сказали спасибо, что пришла одетая, раз они землян считают за зверей.
— Анна Рунова, проходите и садитесь перед нашим столом на колени. Процедура распечатки начнётся сразу, — пригласила меня женщина из-за того же стола, указывая на пространство перед ними.
Я поспешила исполнить прошенное. Подчиниться, когда тебя вежливо попросили — совсем не проблема даже такому своевольному человеку, как я. Если бы это сделал Вилантис, я бы несколько раз подумала, как извратить его требование до того, чтобы он пожалел сам, что его озвучил.
Сидеть на коленях в огромном зале, где все остальные адепты стояли на своих двоих, было очень странно и неудобно. Сердце от ожидания начала процедуры забилось так быстро, как после разминки на тренировке. Сначала не было ничего, но, когда я уже начала расслабляться, посчитав, что боли не будет, меня накрыла парализующая волна спазма, от которого хотелось кричать. И я бы непременно это желание исполнила, если бы не знакомое сдавливающее ощущение на висках. Я дёрнула головой в сторону и встретилась глазами с куратором Делмором, который покачал головой, намекая не противиться его воздействию. А это было именно такое же ощущение, как тогда, когда он меня успокаивал или пытался воздействовать на мои решения. Если первое получалось всегда, то второе с очень слабым успехом.
Я поняла из этого жеста и ощущения воздействия только одно — показывать окружающим, что мне больно, нельзя. Да и я уже не хотела кричать, потому что вместе со сдавливающим ощущением на висках пришло облегчение, позволяющее мне отсидеть положенные несколько минут, в течение которых ощущалось странное движение по всему телу.
Со стороны магистров за столом ко мне тянулось множество тонких линий разных цветов, пытающихся меня оплести как можно более плотной и искусной вязью. Но так было только вначале. Когда сеть вокруг стала достаточно прочной, эти нити разом впились в кожу. Я собиралась вскрикнуть, ощущая новый приступ боли, но его не случилось. Мне казалось, что я свечусь изнутри.
Если бы я представляла, как ощущается магия, то это было бы совсем другое чувство. Сейчас же по моему телу словно изнутри ползала целая стая, даже армия жучков или червей. Приятного не было от слова совсем, хотелось почесать вены изнутри. А потом резко всё оборвалось, сменяясь резкой слабостью, в результате наступления которой я сильно покачнулась и, если бы не выставленная вперёд рука, встретилась бы лицом с холодным полом. Холодным… Такая перспектива уже не виделась настолько неприятной, потому что избавиться от жара очень хотелось.
— Проблем при прохождении процедуры не было, — раздалось со стороны одного из сидящих за столом мужчин, что делали пометки о процессе моего распечатывания.
— Резерв ниже среднего, — прокомментировал следующий, уже не смотря в мою сторону.
— Возможная будущая специализация пока не определяется, — отдала последний комментарий по поводу моего прохождения процедуры женщина.
— Всё закончилось. Уходите уже, — привычно скрипучим голосом проворчал Вилантис, который устало потирал виски и выглядел почему-то несколько расстроенным.
Я покачнулась при первой попытке встать, но сумела сдержаться и не дать удовольствия ни адептам, ни ректору наблюдать моё фиаско. Пошатывающейся, но от того не менее стремительной походкой, я направилась к выходу, где всё ещё виднелась мощная фигура куратора.
— Хоть в этот раз вы сумели промолчать, когда это было необходимо, — придерживая меня за локоть, произнёс Делмор, утягивая подальше от любопытных ушей, которых в академии хватало.
Слух о том, кто именно землянка, распространился с максимально возможной скоростью. Хватило половины дня, чтобы обо мне узнала буквально вся академия.
— И вам добрый вечер, — держась рукой за лоб в попытках унять головокружение, промямлила я.
Не то было состояние, чтобы с такой же язвительной пассивной агрессией отвечать на комментарий, который, может быть, даже не лишен был зерна истины. Я никогда не славилась умением вовремя замолчать.
В этот раз мужчина облачился в голубую тунику с маленьким треугольным вырезом, более-менее узкие брюки и простые тапочки, напоминающие земные мокасины. Такой фасон верхней одежды ему невероятно шёл, делая и без того широкие плечи ещё шире, а уж как этот цвет подчёркивал его небесного цвета глаза, и говорить нечего было. Не потому, что непримечательно, а потому что слов настолько много, что выбрать трудно.
Красивые в Ан Домхайн магистры, ничего не скажешь. В нашей школе преподавали женщины среднего возраста или преклонного — мужчины, что неизменно носили набившие оскомину классические костюмы, которые купили не один десяток лет назад. У кого-то они даже оставались с самой свадьбы добрые полвека назад, если не дольше.
Он ухаживал и следил даже за причёской. Как и в первый день нашего знакомства, его волосы длиной до ушей были уложены так хорошо и аккуратно, что можно было заподозрить мужчину в тайном использовании земных благ — фена и геля для укладки.
Я не могла легко ответить на вопрос о возрасте куратора. Ему могло быть даже 25, либо он очень хорошо сохранился.
— Вам лучше никому не рассказывать, что вы испытывали во время прохождения процедуры распечатки, — посоветовал он, усаживая меня на одну из лавочек возле главного корпуса академии приглашающим жестом.
— Почему? — всё ещё отходящая от пережитого стресса, лениво вымолвила я.
Мне было интересно, но спутанность сознания пока не позволяла мыслить достаточно ясно, чтобы верно воспринимать получаемую информацию и отличать значимое от незначимого.
— Вы пока всё равно не поймёте. А когда настанет время, и без моей указки придёт осознание. Сразу предупреждаю: сохраните всё в тайне, пока возможно, иначе это создаст сложности не только вам, но и мне, как вашему куратору, — глядя куда-то в темнеющий горизонт, непонятно выразился Делмор.
Его профиль на фоне закатного солнца смотрелся так мужественно и… правильно, что я невольно залюбовалась.
— Как скажете, — неопределённо пожала я плечами, совершенно не понимая, к чему он клонит, и что это всё могло значить.
Может быть, я слишком слабый маг, который не может выдержать даже стандартную процедуру. От неё не должно было быть больно. Тем более, что член комиссии ясно выразился — резерв ниже среднего. Если резерв представляет из себя способности к магии — то я попала. Мало того, что утянули в мир, где меня ненавидят, так ещё и колдовать нормально
