страны, тех последствий, которые может иметь то или иное событие или решение для ее интересов» [30].
Разумеется, деятельность Отдела ЦК, возглавлявшегося Ю.В. Андроповым, как и вся внешнеполитическая деятельность советского государства, протекала в условиях, жестко задававшихся политикой «холодной войны» США против СССР, складывавшейся международной обстановкой, США по целому ряду международных проблем.
Понятно также, что политика США и их союзников в отношении СССР и других стран народной демократии не оставалась неизменной. Эти изменения вызывались как персонально-личностным видением каждым американским президентом целей и приоритетов своей политики, так и существовавшими в то время реалиями межгосударственных отношений.
Поскольку внешнеполитические доктрины США накладывали непосредственный отпечаток на цели, организацию и содержание политики, а также на организацию и тактику разведывательно-подрывной деятельности против СССР и стран социалистического лагеря как собственных спецслужб, так и их многочисленных союзников из различных политических и военно-политических блоков, представляется необходимым напомнить читателям о существе господствовавших в тот период времени концепций и подходов к международным отношениям. Этот важный аспект историко-политологического анализа, как правило, игнорируется подавляющим большинством авторов, писавших как о Ю.В. Андропове, так и о международных отношениях того периода времени.
Первым творцом геополитики США стал президент Г. Трумэн, 17 марта 1947 г. в Конгрессе провозгласивший доктрину «сдерживания коммунизма», позднее названную его именем. Еще одной новацией внешней политики Трумэна, стало образование 18 сентября 1947 г. Центрального разведывательного управления (ЦРУ) США, а в мае 1949 г. — военно-политического блока НАТО.
Директива Совета национальной безопасности США 20/1 от 18 августа 1948 г. откровенно провозглашала:
«Наши основные цели в отношении России сводятся всего к двум:
а) Свести до минимума мощь и влияние Москвы;
б) Провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которой придерживается правительство, стоящее у власти в России… Мы не связаны сроком для достижения наших целей в мирное время».
Понятно, что эти цели и основанные на них методы действия прямо противоречили выработанным участниками Антигитлеровской коалиции принципам международного права и межгосударственных отношений, сложившихся в последние годы Второй мировой войны.
В этой связи, — подчеркнем это для «критиков» истории советского государства, необходимость ответных и адекватных мер отражения «недружественных» устремлений США и их союзников со стороны СССР являлись абсолютно обоснованными, правомерными и необходимыми.
В 1953 г. концепцию «сдерживания коммунизма» сменила доктрина «отбрасывания коммунизма», известная также под названием «доктрины освобождения».
Выдвигая ее в качестве альтернативы «сдерживанию коммунизма», государственный секретарь США 1953–1959 гг. Джон Фостер Даллес предлагал «бороться за «освобождение» Восточной Европы методами, «близкими к настоящей войне — войной политической, психологической и пропагандистской» [31].
В 1950 г. было не только начато вещание на социалистические страны на языках населяющих их народов радиостанций «Свободная Европа» и «Свобода», тайно финансировавшихся и управлявшихся ЦРУ — правда об этом станет известна только в 1973 г. в результате деятельности Комиссии конгресса США под председательством У. Фулбрайта по расследованию деятельности.
В январе 1957 г. президент Д. Эйзенхауэр запросил от Конгресса согласия на применение вооруженных сил США на Ближнем Востоке в случае необходимости «защиты» этого региона от «коммунистической агрессии». Конгресс согласился на выделение 200 миллионов долларов на оказание помощи любой стране, «контролируемой международным коммунизмом», обратившейся к США за помощью.
В 1959 г. Конгресс США принял закон «О порабощенных народах» (Закон 86–90), ассигновывавший средства на поддержку «сопротивления» в «оккупированных Советами странах». В соответствии с этим законом ежегодно в третью неделю июля начали проводиться «Недели солидарности» с «порабощенными» и «борющимися за независимость народами». Принятие этого закона, явилось реализацией доктринальной установки президента Д. Эйзенхауэра, заявленной им еще в 1953 г.
Любой заинтересованный читатель и ныне может прочитать на вэб-сайте Фонда Форда (www.fordfound.org), что «с 1950 г. Фонд Форда начал поддерживать проекты, ориентированные на Советский Союз и страны Восточной Европы. В 1950–1988 годах около 60 млн.$ было выделено на анализ ключевых проблем взаимоотношений Востока и Запада, поддержку свободы слова, культурного плюрализма и соблюдения прав человека».
Подчеркнем при этом, речь идет о деятельности и расходах лишь одной из неправительственных организаций США, предоставлявшей «помощь» социалистическим странам, при этом само содержание такой «помощи» в «поддержке свободы слова» и так далее не раскрывается.
Проживающий ныне в США, в прошлом активный участник так называемого «правозащитного движения» в СССР, О.А. Попов писал: «А может, действительно справедливы обвинения в адрес российских правозащитников, что главный смысл их деятельности — это создание в стране инфраструктуры и атмосферы, благоприятных для проведения успешной идеологической и психологической войны, которую вот уже более 50 лет ведут против нашей страны США?» [32].
Разумеется, вся информация о подобных акциях и кампаниях антисоциалистической направленности, в том числе и поступавшая от резидентур КГБ СССР за рубежом, ложилась на стол заведующего Отделом ЦК КПСС Ю.В. Андропова. Некоторые подобные документы советской разведки — от сообщений зарубежных резидентур ПГУ, до записок КГБ в ЦК КПСС были опубликованы в приложении к пятому тому «Очерков истории российской внешней разведки. 1945–1963 гг.» (М., 2003), где с ними может познакомиться любой желающий.
Понятно, что современный читатель будет немало удивлен, узнав об очередной инициативе СССР, направленной на реализацию курса на развитие мирного существования, укрепления мер доверия между государствами, разрядку международной напряженности, принятого ХХ съездом КПСС. И, тем не менее, 8 января 1958 г. Советское правительство направило правительствам всех стран предложения об отказе от «холодной войны» и созыве совещания глав правительств для обсуждения широкого круга проблем безопасности (отказа от применения ракетно-ядерного оружия, создании в Европе безъядерной зоны, заключении пакта о ненападении между Организацией Варшавского договора и НАТО, ликвидации вооруженных баз на иностранных территориях, прекращении пропаганды войны и др.). Но тогда эти предложения были отвергнуты западными странами, а отдельные из выдвинутых положений, в том числе о проведении Общеевропейского совещания по проблемам безопасности и сотрудничества, начали реализовываться позднее.
Карибский кризис октября — ноября 1962 г. привел к выработке «мозговыми центрами» США доктрины «наведения мостов», официально провозглашенной Линдоном Б. Джонсоном 23 мая 1964 г. Ее целью объявлялось достижение «ослабления международной напряженности и устранение опасностей, связанных с «холодной войной» между государствами, придерживающимися различных идеологий».
Важной составной частью «наведения мостов» считалось «функциональное проникновение в советскую систему» [33], к которой относились также и социалистические государства Европы и Азии.
