— Лезь в тачку. Быстро!
Он заметил, что двое подхватили бездыханное тело Рашида и запихнули обратно в «ауди». Третий, который пока что оставался в стороне, быстро и умело обыскал Болта и бросил:
— Шевели копытами!
Болт забрался в салон. Справа от него сел громила, пристреливший Рашида. В руке он все еще сжимал пистолет. Болт покосился на ствол. Обычный «Макаров», весь потертый. Видать, давно в работе… Заметив, что пленник смотрит на пистолет, громила приставил ствол к его бедру:
— Вниз гляди, гнида! Зенки поднимешь — ходулю продырявлю.
Болт упер взгляд в пол и даже наклонил голову. С левой стороны уселся третий, прижав свой пистолет к его ребрам. Возмутиться Болт не посмел. Рядом с водилой уселся мужик, который обработал Алана. Хлопнули дверцы. Скрипучий голос скомандовал:
— Поехали!
Когда завелся мотор, тот, кто сидел от Болта справа, спросил:
— Жора, что с этим козлом делать? Может, на пол Положить?
«Так, — подумал Болт, — значит, тот, который пришил Алана, у них главный. Жора… Что-то я о таком не знаю. Кто же они?»
— Слышь, — не поднимая головы, глухо сказал он, — Я хочу вам кое-что объяснить…
Ему тут же двинули по затылку.
— Заткнись, — прошипели Болту в левое ухо. — Объясняться будешь с чертями в аду.
В голове шумело, перед глазами плясали искры. Превозмогая тупую боль после удара, он скрипнул зубами:
— Вы, уроды, хоть знаете, на кого наехали?! Я работаю на Плешивого! Да я…
Тут сидевший впереди рявкнул настолько свирепо, что Болт испуганно замолчал.
— Да вертел я твоего Плешивого знаешь на чем! Захлопни пасть, пока я тебе язык не отрезал! Пацаны! Киньте его мордой вниз!
Болта стащили с сиденья на пол и велели лежать тихо. Щека вдавилась в мокрый вонючий коврик. Сверху бубнил Жора:
— Еще пугать вздумал, козел! Плешивый! Тоже мне страшилка…
Только тут Болт отчетливо осознал, что попал в лапы законченных отморозков. Если они знают Плешивого, но не боятся его, значит, и на них налетели не по ошибке. Значит, это четкий план.
Что же им нужно? А они, наверное, и сами не в курсах. Им дали команду, и они выполнили приказ… Так что спрашивать этих тупых быков бессмысленно. Ногой по роже вмажут — вот и весь разговор. То, что его не убили сразу, все же обнадеживало. Оставили его в живых, конечно же, не по доброте душевной. Вон как Жора хладнокровно зарезал беднягу Алана. Без колебаний. Р-раз — и перо в глотку! Без всяких предварительных попыток как-то развести на базаре или запугать. Нет, пацаны сразу были настроены на мокруху. И раз он до сих пор живой, значит, зачем-то им нужен. Зачем? Скоро он узнает об этом. А пока лучше помолчать и поберечь ребра.
После удара по затылку голова зверски болела. Чем это его приложили? Рукояткой пистолета, наверное. Уж больно плюха тяжелая получилась, а в салоне особо не размахнешься. Точно, волыной звезданул, сука!
Ехали они довольно долго, а потом джип остановился, и бандюки оживленно, хотя и вполголоса, загалдели и стали вылезать из машины. Приехали, стало быть. Болт пока лежал на полу, ожидая указаний.
— Вылезай, чего разлегся? Понравилось? Болт выбрался из салона. Невольно зажмурился от бивших прямо в глаза ламп дневного света. Осмотревшись, понял, что они находятся в гараже. Помещение было просторным: помимо «лендкрузера», на котором его сюда привезли, тут стояло еще несколько иномарок.
- Постой пока! — распорядился Жора.
Стараясь не делать резких движений, Болт потянулся, чтобы размять затекшее тело.
С ним остался один. Стоял, поигрывая пистолетом. Болт кашлянул и тихо спросил:
— Закурить можно? Парень с ленцой посмотрел на него:
— Нет. Так стой. Не дергайся.
Болт с тоской закусил губу. Уроды! Хуже мусоров, честное слово. Уж те какие твари, а в сигаретке никогда не отказывают. От волнения ему страшно хотелось курить.
Вошел Жора. Осклабился:
— Димон, веди его к Михал Юрьичу. Наконец-то! Болт приободрился и зашагал по железному настилу. Сейчас все прояснится. Он уже догадался, что его ведут на разговор с хозяином. Поднявшись на второй этаж и войдя в просторный Светлый холл, они остановились, и Жора снова тщательно его обыскал. Пачку «Кэмела» не тронул, а вот зажигалку отобрал. Потом подтолкнул к двустворчатой дубовой двери:
— Топай. Тебя ждут.
Болт вошел в большую, обставленную шикарной мебелью комнату. В кресле у телевизора с большим плоским экраном сидел человек. Его лицо было повернуто к вошедшему в профиль, но Болт сразу же узнал его. Светлые, отливающие медью волосы зачесаны на косой пробор, высокий лоб, упитанное лицо с ясно различимым вторым подбородком. Норвежец! Болт опешил. Он не мог ничего сообразить и только выдохнул:
— Вы?
Норвежец встал. Засунул руки в карманы брюк и, оттопырив нижнюю губу, насмешливо процедил:
— А ты кого ожидал увидеть? Злобных чеченских террористов? Ха-ха. Ладно, присядь.
Болт огляделся и, найдя взглядом стул, присел на край. Норвежец бросил застывшему в дверях Жоре:
— Свободен! — Потом обратился к Болту: — Перебздел? Нервишки требуется успокоить?
Болт кивнул:
— Курить хочу. Ваши пацаны не разрешили.
— Кури, — милостиво позволил хозяин, продолжая в упор разглядывать молодого блатного.
Болт поспешно достал пачку и дрожащими пальцами вынул сигарету. Сунув фильтр в пересохшие губы, вспомнил, что зажигалку у него отобрали.
— Огоньку можно? — стараясь говорить как можно спокойнее, произнес он, но все же голос предательски дрогнул.
Норвежец подошел к нему, достал зажигалку и дал ему прикурить. Потом с усмешкой глядел, с какой жадностью затягивается дымом подручный всесильного вора в законе.
Сделав несколько глубоких затяжек, Болт успокоился и взял себя в руки. Его еще здорово колотило, но тем не менее он нашел в себе силы поинтересоваться, как и подобает «правильному пацану», хоть и попавшему в трудную ситуацию:
— Может, объясните, что за бодяга?
Норвежец, не отвечая, прошел к сервировочному столику на колесиках, на котором стояла початая бутылка водки «Smirnoff» и несколько стопок.
— Выпьешь? — спросил он и, не дожидаясь ответа, Наполнил стопарик.
От водки Болт не отказался. Одним махом заглотнул Огненную воду. Ему сразу же долбануло по шарам. Но как-то не в радость, не в кайф стало. Наоборот, голова будто свинцом налилась. И все тело сразу отяжелело. Зато на душе вроде немного поспокойнее стало. И руки больше не ходили ходуном.
— Мне эти таджики нужны, с которыми ты базарил, — без предисловий выдал Норвежец.
Болт кивнул. Теперь все понятно. Вот урод-то! Обиженно спросил:
— Зачем пацанов моих убили?!. — Кого? — вздернул белесые брови Норвежец и расстегнул пуговицу на рубашке.
— Ребят, что со мной были, — пояснил Болт. — Алана, водителя моего, Рашида…
— Не будем время терять, — пренебрежительно махнул рукой Норвежец, — Жора мне еще не докладывал. Потом разберемся с твоими пацанами. Меня другие Проблемы волнуют.
— Ничего себе проблемы! — возмутился Болт. — Ни за что ни про что пацанов замочили! Мы же на Плешивого работаем!
— А то я не знаю, — высокомерно перебил его Норвежец, — ну и дураки, что работаете. Что вы от него имеете? На что этот мухомор годен? Вот скажи ты сам, какие-нибудь приличные бабки ты имеешь? Ни хрена. Твой Плешивый может только с умным видом про воровские понятия рассуждать да долю в свой общак поганый требовать. Но и это меня не волнует. Короче, мне от тебя вот что нужно. Ты сегодня встречался в гостинице «Прибой» на Пионерской с двумя заезжими барыгами. Что им тут нужно? И что Плешивому понадобилось от них?
— Блин… Так нельзя было просто попросить, что ли?.. — начал было Болт.
Но Норвежец повысил голос:
— Я тебя, щенок, не прошу, а спрашиваю! А ты отвечай и не умничай! Все равно ответишь. Не по-хорошему, так по-плохому. Догадываешься как?
