Читаем без скачивания Тайны волхвов и пророков - Леонид Зданович

В настоящее время роль конфуцианства в Китае весьма незначительна. Во времена правления Мао китайские коммунисты в своем стремлении порвать с прошлым предпринимали яростные атаки на Конфуция и его доктрины. Наступивший сейчас период прагматизма и капитализации обращает на это мало внимания, так что, вполне возможно, период его влияния на историю подошел к концу.

Махавира

Несмотря на то, что джайнизм ныне несколько утратил популярность, однако о личности создателя этого вероучения и целой философии стоит сказать несколько слов, поскольку это учение определило судьбы развития этой страны и ее народа на много веков вперед.

Этот полулегендарный и изрядно мифологизированный вероучитель и основатель джайнизма (наряду с индуизмом второй ведущей религии в Индии) жил в VI в. до н. э. Несмотря на то, что родился он в семье обычного аристократа, разумеется рождение Махавиры традиция обставила стандартным набором чудес. С его рождением связан сюжет о чудесном перенесении его плода из лона одной женщины в другую.

Сюжет этот тесно увязан с джайнистской верой в переселение душ. Когда Махавира в одном из своих прошлых рождений был неким Маричи, он слышал от деда, что ему предопределено родиться 24-м тиртханкаром (букв. «создатель брода», то есть провозвестником веры). Преисполнившийся в те юные годы гордыни и высокомерия, Маричи создал себе такую карму, чтобы родиться в обеспеченной брахманской семье. Поэтому в назначенный срок после смерти его душа спустилась из верхнего мира на землю и вошла в лоно брахманки Девананды. Узнавший об этом бог Шакра пришёл в волнение, ибо великие люди всегда рождались и должны рождаться в кшатрийских, а не в низких и не в брахманских семьях. Он послал на землю своего военачальника Харинайгамети, и тот на 82-й день после зачатия перенес зародыш будущего ребенка из лона бывшей матери в лоно кшатрийки Тришалы (как это демонстрирует рисунок из старинной джайнистской книги). После этого девушка видит 14 знаменательных снов: прекраснейших белого слона, белого быка, белого льва, посвящение богини Шри, которую окропляют водой из своих хоботов мировые слоны, цветочную гирлянду, спускающуюся с неба, луну, солнце, знамя, драгоценный кувшин, лотосовое озеро, молочный океан, небесный дворец, груду драгоценных камней, огромное пламя, достигающее небосвода. Такие сны предвещают рождение чакраватина или самого тиртханкара. Родившегося в предместье города Вайшали (Бесарх) сына родители назвали Вардхамана(«возрастающий, процветающий»), ибо с момента его появления в лоне Тришалы неизмеримо возросло процветание клана его отца, так как состоящие на службе у Шакры демоны доставляли во дворец несметные богатства.

Мальчиком Вардхамана превосходит всех сверстников талантами и силой. Он укротил неистового слона и смело расправился со змеей, которой испугались игравшие с ним сверстники. Он отвечает на труднейшие вопросы переодетого брахманом Шакры. После его победы над одним из богов, спустившимся на землю, чтобы испытать его отвагу, боги дали ему имя Махавира. Не желая огорчать родителей, юноша решил не уходить в монахи, пока они живы, и вёл жизнь мирянина: женился и имел дочь. Когда же Махавире исполнилось 28 лет, родители его ушли из жизни, умертвив себя по обычаю правоверных джайнов голодом. Через два года после их смерти Махавира, получив разрешение старшего брата и предварительно раздарив всё своё имущество, ушел от мира и начал жизнь странствующего нищего аскета.

Он странствовал 12 лет. При чем через 13 месяцев он отказался от ношения одежды (что в климате Индии, впрочем, не составило особенных проблем). Он бродил по городам и селениям, соблюдая обет молчания, питаясь подаянием, неоднократно соблюдая строжайший пост и стойко перенося тяготы бездомной жизни. Повествования об этом периоде жизни Махавиры уделяют большое внимание описанию унижений и оскорблений, которые претерпел этот странствующий аскет, вызывающий подозрения и неприязнь людей. Его неоднократно избивали, травили собаками, принимали за вора или шпиона, и один раз даже хотели повесить, но верёвка чудесным образом семь раз обрывалась, и перепуганные крестьяне отпустили аскета.

Божества также неоднократно выступают в роли испытателей или искусителей Махавиры, но вместе с тем, зная о его великом назначении, они поклоняются и почитают его и прибегают к его защите. Так, на 11-м году его странствий Чамара (индра южных Асуракумаров) вознамерился начать войну против Шакры, но когда последний метнул в него громовую стрелу – ваджру, он спрятался у ног Махавиры и Шакра с трудом смог догнать стрелу, чтобы она не причинила вреда святому.

На 43-м году жизни на берегу реки Риджупалика, возле города Джримбхикаграма Махавира достиг абсолютного всезнания и стал джиной. Это произошло под деревом шала, которое поэтому считается священным деревом. Другое дерево, связанное с Махавирой, – ашока, под которым он дал обет отречения от мира. Став джиной, он продолжает свои странствия, но уже как проповедник и вероучитель, окруженный почётом и поклонением многочисленных последователей, среди которых были и цари. На 72-м году жизни в городе Пава (или Павапури) – резиденции царя Хастипалы – Махавира достиг конечного освобождения, то есть полностью уничтожил карму и стал совершенным – сиддхом. По одним источникам, это произошло в уединении, по другим, – при обширном стечении людей, которым Махавира, сидя на сияющем бриллиантами троне в роскошном, специально выстроенном зале, в течение 6 суток неустанно читал свою последнюю проповедь, пока не умер. После смерти Махавиры его тело (или то, что осталось, ибо, по некоторым легендам, тело, кроме в ногтей и волос, исчезло в момент ухода в нирвану. Современные джайнисты отмечают конечное освобождение Махавиры в дни индуистского праздника Дивали – осеннего праздника огней, в память о грандиозной иллюминации, устроенной богами и царями после ухода Махавиры.

Полагают, что джайнизм явился реакцией широких слоев населения на ритуализм и отвлеченную умозрительность брахманизма. Джайнисты отвергают авторитет Вед. Махавира открыл доступ в свою общину мужчинам и женщинам всех каст. Он сохранил индуистское учение о переселении душ и воздании за дурные поступки. Но целью джайнов является не перерождение в другое тело после смерти, как можно было бы ожидать, а напротив – освобождение от цепи перерождений (то есть достижения блаженного состояния «нирваны»), состояние достижимое лишь для аскетов, соблюдающих правила ахимсы. Ахимса – означает непричинение вреда живым существам и неиспользование в каких бы то ни было целях их трупов. Таким образом по сей день джайны делятся на монахов-аскетов и мирян, занимающихся преимущественно торгово-ростовщической деятельностью, поскольку согласно Махавире состояние ахимсы делает для джайнов невозможным земледелие (ведь вспашка земли может повлечь за собою убийство живых существ: червей и других безвинных насекомых).

Эта религия, чрезвычайно удобная для правящих классов, поскольку позволяла как угодно издеваться над покорным народом, в конечном итоге привела к потерей Индией самостоятельности и неспособности сопротивляться завоевателям сначала с Востока (Великие Моголы), затем с Запада (Португалия, Англия).

Лао Цзы

Из многих тысяч книг, написанных в Китае, одна, вероятно, переводится и читается за пределами страны наиболее часто. Это тоненький томик, написанный более двух тысяч лет назад и известный как «Лао Цзы» или «Дао-Дэ Цзин» («Классический путь и его сила»), который является главным текстом, на котором основана философия даоизма. Эта книга написана необычным загадочным стилем и имеет много интерпретаций. Основная идея ее касается Дао, что обычно переводится как «путь» или «дорога». Но общая концепция несколько туманна, поскольку «Дао-Дэ Цзин» начинается словами: «Дао – слово, которое можно произнести, не вечное, Дао; имя, которым можно назвать, не вечное имя». Тем не менее, мы можем сказать, что «Дао» примерно означает «природа» или «естественный порядок».

Кем был Лао Цзы, который считается основателем даосизма и автором «Дао-Дэ Цзина»?

Лао Цзы, как говорят, жил в одно время с Конфуцием. Но Конфуций жил в шестом веке до нашей эры, а по стилю и содержанию, как считают некоторые современные ученые, «Дао-Дэ Цзин» был написан раньше. О дате создания книги идут серьезные споры. (В самом «Дао-Дэ Цзин» не содержится ни одного упоминания о личности, месте, дате или историческом событии). Однако, очень хорошо подходит 320 год до нашей эры – ошибка может быть плюс-минус четыре года, а может и меньше.

Впрочем, уже жившему во II в. до н. э. великому китайскому историку Сыма Цяню это было далеко не ясно, и он пускается в гадания, отождествляя Лао Цзы то с одним, то с другим персонажем древности (то ли это некий Лао Дань, то ли Лао Лай-цзы, то ли Ли Бо-ян). Собственно, фактические сведения о великом даосе, сообщаемые Сыма Цянем, первым его биографом, более, чем скудны: Лао-Цзы (собственное имя – Ли Эр) родился в царстве Чу на юге Китая (уезд Кусянь), служил хранителем царской библиотеки и архивов в государстве Чжоу, где встречался с Конфуцием. В преклонном возрасте он отправился куда-то на запад, написав для начальника пограничной заставы Инь Си краткое изложение своего учения – трактат в пять тысяч знаков, теперь более известный как «Канон Пути и его Благой Силы» («Дао-Дэ Цзин»).