Картинка за глазами закрутилась бешеной каруселью и страх обуял сознание. Казалось, что монстр сейчас поднимется с землю и снесёт мою дурную голову одним стремительным ударом. Вот только тварь сейчас находилась не в лучшем своём состоянии. Монстр лежал на боку, стараясь подняться, опираясь на верхние конечности. Попытки были безуспешными, ведь тварь постоянно падала, обрушивалась на землю, вновь обнуляя раз за разом стремление оказаться на своих двоих.
Руки потянулись к магазину в подсумке и баклетовый магазин, набитый серебряными патронами, оказался в шахте. Щелчок и патрон оказался в патроннике, рука потянула затвор, а палец нажал на спуск, заставляя шелестеть выпускающий пули автомат.
Длинной очередью в половину магазина я уничтожил перечеркнул раненного монстра, смотря за тем, как пули пролетают сквозь его тело, выбивая за ним облачка взметающейся вверх земли
Когда силы окончательно меня покинули и силы понемногу стали покидать меня, то последние четыре патрона из всей очереди разнесли череп твари в кровавые костяные осколки и под это кровавое зрелище стал постепенно проваливаться в бессознанку.
Глава 8
Просыпался я мучительно. Голова звенела с такой чудовищной мощью, будто меня засунули вовнутрь громадного церковного колокола и от души прошлись, но нему кувалдами целой бригадой умелых молотобойцев.
Веки удалось раскрыть далеко не сразу. Несколько раз мои попытки оканчивались подступлением к горлу страшной тошноты. Приходилось зажмуриваться, пытаясь устранить волнующее меня изнутри ощущение и не выпустить наружу всё содержимое моего желудка, включая ещё и желудочную кислоту.
Когда я очнулся, то увидел перед собой ни погибшего монстра, ни давно опустошённой деревни, ни чего-то либо похожего. Вместо запомнившихся пейзажей я увидел перед собой с пяток пар побитых чёрных берцев и разномастных пошарканных прикладов автоматом, которые неизвестные зажимали между коленями по старой привычке.
Сразу стало понятно, что везут меня в до боли знакомом транспорте, ибо кузов до боли знакомого КАМАЗ-5350 остался в моей голове просто навечно. При этом, факт обнаружения нашего движения по разбитой дороге меня настолько сильно пугал.
Прикрыв глаза, я попытался просканировать находящихся вокруг меня людей, но впервые столкнулся с тем, что магическое зрение даёт настолько страшный сбой, что всё пред мной идёт «шумом», напоминая этим экран старого телевизора. С подобным я сталкивался впервые, но никак подобное поведение своих способностей объяснить у меня не получалось.
Я старался не показывать своего пробуждения и остался с закрытыми глазами, пытаясь хоть немного двинуть кистями, которые, как оказалось, были скованы спереди наручниками. Нужно было хоть немного понять, где я оказался, проанализировать ситуацию и уже потом действовать от ситуации.
Выходит, что я в плену и этот факт можно было просто не обсуждать. Кто меня пленил? Достоверно ответить на этот вопрос у меня не получится, но определённо не последние оборванцы, раз они могут позволить себе не просто транспорт, двигающийся на горючем, но ещё и снабдить своих людей хотя бы относительно унифицированным снаряжением. При этом мне никак не удаётся ощутить хотя бы частичку их магической энергии, что вдвойне хреново. У меня даже нет ни малейшего шанса противодействовать, учитывая, что мне сковали руки, а об оружии и думать не стоит. Хорошо ещё будет, если меня не застрелят на ближайшей же остановке, превратив в мясной дуршлаг, а шансы этого отнюдь не столь маленькие, как могли бы быть.
- Э, сволота, - обратился ко мне кто-то из сидящих в кузове бойцов, чьё лицо находилось за границей обозримого мною пространства, - проснулся, мразь?! – за словами последовал ощутимый пинок твёрдым носком берца по рёбрам, - Думал, что свалишь так спокойно?! Парней наших порешал и думал, что ничего тебе не будет?! Да я с тебя, мразь, лично будто кожу лоскутами срезать и тебя же жрать её заставлю! – зарычал один из бойцов, вновь от души оприходовав меня ногой по груди.
- Ухо, остынь! – в приказном порядке сказал второй голос, сиплый настолько, будто постоянно курит как волк в той самой известной сцене, - Тебя командир сам за хрен подвесит, если пленного изуродуешь. Нам он целый нужен, чтобы узнать кто инфу о наших патрулях слил.
- Брось, Сига. Не мне тебе рассказывать, как людей задерживать. Считай, что это следы оперативно-боевой обстановки. Будто ты в свою бытность в ОМОНе людей не разукрашивал. – Ухо вновь пнул меня по рёбрам, пусть и определённо сдерживая силу удара, - Пусть вообще благодарен будет, что живой остался. Будь моя воля и я его прямо там кончил.
- Охолони, Ухо. – вступил в разговор третий неизвестный, - Сига тебе дело говорит. Да и если бы ты глаза раскрыл, то увидел бы больше. Тех бандосов в доме нашпиговали что твою куропатку на охоте, плюс пленный ещё один был в доме к батарее привязанный. Да и этот хрен явно не такой простой. – мужчина чувствительно ткнул меня стволом автомата между лопаток
- Согласен, Саныч. – сказал Сига, - Ствол у него не простой и с глушаком к тому же, форма нормальная, серебра в достатке в рюкзаке. И тварь он явно поубивал, а раз живой остался, то точно не рванина простая. Да и ты сам его, Ухо, обыскивал. Пластина в бронике у него какая? – не дожидаясь ответа, мужчина продолжил, - Стальная, но рунами, чтоб меня, покрытая. Значит либо с магами якшается, либо сам маг. – послышался щелчок зажигалки, а затем шуршание плотной сигаретной затяжки, - Или вовсе спецура какая-то, если он ту банду в одно лицо устранить умудрился.
- Сига, ну уж ты тоже палку не перегибай. – недовольно проворчал успокоившийся Ухо, - Какая из него спецура? Малой он для того, чтобы спецурой быть. Может просто из богатеньких? Зубы у него больно ровные, кожа тоже нормальная и снаряга не дешёвая.
Дальнейшая дорога шла в рассуждениях о моей личности. Ехали мы не меньше получаса и всё это время они не переставали говорить, позволяя мне относительно спокойно разминать затёкшие ладони. На меня будто больше не обращали положенного внимания, а я вытягивал из разговора информацию. Старался быть внимательным, несмотря на набатный грохот в голове и пустынную сухость во рту. Теперь в голове у меня торчала всего одна мысль о том, что я встретил «своих». Бойцы несколько раз упомянули машину, напоминая шевроны, которые я бережно сохранил у себя в рюкзаке, надеясь в будущем ими воспользоваться в будущем в качестве шанса на встречу с остатками «мечей». Однако, личность свою раскрывать
