– Ты ошибся только в одном, – промурлыкала она.
Он наклонил голову так, что их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга.
– И в чем же?
– Мне это не нравится, – хрипло сказала она "ляжь - со-мной-в постель, детка" – Я это обожаю.
Его глаза были прикованы к ней, сердце бешено колотилось.
– Тогда выходит, что у нас еще больше общего, чем я думал.
Серена отняла у него свою руку и откинулась назад, словно изучая его. Казалась, она была более спокойна, чем он.
– Я все еще не понимаю, почему ты хочешь сделать это.
– Как я и сказал, я свободен и почему бы мне не провести время с кем–то, кто мне интересен? Не говоря уже, привлекателен…
Боже, он с таким же успехом мог бы писать ей поэмы, это было так же необычно, как и его лесть. Необычно, но искренне.
Что–то промелькнуло у нее на лице: чувство, которое он не смог определить.
– Послушай, – она вздохнула. – Я должна предупредить тебя, что сейчас я несвободна. В романтическом смысле.
– Все нормально. Кстати, я тоже.
Ее брови взлетели.
– Ты женат?
– Неа.
– Подружка?
– Уу.
– Парень?
Он вздрогнул.
У любого Семинуса, испытывающего чувства к мужчине, были бы большие проблемы, дело в том, что удовлетворение они получали только с женщинами. А без ежедневной разрядки Семинусы могли просто умереть.
– Холодно.
– Тогда что? – Она скривилась. – Или это что–то, о чем я не должна спрашивать?
– Зависит от тебя. Я скажу тебе, если ты скажешь мне.
Фантом знал, но хотел посмотреть, как она объяснит это мужчине, хотел увидеть чувства на ее лице; что она думает о своем целибате.
Что касается его оправданий, то он не мог сказать правду. Ведь на протяжении последних восьмидесяти лет целью его жизни было пройти Перерождение, чтобы он смог быть с женщинами без каких–либо обязательств, забот и ответственности. Единственной его заботой был поиск очередной партнерши.
Но все обернулось совсем не так, как он ожидал. Фантом молился, чтобы все изменилось к лучшему.
Глава 6
Бармен притворился невидимкой, как он это часто делал, когда клиенты увлекались беседой. Серена молчала, раздумывая, что именно можно рассказать Джошу?
В конце концов, она же попросила его объяснить причину отсутствия у него романтических отношений, и поэтому было бы справедливо поделиться с ним своими собственными мотивами. Но она всегда держала вопрос девственности при себе, полагая, что это никого не касается.
Те парни, которые знали про ее невинность, воспринимали это как вызов или полагали, что она их просто динамит. И только однажды она позволила себе помечтать о настоящих отношениях.
Серена думала, что интим может иметь место и без самого полового акта. Те отношения стали настоящей катастрофой. Мэтью учился на старшем курсе колледжа и подрабатывал на полставки у Вала, заканчивая дипломную работу по археологии. Работая вместе, они тесно общались на протяжении нескольких месяцев, и Серена решила, позволить себе романтические отношения без секса. Какое–то время все было хорошо. Нормальная пара, которая ходит на ужины и пикники, в кино и в походы… Они держались за руки, обнимались, целовались... Но, в конечном итоге, обоим хотелось большего. Прикосновения переросли в страстные объятия, доставлявшие безумное удовольствие, но все–таки чего–то не хватало, и однажды ночью после рождественской вечеринки, когда они оба изрядно перебрали, она почти поддалась желанию заняться любовью. Что послужило отрезвляющим звоночком, особенно, когда Мэтью заговорил о браке. Как ему было объяснить, что даже после свадьбы должна сохранять целибат?
– Серена? Ты не обязана говорить, если не хочешь.
Джош покрутил стакан с виски, и она очнулась от своих воспоминаний. Нда, это был не лучший момент ее жизни, меньше всего Серена хотела бы оказаться сейчас в прошлом.
– Ты прав. Нет, гм... все нормально. Я просто чувствую себя глупо, говоря это.
– Говоря что?
– Что я соблюдаю целибат, – выпалила она.
Ну вот. Она это сказала. Серена отодвинула свой бокал.
– И?
– Ты собираешься спросить – почему?
– А разве это имеет значение? Я сказал, что хочу присоединиться к тебе в поисках сокровищ, а не забираться тебе в трусики. – Он подмигнул ей. – Хотя, не буду лгать, что не буду фантазировать.
Сама мысль, что Джош будет представлять ее обнаженной, окатила девушку волной жара. Но это не изменило того факта, что видеть ее такой он мог лишь в своей голове.
– Почему я должна верить, что ты честен со мной?
– Почему бы и нет? – спросил он, фыркнув.– Эй, если бы я охотился за какой–нибудь горячей штучкой, то слонялся бы сейчас по шумным отвратительным барам Рима, а не разгуливал по Александрии в Египте. Верно?
Серена моргнула, удивленная его искренностью.
– Наверное.
– Ну, так ты позволишь мне присоединиться к тебе?
Мужчина посмотрел на нее своими пронзительными голубыми глазами, огоньки победы уже танцевали в них. Он думает, что она почти что согласилась, и Боже это было так заманчиво. Особенно, если он всерьез настроен, сдать ее Валу. Но вряд ли она поддастся на шантаж или поведется на сладкие речи красавчика, вроде него.
– Я не уверена, – сказала она. – В одиночку работается лучше.
На его красивом лице отразился полный шок, что рассмешило Серену. Этот мужчина явно не привык к отказам, и сейчас, должно быть, был немного расстроен.
Посмотрев на часы, девушка испытала явное разочарование – было уже довольно поздно. И, несмотря на нападение демона и автомобильную аварию с кучей машин, благодаря шутливой беседе с Джошем, вечер прошел приятно.
– Я должна идти. Мне завтра рано вставать.
– По крайней мере, позволь мне попытаться убедить тебя по пути к твоей комнате.
Он плавно поднялся на ноги, словно тигр после отдыха, и протянул руку. Серена, колебалась до смешного долго.
– Ты серьезно настроен, пойти со мной, да? – Она, наконец, взяла его руку и позволила помочь ей встать.
Джош так напряженно взглянул на нее, что она невольно отпрянула, но он еще крепче сжал ее ладонь и притянул к своему мускулистому телу.
– Когда я говорю, что собираюсь сделать что–то, – я это делаю. – Его большой палец прошелся по ее маленькой ручке ленивым поглаживанием, сбивая ее дыхание, заставляя ее полностью осознать возникшее напряжение между ними. – И когда я чего–то хочу, я это получаю.
О, … Боже. Его голос проникал в самые глубины ее разума и тела, а глаза – ну и ну – его глаза будто говорили: «Я уложу тебя в постель и унесу на небеса».
