С себя слагая тяжести страданий. Когда бы мог терпеть я, не вступая В борьбу с неколебимой вашей волей, Светильне ветхой жизни дал погаснуть Самой. Коль Эдгар жив, его храните! Ну что, друг, ты ушел?
Бросается вперед и падает.
Эдгар
(в сторону)
Ушел, прощайте! Не знаю, как, но грабит нашу жизнь Воображенье, если жизнь идет Навстречу краже. Будь он там, где думал, Все думы кончились бы. Жив иль мертв? Эй вы, сэр! Друг! Вы слышите? Скажите! На самом деле умер… Оживает… Что с вами, сэр?
Глостер
Уйди, дай умереть.
Эдгар
Ты что же: паутинка, воздух, пух? С такой махины свергнуться сюда, – И не разбиться, как яйцо!.. Ты дышишь? Из плоти ты. И кровь нейдет. Ответь же: Ведь десять мачт связать – и то не хватит… А ты вниз головой летел оттуда. Ты чудом жив. Скажи же что-нибудь!
Глостер
Но падал я иль нет?
Эдгар
С вершины страшной этого утеса. Взгляни наверх: там жаворонки вьются, Но не видать и не слыхать их. Глянь.
Глостер
Глаз нету у меня. Ужель несчастье блага лишено Искать себе конца? Утехой было б Тирана ярость этим обмануть И замысел расстроить.
Эдгар
Дайте руку. Гоп! Так! Ну что? Стоите на ногах?
Глостер
Стою отлично.
Эдгар
Все же это странно! Кто возле вас стоял там на вершине, Потом исчез?
Глостер
Бедняга сумасшедший.
Эдгар
А снизу мне его глаза казались, Как две луны; и тысяча носов, Рога волнистые, как зыбь морская, – Какой-то дьявол. Счастлив ты, отец, Благодари богов. Себе во славу, Даря нам чудеса, тебя спасли.
Глостер
Запомню. И сносить я горе буду, Пока само не крикнет мне: «Довольно!» Тогда умру. О ком ты говорил, Считал за человека я, но что-то Шептало: «Бес». Он и завел сюда.
Эдгар
Не бойся и терпи. Но кто идет там?
Входит Лир, причудливо убранный цветами.
Да, здравый ум едва ли бы заставил Так нарядиться.
Лир
Они не могут препятствовать мне чеканить монету. Я сам король.
Эдгар
Вид душу раздирает!
Лир
Природа достойна большего почтения, чем искусственность. Вот вам деньги на вербовку. Этот малый обращается с самострелом, как воронье пугало; натяни-ка стрелу на целый ярд. Гляньте, гляньте, мышь! Тихо, тихо. Я ей дам кусочек поджаренного сыра. А это моя железная рукавица. Я испытаю ее на великане. Подать сюда алебарды! О, ловко летишь, птичка. В цель! В цель! Дзинь… Пароль?
Эдгар
Майоран.
Лир
Проходи!
Глостер
Знакомый голос.
Лир
Га! Гонерилья с седой бородой! Они ласкали меня, как собачку, и говорили, что у меня седая борода, когда она была еще черная; что я ни говорил, они: «да» и «нет». И эти «да» и «нет» были не Божьи слова. Когда однажды дождь промочил меня, – от холодного ветра зуб на зуб не попадал, – когда гром не хотел меня слушаться и не утихал, тогда я их понял, тогда я их разнюхал. Поди ты, слово у них расходится с делом; они говорили, что я – всё. Они лгали: я с лихорадкой справиться не могу.
Глостер
Отлично вспоминаю речь и голос… Уж не король ли?
Лир
С головы до пят: Взгляну – и каждый подданный трепещет. Дарую жизнь ему. В чем он виновен? Прелюбодей? Пускай живет. За это умирать? И королек и золотая мушка Пускай блудят при мне. Цвети, совокупленье! Был добрее Побочный к Глостеру, чем мне – приплод Законнейшей постели. Распутство, в ход: солдат мне не хватает. – Вот дама скалит зубы; Лицо о снеге между вил пророчит; Качает головой, едва услышит Про наслажденье речь, – Но ни хорек, ни конь с кормов подножных Не бешеней в любви. Что ниже пояса у них – Кентавр, Хоть сверху женщины. До пояса они – созданья Божьи, Внизу – один лишь черт. Там – ад,
