– Ты опять играешь нечестно! - прохрипел король. - Только теперь это все видели… А я не собирался бить тебя, безоружного.
Королевская кровь прочертила в пыли прерывистую дорожу, которую он сам затаптывал. Весь рукав стал уже черным от крови, и тело дрожало крупной дрожью. Рука казалась ему пришитым к телу бревном, не дававшим двигаться и даже дышать мешавшим. Перед глазами мельтешили орды ярких звездочек, водящих погребальные хороводы. Пришел его конец - Малгори понял это совершенно отчетливо. Терять ему больше нечего, а раз так… Не помня себя, он каким-то чудом отбил несколько ударов - а потом ударил сам. Вся его ярость и остаток сил вошли в этот удар, который уставший и не верящий своим глазам колдун попросту пропустил. Меч сокрушил щит Клусси, заставив дуб треснуть. Силой удара волшебника опрокинуло на спину: он рухнул в облачко пыли и безвольно раскинул руки. Все силы Малгори выплеснулись наружу. Он падал, кое-как выставляя вперед ноги и оставаясь потому в вертикальном положении. Со стороны он казался смертельно пьяным человеком, делающим последние шаги перед тем, как упасть и уснуть. За три таких шага король очутился рядом с поверженным колдуном, наступив ему на запястье, а перед мутнеющим взглядом дергалась седая борода, задравшаяся к небу. Под ней виднелось незащищенное, просившее лезвия его меча горло. Скорее, нужно вонзить его туда!! Направляя меч слабеющей рукой, Малгори прошептал: "Умри!". Он не видел, как зажатый в пальцах руки, которую он вдавил сапогом в пыль, меч Клусси вдруг словно растаял от жары. В мгновенье ока он стал жалящей змеей, согнувшись и ударив короля в правое бедро. Пыль рассекла тугая струя крови, а Малгори, словно срезанный косой, рухнул наземь. Его меч только поранил колдуну ухо… Голова короля стукнулась о землю так сильно, что шлем слетел с нее. В последний раз он увидел выцветшее жаркое небо, и услышал гром. Гром при ясном небе? Нет, это грохотала в ушах бурлящая кровь, которая покидала его тело, это ревела боль, вгрызшаяся в него с разных сторон. Малгори закрыл глаза и полетел навстречу смерти.
5.
… Звонкие сигналы горнистов врывались внутрь головы и гремели там, готовые разбить череп на кусочки. Неужели сегодня - День Основания, великий праздник всей Торбии, день, который он так любил в детстве? Болезненно громкие звуки с трудом складывались в совершенно незнакомую мелодию. Нет, это не Королевский гимн. Горнисты часто сбивались и фальшивили. Малгори открыл глаза, обнаружив, что сидит на дощатом настиле в некоем подобии деревянного кресла без ножек. Его ноги вытянулись далеко вперед по полу, а над ними стоял низенький столик, к поверхности которого металлические полосы крепко прижимали королевские запястья. Грудь сжимали кожаные ремни, не дающие толком вдохнуть воздух, на лопатки больно давила жесткая спинка.
Воспоминания услужливо вернулись к Малгори, и он застонал, скрипя зубами. Да, уж теперь-то сомнений нет, он стал пленником. Он напрягся изо всех сил, но лишь почувствовал саднящую боль во многих местах скованного путами тела. Словно бы завален огромной кучей камней - не шелохнуться. Король не мог сделать ни одного движения, кроме как повернуть голову или пошевелить пальцами. Осмотрев себя, он с удивлением обнаружил на голом плече шрам, похожий на белый цветок. Сюда клюнул его колдовской щит во время дуэли… Но почему он выглядит хорошо зажившим, полностью зарубцевавшимся? Сколько времени прошло с того дня? Он не успел как следует подумать над этой проблемой, потому что горнисты замолкли, привлекая внимание короля к тому, что происходило вокруг.
А вокруг него стояли люди, сотни людей. Горожане - кузнецы, каменщики, плотники, купцы, ростовщики, их жены и дети, нищие всех полов и возрастов… Все молчали, почти не шевелясь и не издавая звуков, и поэтому походили на мертвые стены с глазами. Не удивительно, что сразу Малгори не обратил на них внимания. Перед толпой стояли воины, мрачные, неподвижные. Что же они охраняли? Малгори не долго думал. Они оцепили место казни. Ему было совершенно ясно, где он очутился, на том самом помосте, который еще хранил на спешно оструганных досках желтые капли утиного жира и бурые кляксы крови, хлынувшей из глотки Ядыха. А эти непривычно тихие люди вокруг - зрители. Где-то сзади, за спиной Малгори, должен был сидеть в его бывшем троне хозяин этого зрелища. Король заметался в своих путах, пытаясь изогнуться и поглядеть назад. В это время толпа зашумела и пришла в движение, воины подобрались и крепче взялись за копья. Что-то потянуло за спинку "кресла" Малгори и развернуло его вместе со столиком. Там, куда он был теперь повернут лицом, под нежно-голубым небом, на пирамидальном подиуме, в королевском троне сидел довольный Клусси. Черная, похожая на мертвый третий глаз жемчужина взирала на поверженного противника с его загорелого морщинистого лба. На колдуне был надет темно-синий наряд - куртка из шелка, расшитая серебряной нитью, узкие штаны с лампасами из переплетающихся лент, и высокие кожаные сапоги.
– Здравствуй, Мало! - проникновенно заговорил волшебник, поглаживая рукой черную кошку, сидевшую у него на коленях. - Удобно ли тебе сидеть там, внизу? Ответь королю Клозергу.
Последняя фраза бросила Малгори в жар. Его лицо быстро покраснело, когда он вновь попытался вырваться на свободу, на лбу вздулась жила.
– Наверное, плохо, - продолжил волшебник. - Извини, но поменяться с тобой, к сожалению, не могу.
Раздался громкий, угодливый смех. Из-за высокой спинки трона появился Хелог, выставивший в улыбке все свои ослепительно-белые, крупные зубы. Хотя нижняя часть его лица смеялась, глаза были пропитаны ядовитой злобой, которую они изливали на брата. Следом вышли дерриотиец с золотой бляхой на шее - тысячник, незнакомый мужчина с серебристым треугольником, вышитым на левом борту кафтана, у сердца. Где-то за их спинами прятался бледный и испуганный Садбал. Еще дальше, справа от трона, почти заслоненные от взгляда, под охраной четырех солдат стояли, обнявшись, Селия и Галид.
– Ну вот, все в сборе! Можно начинать, - заключил Клусси. Взяв кошку в руки, он передал ее человеку с треугольником на груди, а сам медленно встал, набрал воздуха в грудь и закричал: - Я, истинный король Торбии, Клозерг, начинаю свой суд. Клянусь, он будет справедливым, хоть бы мне и пришлось ради того проявить жестокость.
– Заткнись!! - вскричал Малгори. - Ты выкрикиваешь ложь, не боясь запнуться. Это я законный король Торбии, а ты подлый узурпатор! И не пытайся изображать здесь честного судью…
Клусси спокойно выслушал, а потом ответил:
– Да, ты был королем, но пришел я, и право управлять перешло ко мне. Это признают все.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
