— Передай им, что никто из нас мужчинами не интересуется.
Томас рассмеялся.
— Да не об этом я, но рад слышать. А то я уже начал волноваться, потому что ты засматриваешься на мою задницу. Не, я понимаю, что у меня шикарное тело, но брат… ты уж прости, предпочитаю, когда меня трогают женщины.
Алекс не смог сдержать улыбки. Вот идиот. Томас как всегда в своём репертуар.
— Мне твоя костлявая задница не кажется аппетитной.
— Что? Она не костлявая. Не веришь, проверь, — и начал подходить к Алексу, и вот тогда Алекс не выдержал. Он рассмеялся, как не смеялся уже очень давно. Он смеялся до колик в животе, и уже начал икать, но никак не мог остановиться.
Томас же уже сидел напротив него и ждал, когда у друга пройдёт истерика. И когда же она прошла, он продолжил.
— Они хотят, чтобы кое-кто из вас был в совете.
— И кто же? — отдышавшись, спросил Алекс, продолжая икать.
— Им нужен Михаэль. Они хотят, чтобы он вошёл в состав совета.
Сказать, что Алексу эта идея не понравилась, значит, ничего не сказать. Это была безумная мысль, но с другой стороны, почему и нет. Так он мог бы лучше просчитывать шаги совета.
— Я поговорю с ним.
— Чего? — удивился Томас.
— Я сказал, что поговорю с ним.
— Я-то думал, что мне придётся тебя уговаривать, а тут… Неожиданно. Удивил. Так что им передать?
— Пока ничего. Как только я поговорю с братом, и мы решим, вот тогда и передашь.
Томас скривил рожицу, а потом поднялся на ноги.
— Ладно, брат, думай, а я поехал. Сегодня у Анастейши день рождения, и…
Алекс улыбнулся. Ну конечно, его любимая младшая сестрёнка.
— Конечно, езжай. И передавай от нас поздравления.
— Передам, но мог бы и сам позвонить.
— Позвоню, позвоню, — махнул он на Томаса рукой и задумался, когда остался один. Это была ни такая уж и дурная мысль, внедрить в ряды совета своего брата. Теперь осталось всё обсудить с Михаэлем, но сначала, ему необходимо было навестить Галлахера в больнице, ведь он обещал Сэму.
Глава 7
Алекс наблюдал, как Галлахеру снимают повязки с груди. Парню сильно досталось, но как сказал Сэм, он сам виноват. Если бы он не полез в драку, то не получил бы пулю в грудь. Ему повезло, что пуля не задела сердце, иначе бы он присоединился к Мари.
— Знаешь, а я ведь хотел этого. Весь этот год я с ума сходил. Что я только не делал, чтобы отправиться следом за ней, но попав сюда, я понял, что моя жизнь ещё не кончена.
— Ты встретил Эллу.
— Да, я встретил свою спасительницу. Не думал, что так будет, ведь Мари была моей парой.
— А ты уверен в этом? — спросил Алекс, задумываясь, а смог бы он вот так взять и отпустить Иру. Нет, не смог бы. Она была его парой, и это ничто не изменит, да и никто.
— Если честно, то нет. Я слышал о ложных парах, но никогда не думал, что со мной случится такое, — поморщился он, когда сняли последний слой бинта. — Но она всё равно в моём сердце. Она никуда не ушла, она здесь, — показал Сэм на грудь. — Понимаешь?
— Да, понимаю, — тяжело вздохнув, подтвердил Алекс. Он его прекрасно понимал, потому что Ира была всегда с ним. В его мыслях. В его сердце. В его мечтах и снах. — Я тебя понимаю. Ира никогда не покидала меня.
— Да, не повезло нам. Только нашли и сразу потеряли, — усмехнулся Сэм.
Когда медсестра ушла, оставляя их одни, а Сэм принялся одеваться, Алекс поднялся на ноги.
— Что думаешь делать после? — спросил он Галлахера.
— Я ищейка. А что делает ищейка? Правильно, ищет.
— Тогда ты можешь кое-кого мне найти? Я заплачу за услугу.
— О-о-о… — протянул Сэм, — для вожака всё что угодно. Кого я должен найти?
Алекс прищурился. Да уж, Сэм изменился, очень изменился. Раньше они бы перегрызли друг другу глотки, а сейчас болтали как заправские товарищи. Куда катится мир?!
— Найди мне родителей Иры. Я знаю, что они живут в Германии, но точного адреса не знаю. Катя отказывается говорить его мне, потому что родители Иры не хотят меня не видеть, не слышать.
— Они винят тебя в случившемся?
— Да, и я их понимаю. Я виноват в её смерти. Я её не уберёг, хотя как её муж, её пара должен был.
— Не наговаривай на себя, — прозвучал третий голос, и мужчины посмотрели в проём двери. На пороге стоял Джесси. Он выглядел получше, уже не как покойник, но ему ещё было далеко до той формы, что была у него до стычки с Кристиано. — Ты не виноват в её смерти. Если это судьба, то она всё бы равно оставила тебя, — прохрипел он.
— Вот утешил, — прокомментировал Сэм.
А Алекс… он чувствовал, что вот-вот сорвётся. Меньше всего ему хотелось думать, что эта судьба так поиздевалась над ним. Сначала дала, потом отняла. И потому если его кузен дальше не заткнётся, то ему грозило снова оказаться на больничной койке, или ещё лучше в морге на каталке, и никто бы не осудил Алекса за эти действия.
— Ладно, прости, сморозил глупость, — пошёл на попятные Макгрит, — просто…
— Лучше не продолжай, — предупредил Алекс. Он сжимал и разжимал кулаки, пытаясь себя успокоить, но у него это плохо получалось.
— Я же извинился.
— Что ты здесь делаешь? — вмешалась Шарлотт, которая появилась будто из ни откуда.
— Ну… я… — начал Джесси, но не смог ничего путно сказать, он лишь тупо смотрел на неё, и от вида этой картины, Алекса немного отпустило. Его кузен нашёл свою пару. Это было видно не вооружённым глазом. Правда, Алекс сомневался, что Оскар, отец Шарлотт, одобрит этот союз. Всё-таки Джесси был известным паршивцем, за которого не отдашь свою любимую дочь.
— А ну живо в палату, — строжилась Шарлотт, но у неё это плохо получалось. Насколько Алекс её помнил, она всегда была весёлой девчушкой, которая помогала отцу с воспитанием Эллы. Она взвалила на себя воспитание младшей сестры, прямо как Алекс со своими братьями, и всегда встречала трудности с улыбкой на губах. Иногда Алексу казалось, что она просто не умеет грустить. Конечно, это было не так.
За спиной Шарлотт замаячила её сестра, и Алекс заметил, как Сэм вытянулся по струнке. Да уж, что сказать, парень влюбился. И, похоже, это было взаимно, так как Элла бросала на Галлахера кокетливые взгляды.
Стоя в обществе этих парочек, Алекс как никогда почувствовал себя чужим здесь. Это был не его праздник жизни. Он своё время упустил. Откашлявшись, он вышел из палаты Сэма и пропустил Эллу, которая она везла в кресле маленькую девочку с гипсом на ноге.
— Позаботься о нём, — шепнул он девушке, и она, улыбаясь, кивнула.
Выйдя на улицу, он поднял голову к небу. В области сердца ныло. Он чувствовал, что эта ночь тоже будет для него испытанием, как и предыдущие.
