Еще раз пройдясь пальцами вдоль нежных складок, К’яр осторожно надавил на вход.
Г’хор!
Лиянна такая узкая и нежная. А он слишком большой. Ей будет больно, а это недопустимо. Только не в первый раз.
Демонская натура бунтовала, когда К‘яр оставил сладкие губи и переключился на шею. Отравленная яростью и жаждой мучения кровь твердила ему содрать с девчонки одежду и просто трахнуть, но он неторопливо исследовал тонкую кожу, заранее предвкушая, как красиво будет смотреться на ней — иан — шрам-метка.
— Н-нет, — захныкала Лиянна, стоило разорвать горловину рубахи, высвобождая небольшую, но такую манящую грудь. — О-о-о, — выгнулась навстречу, когда К’яр поймал губами бледно-розовый сосок.
Дразнящее обведя языком ареолу, он прикусил тугой комочек и переключился на второй. Вот та сладость, которой он хотел! Но между ног маленькой са’айрэ наверняка еще лучше.
Вдоволь наигравшись, К’яр рывком освободил девушку от штанов и рубахи.
— Не прячься, — прохрипел, не давая ей прикрыться руками. — Ты красивая.
И, не дожидаясь ответа, перехватил стройные ноги и закинул к себе на плечи.
* * *
— К’яр!
Крик обжог горло, и ей даже хватило сил вцепиться в белоснежную гриву, пытаясь остановить мужчину. Бесполезно! Намертво зажав ее бедра, К‘яр склонил голову и прошелся языком вдоль нежных складок.
Это было так… так стыдно. И, ох… как же приятно!
Мышцы живота дрогнули, а ноги разъехались шире, давая К’яру полный доступ.
Мужчина толкнулся внутрь, и, не выдержав, Лиянна застонала в голос.
Он доставал очень глубоко! Она чувствовала горячий гибкий язык внутри. Как он давит на сжатые мышцы, скользит и нажимает так, что от удовольствия перед глазами пляшут разноцветные искры, а тело само двигается навстречу.
Мягкое рычание разнеслось по телу приятной волной дрожи.
И уже плевать, что сейчас между ее бедер устроился демон. А она, вместо того чтобы оттолкнуть, срывает голос стонами.
Было так хорошо! Так приятно и немножко стыдно чувствовать, как мужчина вылизывает ее, легко приподнимает бедра, поворачивая и раскрывая так, как удобно ему.
— Да-а-а, еще, — захныкала, когда К’яр задел какую-то очень чувствительную точку.
Ей нужно еще немного. Совсем чуть-чуть, и… Низ живота скрутило судорогой. Такой мощной и сладкой, что дыхание пропало, лишая возможности кричать.
И воздух пропал. И все вокруг. А внутри вспыхнуло маленькое солнце, наполняя ослепительным удовольствием. Таким незнакомым, но безумно желанным.
Между ног запульсировало ярко и часто. Было так горячо, и мокро, и невероятно хорошо! Хотелось чувствовать это вечность, но лицо вдруг ткнулось в одеяло, а бедра дернули вверх, заставляя встать на колени.
— Моя очередь, — прорычал К’яр.
А потом стало тесно.
Лиянна чувствовала, как внутрь протискивается твердая мужская плоть, растягивая и заполняя собой. Не больно, но так… необычно. Очень. И К’яр почему-то застонал.
— М’аэро э'шар-р-р, — прорычал, толкаясь глубже. — Моя!
И коротким рывком соединил их бедра.
Сжав пальчиками одеяло, Лиянна тихо заскулила. Его слишком много! Она чувствовала горячую плоть глубоко в себе. К' яр заполнила все без остатка, растянул так, что, казалось, еще немного — и порвет ее. Но мужчина качнулся назад, ослабляя давление.
— М-м-м, — застонала облегчённо.
И зря! Демон опять толкнулся, не давая передохнуть. А потом снова.
Закусив губы, Лиянна настороженно прислушивалась к новым ощущениям. Это было так непривычно. Тесно, остро и очень… ох, приятно?!
На очередное движение внизу живота сладко потянуло, и Лиянна вздрогнула, прогибаясь в пояснице.
Ответом стал довольный рык и новый удар — жестче, чем другие. Голову повело с новой силой. Из груди вырвалось и мгновенно растаяло в раскаленном воздухе короткое оханье. А К’яр двигался все настойчивей, пошлые шлепки бедер мешались с тяжелым дыханием и ее стонами.
От стянувшего узлом удовольствия немели ноги. Грудь терлась о ткань. И, наплевав на стыд, Лиянна выгибалась навстречу быстрым ударам, задыхаясь от подступавшего лавиной удовольствия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оно было другим. Необычно ярким, хмельным, горячим. Распускалось внутри жгучими языками пламени, и на очередное движение демона вдоль позвоночника прострелило яркой вспышкой, а внутри все сжалось.
Но в захлестнувшую ее волну наслаждения острым кинжалом вклинилась боль.
— Ай! — закричала, пытаясь увернуться, но К’яр только сильнее стиснул зубы.
А внутри растекались горячие струи семени. Лиянна чувствовала их! И это было бы приятно, если бы не клыки, терзавшие кожу между шеей и плечом!
— Пусти! — захныкала, пытаясь отстраниться.
На этот раз демон уступил. Но свобода была недолгой. Сграбастав ее в охапку, К’яр повалился на бок и снова полез к ее шее!
— Нет, нет!
Лиянна отбивалась, но первое же прикосновение языка заставило ее притихнуть. Боль уходила! Демон осторожно — нет! очень нежно — облизывал укус, стирая неприятные ощущения. Бежать резко перехотелось. Затихнув в больших руках, Лиянна только сопела. И старалась не думать, насколько же вкусно пахнет К’яр. Внезапно захотелось уткнуться носом в соблазнительную ямку между ключиц и жадно вдохнуть. А может, и укусить?
Дождавшись, пока хватка ослабнет, Лиянна совершила месть!
Впилась зубами в плотную и гладкую пепельную кожу, но К’яр даже не вздрогнул. Только навалился еще плотнее и, подхватив ногу под коленом, заставил забросить ему на талию.
— М-р-р-р, — промурлыкал, хватая огромной лапищей за ягодицу. — Маленькая са‘айрэ готова продолжить?
Лиянна подавилась воздухом. А в голове звонкая пустота — никак не найти подходящих слов.
Да и каких? Она ведь… О, Великий! Она только что переспала с мужчиной! С демоном!
Последние крохи дурмана выветрились из головы. И, наверное, Лиянна ударилась в панику, но К‘яр вновь опрокинул ее на спину, прижимая собой.
— Ты еще способна думать, Лиянна, — обжог ее топким и черным, как смола, взглядом. — А значит, не слишком устала…
* * *
К'яр
— К-к-к’я-я-ар…
Его имя звучало стоном-шепотом — кричать маленькая са’айрэ уже не могла.
К’яр жадно осмотрел распластанную на одеяле девушку, но перестал вести ладонь вверх по нежному бедру к беззащитному лону.
Сейчас там было так много его семени… Тягучие белые капли сочились из припухших складок, стоило Лиянне лишь немного пошевелиться. И К’яр бы не отказался добавить еще, потакая дикому желанию заклеймить человечку вновь, но маленькая са’айрэ и правда устала.
Теперь он чувствовал это. Как и обжигающий комок первородного пламени, зревшего под ребрами.
С сожалением отстранившись, он провел рукой по взлохмаченным светлым волосам девушки.
— Спи, моя са’айрэ. Эта ночь была долгой.
И очень щедрой. Но Лиянна узнает об этом позже.
Дождавшись, пока девушка уснет, К’яр поднялся на ноги. Неторопливо оглядел комнату и, подумав, приблизился к кровати.
Там, в самом углу, пряталась страшная, как Бездна, куколка. Человеческие женщины часто мастерили такое своим детям. И К’яр испытывал неприятное тянущее чувство, когда наблюдал за малышами, сжимавшими в худеньких ручонках куски тряпок.
Его игрушкой был кинжал, а позже меч. И то лишь благодаря матери — иначе бы наследник Старшей Крови давно кормил земляных червей. Папаша очень рьяно преследовал ит’хор. Настолько, что, едва заподозрив мать, убил без всякой жалости. А через некоторое время и сам сдох. Две половины не существуют друг без друга долго. Даже если один из них — дро’ук Майро — дитя Бездны.
К’яр осторожно вытащил куколку и повертел в пальцах. Заберет с собой. Шансов почти нет, но… Г’хор! Ему понадобится все, что сможет помочь.
Бесшумно обогнув спавшую девушку, он оделся и, игнорируя желание оглянуться, выскользнул из землянки. Время утекало песком сквозь пальцы. Под ребрами жгло невыносимо, и нужно успеть сбежать, пока у него есть хоть сколько-нибудь контроля.
