Пройдя несколько подворотен, он остановился у мусорного контейнера. Его рвало. Несмотря на ужасное состояние, капитан вовремя заметил въехавшие во двор «жигули». Сидящие в машине люди явно охотились за ним. Наверняка это были те, кто насильно влил в его горло алкоголь.
«Сейчас они меня скрутят и отвезут к шефу», — догадался детектив.
Оттолкнувшись от бака, он побежал в узкий проход, куда не могла въехать машина. Свернув, забежал в первый попавшийся подъезд, поднялся на третий этаж. Позвонил в квартиру. В дверном глазке мелькнул свет.
Его разглядывали. По-видимому, милицейская форма успокоила жильцов квартиры.
— Кто там? — услышал он женский голос.
— Участковый. Откройте, пожалуйста.
Зазвенела цепочка. Дверь отворилась.
— Здравствуйте. Мне нужно срочно позвонить.
Едва держась на ногах, он подошел к телефону, еще не зная, как выкрутиться из сложившейся ситуации. «Позвонить генералу? Нет, это неприемлемо. После минутного колебания он набрал номер Трюкача. В двух словах обрисовал обстановку.
— Где вы находитесь? — спросил Влад, меняя домашние тапки на уличные ботинки. — Постарайтесь продержаться двадцать минут. Мы едем.
К несчастью, преследователи засекли подъезд, в котором скрылся милиционер. Сыскарь тревожно прислушивался к топоту ног на лестнице. «И надо же было выскочить из кабинета без оружия», — тоскливо подумал детектив. Всему виной тот сумасшедший азарт, который он испытал, получив «сюрприз» каскадеров. В дверь позвонили. Сыскарь сделал протестующий жест хозяйке.
— Молчите.
Позвонили снова. Испуганная женщина задела ведро, стоящее в прихожей. Оно предательски звякнуло. В ответ на дверь обрушились сокрушительные удары…
Повесив телефонную трубку, Трюкач произнес лишь одно короткое слово.
— Вперед!
Через считанные секунды бежевая «волга» уже неслась по улицам Петербурга.
— Ну и прет же она у тебя! — Восхищенный блондин с удовольствием управлял машиной бывшего соперника.
Уже во дворе Трюкач услышал грохот выламываемой двери.
— Быстрее!
Каскадеры побежали на стук. На площадке третьего этажа они увидели трех громил, увлеченно выламывающих дверь квартиры. Несколько ударов резиновых дубинок успокоили разгоряченных налетчиков. Оттащив их бесчувственные тела от двери, Влад тихо позвал.
— Капитан?
— Я здесь, — ответил детектив.
Дверь отворилась.
— Неплохо вы их отделали, — присвистнул сыщик. — А этого я, кажется, знаю, — он указал на громилу с заячьей губой.
Словно поняв, что речь идет о нем, громила шевельнулся.
— Дядя просит добавки. Не откажи в любезности, Стас.
— Получай, мерзавец! — Резиновая дубинка блондина опустилась на голову негодяя.
— Куда вас отвезти, капитан? — уже в машине спросил Влад.
— Я бы не хотел оказаться сегодня дома. За мной наверняка кого-нибудь пришлют.
— Тогда поехали к нам, — предложил каскадер.
— Если меня найдут у вас, будет намного хуже. Поехали в Найшлотский переулок. Я останусь у старого друга.
— Как хотите.
Высадив детектива, каскадеры направились домой.
— Послушай, Стас, мне кажется, Боб будет очень недоволен нами.
— Ты прав, Влад. Мы вырвали капитана в тот момент, когда мышеловка почти захлопнулась.
— Держу пари, сегодня они попытаются взорвать «волгу». Придется поставить ее подальше от дома.
Выбрав подходящий двор, каскадеры загнали в него машину и отправились домой пешком. По пути Трюкач, не привыкший терять время зря, продумывал статью, которую собирался на следующий день сдать в редакцию.
— Черт побери, это же сенсация! — Дочитав корреспонденцию Влада до конца, редактор в крайнем возбуждении забегал по кабинету.
Влад, скромно сидящий на краешке стула, с тревогой подумал о том, что шеф не очень похож на обрадовавшегося человека. Он больше походил на больного, которому противопоказано соблазнительное блюдо.
В самом деле, статья была сенсационной. Она была направлена против одного из могущественнейших лиц города. Именно к таким людям, как Боб, незаметно для широкой публики переходила сейчас власть в стране.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Редактор боялся дать настоящую разоблачительную статью.
Наблюдая за его страданиями, Трюкач все больше мрачнел.
— Босс, что-нибудь не так? Вам не понравилась моя статья?
— К сожалению, слишком понравилась.
— Так в чем же дело, босс?
— Дело в том, что я ее печатать не буду.
— Хорошо, верните ее. Я пойду в другое место. — Решимость Трюкача произвела впечатление.
— В другое место? Черта с два! Я всс-таки дам ее в номер. Это будет не намного опаснее, чем забираться в окно многоэтажного дома. Каждый несет свою долю риска, — пошутил главный редактор.
— Глубоко тронут, босс. Надеюсь, вы не передумаете?
— Прочь, прочь с глаз моих, пока я в самом деле не передумал!
Влад вылетел из кабинета шефа. «Кажется, дело в шляпе. Тьфу-тьфу-тьфу». Он трижды постучал по деревяшке, чтобы не сглазить. Полученные заверения значили не больше, чем обещания ветреной красотки: ведь шеф мог передумать в любую минуту.
В тот же день Боб узнал о готовящейся публикации. Это привело его в ярость. Выход статьи в условиях надвигающихся выборов мог привести к непредсказуемым политическим последствиям.
«Проклятые правдоискатели, которые рвут глотки на митингах, тут же завопят, что я продвигаю своих кандидатов, используя грязные деньги. Как будто у бизнесмена они могут быть чистыми, — усмехнулся Боб. — Впрочем, деньги бесчестные и деньги кровавые далеко не одно и то же».
Надо было на что-то решаться, но Боб никак не мог этого сделать. Он отлично понимал, что, нанеся удар по газете или даже по автору статьи, он потревожит осиное гнездо. Журналистская солидарность, к сожалению, не пустой звук. В прессе поднимется такой шум, что прокуратура будет вынуждена всерьез заняться этим делом.
Проще всего было заплатить, и Боб решил действовать напрямую. Набрав номер главного редактора, он без обиняков предложил ему взятку, превышающую многолетнее жалованье журналиста. Несколько секунд главный молчал. «Ага, клюнул!» — взбодрился Боб. Но радость его была преждевременной. Редактор послал его подальше в крайне неприличной и обидной форме.
— Ну что же, ты сам этого хотел, — злобно прошептал Боб.
В конце дня в кабинет главного редактора заглянул кто-то из своих. Никто не обратил внимания, что после его ухода в углу между редакторским столом и батареей центрального отопления остался стоять потертый «дипломат» из искусственной кожи.
Спустя несколько часов опустевшее после рабочего дня здание потряс взрыв. По счастью, пожарная часть была рядом. Огонь быстро погасили.
Когда Влад примчался в редакцию, все было уже закончено. Поднимаясь по лестнице, он ощущал едкий запах гари. Под ногами валялись обрывки бумаги, канцелярские папки, обломки мебели. Кабинет главного редактора был разрушен.
Не желая стеснять сотрудников, он занял полутемную комнатенку, где журналисты привыкли пить чай.
— Здравствуйте, босс. Подозреваю, что вы не захотите сегодня со мной разговаривать. Ведь все это случилось из-за меня…
Главный редактор снял очки. В его взгляде появилась злая решимость человека, рассудительного лишь до тех пор, пока он не ввязался в драку.
— Я принял решение и доведу его до конца. Статья будет опубликована. Я не из тех, кого можно запугать или купить. Я никогда не продавался.
— Вас хотели подкупить, босс?
— Я никому об этом не говорил, но скажу тебе, Трюкач. Мне предлагали деньги за то, чтобы твоя статья не увидела свет.
— Босс, за годы перестройки и реформ я перестал верить в человеческую честность и неподкупность, — сказал задумчиво каскадер.
— И что же?
— Вы вернули мне веру в людей, босс.
— Не все продается, сынок. А ты, разве ты взял бы эти грязные деньги?
— Никогда, — коротко ответил Влад.
— Впрочем, я знал это и без тебя, — неожиданно улыбнулся редактор.
— Откуда, босс?
