что на всю жизнь. Гражданин изначально подавал документы с просьбой о выделении ему жилплощади или улучшении жилищных условий. Даже внесение имени в официальный список очередников на получение квартиры и получение номера очереди считалось показателем успеха. Это было связано с тем, что включение в список было сопряжено с рядом оговорок. Центральным среди них было условие, что жилая площадь гражданина не должна была превышать шести квадратных метров на душу населения. Люди пошли бы на все, чтобы избежать бюрократической волокиты.
Если требование в шесть квадратных метров было даже незначительно превышено, то граждане шли на всевозможные уловки для исправления ситуации. Заключались браки по расчету, прописывались дальние родственники и тому подобное. Таким образом, все формально оставалось в пределах установленных законом нормативов проживания. Но даже и это было непростым делом, поскольку адрес гражданина был указан в его паспорте, и для его изменения требовалось официальное разрешение.
Предстояли годы ожидания, на протяжении которых надо было периодически осведомляться о ходе очереди, предоставлять по требованию дополнительные документы и надеяться на то, что не произойдет ничего такого, что предоставило бы властям повод вычеркнуть ваше имя из списка. В результате очередники пускались во все тяжкие, чтобы не потерять очередь и сохранить размер жилплощади. Они могли как можно дольше скрывать смерть члена семьи, если под угрозой оказывались волшебные шесть квадратных метров на душу населения, и т.д. 1
Весьма распространенной формой решения жилищной проблемы были так называемые коммунальные квартиры. В них комнаты занимали разные семьи и посторонние люди. Кухня, туалет и ванная комната были общими. Можно представить себе условия жизни в таких коммуналках с неизбежными конфликтами, возникающими, когда слишком много людей вынуждены жить бок о бок на ограниченном пространстве.
Кстати, наша семья более 10 лет жила в трехкомнатной квартире, превращенной в коммуналку. Через третью комнату прошла череда соседей, прежде чем мы наконец получили всю квартиру в свое полное распоряжение2.
Новая квартира Освальда с паркетным полом, располагавшаяся на четвертом этаже многоквартирного дома, имела рациональную планировку, включающую прихожую, жилую комнату, кухню, ванную комнату, отдельный туалет и балкон. Она была вполне просторна и комфортабельна для проживания одного. Сам дом находился на границе парковой зоны. Место было привлекательно уже само по себе. Из выходящих на юго-запад окон открывался прекрасный вид на зеленый парковый массив и разлив реки. В погожий день в квартире было солнечно и особенно уютно.
Рядом находились большой продуктовый магазин, где он мог пополнить свои запасы, и уютное кафе, если Освальду захочется перекусить вне дома. Поблизости располагались и другие заведения бытового обслуживания – парикмахерская, прачечная и т. д. Все – в пределах досягаемости.
Новое место жительства американца было недалеко от радиозавода, как и от дома Зигеров и Павла Головачева.
Освальд увлекался классической музыкой, и, какое везение, Оперный театр, видимый из окон его квартиры, находился всего в нескольких минутах ходьбы. Это был не только храм оперы и балета, но и место проведения различных специальных мероприятий. В праздничные дни здесь устраивались концертные представления с посещением представителей партии и правительства. В Оперном театре проводились также вечера для рабочих и руководящего персонала близлежащего радиозавода.
Неподалеку, в парке Горького, находился кинотеатр «Летний», который Освальд часто посещал в одиночку или с подругами.
В жизни молодого американца в Минске имело место много счастливых случайностей, которые при ближайшем рассмотрении складывались в какой-то закономерный ряд. Освальд был приятно удивлен, обнаружив в непосредственной близости от своего дома общежитие педагогического института иностранных языков (коротко иняза). Похоже, что при выборе места жительства Освальда кто-то позаботился о том, чтобы у него была постоянная возможность общаться на своем родном языке. В этом общежитии проживали преимущественно девушки – студентки факультета английского языка. Для молодого одинокого американца это было вдвойне привлекательно. Между тем и молодой человек с квартирой был мечтой многих девушек. Следует заметить, что иняз также являлся местом сосредоточения большого количества информаторов КГБ.
Очевидный интерес Освальда к теоретическому коммунизму был также принят во внимание. Он буквально проживал в историческом месте: рядом находился одноэтажный деревянный домик, превращенный в исторический музей. Здесь в 1878 году состоялось первое тайное собрание Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). Дом считался местом рождения Коммунистической партии Советского Союза. Его постоянно посещали организованные группы и иностранные делегации. Таким образом, коммунистическая идеологическая Мекка марксиста Освальда располагалась у самого порога его жилища.
Посмотрев с балкона квартиры Алика направо и вверх по улице, можно было увидеть здание Генерального штаба Белорусского военного округа со специальными антеннами на крыше. Освальд проходил мимо этого строения по крайней мере дважды каждый будний день, направляясь на работу и возвращаясь домой. Если бы он решил последить за военными, то мог бы это сделать, даже не выходя из своей квартиры. С выгодной позиции балкона Освальд мог легко наблюдать за развертыванием событий вокруг штаба: активность транспорта, номера машин, отмечать звания военных и т. д. Но если бы он попытался это сделать, то был бы немедленно замечен наблюдателем с биноклем из разных точек в парковой зоне, здания штаба или Оперного театра.
Надо отдать должное Освальду, который, несмотря на непродолжительное время проживания в Минске, уже проникся реалиями местной жизни и осознал свое привилегированное положение. В своем дневнике он так описывает свое жилище: «…небольшая квартира с однокомнатной кухней-ванной рядом с фабрикой (8мин. прогулка) с великолепным видом с двух балконов на реку, почти бесплатно… это русская мечта»3.
Без непосредственного одобрения, исходящего от высших руководящих кругов, было немыслимо, чтобы вопрос с квартирой для американца был решен с такой молниеносной скоростью. Освальд, должно быть, был на особом счету у властей.
Казалось бы, установить телефон в его квартире также не составило бы проблемы. Почему бы не позволить Освальду еще одну привилегию, менее весомую по сравнению с получением квартиры? Но, похоже, привилегии американца носили сугубо избирательный характер. Причем их отбор тщательно взвешивался и одобрялся или не одобрялся КГБ. Спецслужбы выступали против установки телефона. Это изолировало Освальда от непосредственного и быстрого общения с внешним миром. В то же время его квартира была оборудована аппаратурой для видеонаблюдения и прослушки (как это выяснилось позже, после распада Советского Союза). Установка всего этого была гораздо более сложной технической задачей, чем проведение телефонной линии.
Детали повседневной жизни Освальда были тщательно продуманы и организованы заранее. Собственно, выбор места его проживания являлся частью общего плана, направленного на то, чтобы он преимущественно вращался в заранее выбранных пределах. Таким образом, американец мог удовлетворить все свои житейские потребности в условиях
