самолёты в каждом аэропорту Японии. Это секрет, но они все в вашем распоряжении, — пояснила она.
Я чуть не выпалил: «Чего⁈» Но вместо этого просто ткнул в её сторону пальцем.
— Почему ты мне раньше не сказала? Я мог сэкономить тысячу баксов на билете!
Ханака, слегка обиженная, ответила:
— Вы же не сообщили, куда летите, и не спрашивали о самолётах…
Да, тут она права. Я ведь не рассказал ей ничего. Ханака тогда смертельно испугалась меня, когда я устроил резню. И понятно, почему она не рвалась расспрашивать меня о чём-то.
Я махнул рукой.
— Ладно, забудь. Давай, летим меня в Саппоро. И учти на будущее — будь понаблюдательнее.
Ханака кивнула, послушная и уже без следа той уверенной в себе ниндзя. Похоже, с того момента, как пощадил её, она решила, что я теперь её господин. Ладно, пусть так.
Мы двинулись по VIP-коридору. Она притягивала взгляды всех мужчин, и я только ухмылялся. Наконец добрались до того самого частного самолёта секты Ямато, о котором говорила Ханака.
Это был не самолёт, а целый отель в небе — роскошная модель от Airbus, стоившая целое состояние. Ханака сказала, что такие самолёты есть в каждом японском аэропорту. Неожиданно для себя начал понимать, что секта Ямато богаче, чем я думал. Да, бойцов у них не так много, но ресурсов навалом. В наше время одни лишь боевые навыки уже не правят миром.
Когда зашёл внутрь, меня встретили кожаные итальянские диваны, мебель из красного дерева и коллекция вина. Роскошь. А ведь на улице меня звали Богом, а я гонял на старенькой Тойоте, причём сам за рулём. Смешно? Немного.
Задумался, может, стоит пересмотреть свои взгляды. Пожалуй, глупо отказываться от богатства только ради гордости. Этот самолёт заставил меня задуматься над своими жизненными приоритетами.
Ханака тоже зашла в самолёт, на ней уже было светло-фиолетовое кимоно. Вырез, кстати, она сделала заметно шире, чем обычно. Неужели всерьёз думала меня соблазнить?
Она подошла с тарелкой, запах цветов моментально разбудил меня с дивана.
— Ваше Величество, этот сакэ — особый. Сделан по древней технологии нашей секты. Вода из Нисиномии, рис с Хоккайдо, нигде больше такого не найдёшь, — она налила сакэ мне в чашку.
Я давно уже чувствовал этот аромат, так что залпом осушил чашку.
Краем глаза заметил белоснежную кожу Ханаки. Стоя на коленях, она подавала еду, и, кажется, забыла надеть бельё. Соблазнительная картина.
Но я не такой, чтобы сразу наброситься. Махнул рукой.
— Всё, иди по своим делам. Мне не нужны слуги.
Её глаза немного потускнели от разочарования, но она всё равно вышла.
Правда, перед уходом снова её окликнул:
— Эй, стой!
Ханака слегка напряглась.
— Ваше Величество, что-то ещё?
Я надул губы и, наливая себе ещё сакэ, спросил:
— Раз уж у секты Ямата всё так круто, свяжись с авиакомпанией и попроси вернуть мне деньги за билет. Я ведь так и не сел в их самолёт.
Ханака, которая обычно не моргала глазом при убийствах, вдруг ослабла. Почти споткнулась!
Да, даже боги бывают скупыми.
* * *
Когда мы прилетели я последовал за Сашей в лабораторию научно-исследовательского института. Она сама взяла у меня образец крови.
Но обычное оборудование не могло извлечь кровь, потому что моя кожа была слишком жесткой. Пришлось немного поработать внутренней энергией, чтобы вывести каплю крови в пробирку.
— Анализы будут готовы через полчаса. Подожди снаружи, — сказала она, погружаясь в работу и сразу же выпроводив меня.
Понимал, что у Саши свой характер. Гении всегда немного параноят в своей области, и это часто помогает им добиваться успеха.
Выйдя из комнаты, я поискал ближайшую лестницу и поднялся на крышу института. С крыши вдалеке виднелся океан и множество традиционных японских домов рядом с ним.
Хотя зимой на Хоккайдо было холодно, мне это нравилось. Я ждал, когда Саша принесет мне результаты анализа, наслаждаясь свежим и холодным воздухом.
Не прошло и получаса, как Саша в белом халате вышла на крышу с отчётом в руках.
Обернулся и увидел её выражение лица. Понял, что ситуация гораздо хуже, чем ожидал. В её лазурных глазах горел гнев, словно она хотела проглотить меня.
— Эмм… судя по твоему виду, у меня предчувствие, что ситуация серьезнее? — спросил я с ухмылкой.
Саша пролистала папку и холодно спросила:
— Скажи мне честно, через что ты прошел? Как ты умудрился съесть что-то подобное?
Её голос слегка дрожал. Казалось, она была взволнована.
Начал рассказывать о своём путешествии: от встречи с «Восемнадцатой» до всего, что произошло с Орико Накавой, «Альфой» и двумя демоницами из Такахары.
Пока Саша слушала меня, её глаза наполнились слезами. Она смотрела на меня с покрасневшими глазами, кусая губы, и холодно спросила:
— Восемнадцатая была так важна для тебя? Она мертва! Неужели ты хочешь, чтобы другие люди, которые тебя любят, вечно страдали из-за её смерти⁈
Я не смел смотреть Саше прямо в глаза. В глубине души надеялся, что Восемнадцатая всё ещё жива. Лисица воспользовалась моей слабостью к ней.
Слёзы лились из её глаз.
— Ты думаешь только о себе! Ты эгоистичен!
Я неподвижно стоял на месте, глядя на рыдающую Сашу. Внутри меня кипели сложные чувства.
Неужели я действительно слишком эгоистичен? Хотя я переродился в Японии, потому что устал от жизни, полной убийств, на самом деле я боялся видеть, как умирают те, кто мне дорог.
Конечно, и женщины, которые меня любили, были в этом списке. Вспомнил, как Восемнадцатая смотрела на меня.
— Синдзиро… — Саша вытерла слёзы и успокоилась. — Ты знаешь, что такое смерть для тебя…
Конечно, понял, на что она намекала. Максимум, что я могу потерять, — это своё тело. В каком-то смысле это смерть, что уж тут.
— И насколько всё серьёзно? — спросил я, чувствуя лёгкое замешательство.
Саша кивнула.
— Сейчас каждая капля твоей крови — это смесь ядов, включая тяжёлые металлы и радиоактивные вещества. И ещё куча всякой химии. Любой из этих компонентов может убить тебя много раз, особенно радиоактивные. В сумме твоё тело — это примерно десять ядерных бомб, если на грубый подсчёт.
Я сглотнул.
— Правда, во мне десять ядерных бомб?
— Ты думаешь, я шучу? Даже мне это кажется абсурдным, что ты стоишь тут, как ни в чём не бывало! — выкрикнула Саша так, что все её благородное воспитание куда-то исчезло.
— Раз ты всё так драматично описываешь, у
