ты собутыльников в чат-рулетке ищешь. Мы познакомились случайно, за городом, вчера.
– Деревенская, – догадалась Тамара.
– Нет, не деревенская. Хватит гадать. – Я распечатал первую попавшуюся накладную и ушёл собирать её в глубь склада.
Время кое-как подошло к семи вечера. Моя смена заканчивалась. Тамара тоже начала собираться. На складе до закрытия оставались Андрейка и Петрович. Перед тем как пойти умыться, прежде чем переодеться в мирское, я завис у терминала, чтобы проверить, не осталось ли за мной незакрытых накладных. Вдруг сверху послышался знакомый голос, спрашивающий у кого-то про местонахождение склада. Затем часто зашелестели шаги по ступенькам. Я напрягся, думая, что у меня разыгралось воображение.
Я не ошибся и не сошёл с ума. На ступеньках, ведущих в склад, появилась Айрис. Она оделась в спортивный костюм, кроссовки, бейсболку, выпустила хвост в отверстие под ремешком головного убора. Выглядела она в своём наряде просто, но крайне сексуально.
– Привет, Гордей, – поздоровалась она.
Тамара, до сего момента не реагировавшая на шаги, подпрыгнула, как от разряда электрошокера и, вывернув голову, посмотрела вверх на лестницу.
– Привет всем, – поздоровалась Айрис ещё раз.
Тамара смотрела на неё с нескрываемым удивлением. Её однозадачный мозг пытался выбрать из небольшого количества шаблонов правильный вариант, который правдоподобно подходил бы мне и Айрис, как паре. Уж слишком ярко выглядела она напротив меня. Я тоже признавал это, но, зная правду и самооценку космической гостьи, предполагал, что могу попытать счастья в отношениях более глубоких, чем дружба.
– А как ты меня нашла? – Её появление вызвало у меня удивление.
– Это было несложно. Ещё я разобралась с такси. Прекрасный сервис, хотя и назойливый. Денег не взял.
Привлечённые незнакомым голосом, появились Андрейка с Петровичем. Увидев Айрис, они поняли, что это та самая моя девушка, и изумлённо застыли. Конечно, в их представлении она должна была выглядеть совсем иначе. Фиолетовые волосы, тёмные губы, шрамы на венах, бесформенная одежда и тоска в глазах от несовершенства мира.
– Привет! – поздоровалась с ними Айрис. – Как дела?
Андрейка с Петровичем, буркнув что-то невнятное, поспешили исчезнуть. Им теперь было не по себе. Я, как мужчина, понимал их: красивая девушка у другого, особенно у того, кого ты считал недостойным – это как пощёчина по самолюбию. Айрис надолго выбила их из колеи. Тамара же вообще не сводила взгляда с космической гостьи, зависнув из-за отсутствия подходящих вариантов.
– Ты уже собираешься? – спросила Айрис.
– А-а-а, да. – Я посмотрел на Тамару, ожидая её одобрения уйти минут на десять раньше срока.
– Конечно, Гордей, иди, – вымолвила она, пристально глядя на Айрис. – Работы никакой нет.
Я переоделся в свою одежду, решив умыться потом.
– Всем пока, – крикнул я со ступенек.
Ответом мне была тишина, и только Петрович, думая, что я его не вижу, выглядывал в щель между сложенными на стеллажах ноутбуками.
– Пока! – повторила за мной Айрис.
Мы вышли наружу, провожаемые удивлёнными взглядами продавцов с первого этажа и охранника на входе. Я отметился карточкой об окончании работы. На улице первым делом спросил:
– Как ты меня нашла и почему вообще решила приехать?
– Мне надоело смотреть эти глупые фильмы. Все сюжеты в них повторялись по много раз, и было очевидно, что и дальше ничего не поменяется. Я полазила у тебя по полкам, нашла бумажки, в которых был написан этот адрес, потом нашла снимок с тобой, на котором была эта вывеска, – указала она на магазин. – Потом нашла пакеты с этой вывеской, в которые ты собираешь мусор. Я решила, что это твоя работа. Слишком много совпадений. А приехать решила для собственного развития. Буду сидеть дома – ничего нового не узнаю про планету предков.
– А как узнала про такси?
– А я ещё по дороге заметила машины с одинаковыми надписями, и решила, что это служба. Включила твой компьютер, набрала в нём названия и поняла, что это службы перевозки людей. Не нуль-телепорты, конечно, но на место доставят.
– А как же ты вызвала без телефона и денег?
– Я не вызывала. Вышла на улицу, подошла к машине и попросила подвезти. Паренёк там сидел, тёмненький такой, долго пытался понять, что мне нужно, а потом согласился и пытался по дороге пристать. Я сжала ему ладонь, и он передумал. Попросила подождать, чтоб взять у тебя денег, но он сказал, что поездка бесплатно.
– Честно, я был потрясён, когда увидел тебя. Про складских вообще не говорю. Тамара проглотила язык, а мужики сбежали, чтобы не дать мне насладиться триумфом.
– Ты сказал им, что мы пара? – поняла Айрис.
– А что я им должен был сказать? Они бы приняли мои сложные объяснения, как какое-то враньё.
– В твоём случае враньё выглядит правдоподобнее. – Айрис посмотрела по сторонам. Улицы были полны народа. Одна часть спешила с работы домой, другая, наоборот, приехала в центр города насладиться прогулками в последние тёплые осенние деньки. – Погуляем?
– С удовольствием, – согласился я.
Мы пошли к набережной по центральной улице города, по которой не ходил автомобильный транспорт. Вывески и запахи булочных и кондитерских манили нас к себе. Я стоически терпел, зная, что, если поддамся, то через два дня начну голодать. А так хотелось съесть булку с корицей и запить её натуральным кофе, смакуя каждый глоток. Айрис молчала, но её желудок время от времени говорил о её желаниях больше её самой. Я не выдержал и потянул Айрис в кондитерскую.
Мы зашли внутрь, окунувшись в концентрированный аромат выпечки и кофе. Я усадил девушку за деревянный столик и встал в очередь. Заказал два больших стакана кофе – гулять так гулять, – две булочки и два пирожных. Мой внутренний бухгалтер после снятых с карточки денег сказал, что там осталось рублей двести. Я не показал вида перед Айрис, желая подарить ей прекрасный вечер, который она будет вспоминать, поедая синтетическое желе в своём далёком мире или тюремной камере. Нет, пожалуй, я не мог представить её в арестантской робе. Несмотря на свою бунтарскую непосредственность, а местами и грубую прямолинейность, она была мила и любопытна, как ребёнок.
Айрис украдкой рассматривала посетителей, а посетители – её. На их фоне она не особо выделялась. Здесь было много молодых и красивых девушек, одетых по-разному, броско и просто, но почти у всех прослеживался определённый вкус. Один я в своей одежде с китайского рынка в самом ширпотребном понимании этого места, выглядел вызывающе инородным. Меня это никогда не смущало, и даже сейчас мне было всё равно, кто и как меня оценивает.
Айрис с наслаждением доела булочку, запивая её кофе, и принялась за пирожное. Она красноречиво изображала
