Теперь же, при свете дня, скрыться от них было особенно трудно. Идея вернуться в Нуармон даже не приходила ему в голову. Помимо того, что путь туда был слишком долог, в замке он неминуемо попадет в руки своих врагов.
Существовал лишь один-единственный способ избежать смертельной опасности — попытаться вскарабкаться на крутые вершины Тромпадьера. Однако для этого прежде надо было пробраться по самой опасной части топкой равнины, где находилось глубокое болото.
План Матифо и Лимеля был очень прост. Негодяи ни минуты не сомневались, что жертва рано или поздно сама попадет им в руки.
Выйти из болота можно было лишь в том месте, где проходила проселочная дорога, и поэтому, каким бы путем не пытался Жозеф выбраться на твердую землю, он неминуемо должен был встретиться со своими врагами.
Однако ни Матифо, ни Лимель не подумали о другом, весьма опасном маршруте, который выбрал отважный юноша.
Не теряя ни минуты, он приготовился к осуществлению своего дерзкого плана. К сожалению, первый же шаг показал ему всю трудность задуманного предприятия и если бы не быстрота реакции, то мальчик тут же погиб бы в коварной трясине.
Лимель и Матифо насмешливо наблюдали за ним.
— Оставим его в покое, — с улыбкой заметил Лимель, — это избавит нас от лишних проблем. Вот увидите, господин Матифо, мальчишка и так утонет в болоте, нам незачем беспокоиться.
Внезапно, к великому удивлению преступников, Жозеф направился в северном направлении, постепенно исчезая в тумане.
— Куда это он собрался? — растерянно пробормотал Матифо.
В изобретательной голове Жозефа быстро возник новый план.
Уже много лет на границе болот и Акревальского пруда в густых зарослях камыша гнила брошенная кем-то за ненадобностью старая большая лодка.
Вспомнив о ней, Жозеф решил попытаться оторвать от нее несколько досок, чтобы с их помощью выбраться из ловушки.
Вскоре Матифо увидел, что юноша возвращается, держа в каждой руке по длинной доске. Выбрав наиболее безопасное место, Жозеф положил на зыбкую поверхность одну из досок и осторожно двинулся по этому импровизированному мостику, сжимая в руке вторую доску. Дойдя до конца первой доски, он положил перед собой вторую, и, подняв первую, двинулся дальше.
С помощью таких нехитрых приспособлений он неминуемо должен был вскоре оказаться на твердой земле.
Пробормотав грубое ругательство, Лимель побежал вокруг Акревальского пруда в надежде перехватить Жозефа при выходе из болота. Дорога кружным путем заняла бы у него не более двадцати минут, и он мог рассчитывать поспеть вовремя, чтобы не дать уйти своей жертве.
— Ты прав, дружище, — крикнул ему Матифо, — беги скорее! Если убьешь мальчишку, то обеспечишь себя на всю жизнь!
— Не бойтесь, мне дорога собственная жизнь, — на ходу бросил ему Лимель.
Перебросив через плечо ружье, Матифо спокойно направился в Нуармон.
Жозеф, тем временем, уже карабкался по крутым склонам Тромпадьера. Выбравшись на плоскогорье, он свернул влево и побежал через лес на ферму, которая должна была послужить убежищем графу Октаву.
Сын фермера, ровесник Жозефа, одолжил ему сухую одежду, переодевшись в которую, юноша не теряя ни минуты продолжил свой путь.
— Чем же теперь, после убийства Октава, сможет помочь он своей госпоже? — думал отважный юноша.
— Не остается ничего иного, как только рассказать обо всем властям. Странно, зачем этому Матифо, слывшему порядочным человеком, могла понадобиться смерть Октава?
В этот момент взошло наконец солнце, и Жозеф вспомнил о торжественной клятве, данной им Биасону.
Под ногами у него лежала подернутая туманом долина, бескрайняя, как море. Из-за горизонта медленно всходил раскаленный шар солнца и Жозеф печально подумал, что глубоко внизу, в черных недрах болотной трясины покоится труп несчастного Октава.
Поспешно повернув в сторону, большими решительными шагами он двинулся дальше.
ГЛАВА IX
Подземелья Нуармона
Жозеф упорно шагал по гладкой проселочной дороге.
— Вперед, Жозеф, вперед! Необходимо найти сокровище! Необходимо наказать подлых убийц! Отплати графине за ее поцелуй! Вперед! — так думал юноша, идя все дальше и дальше, оставляя за собой холмы и долины, спускаясь в овраги и перепрыгивая через ручьи.
Прохладный свежий воздух способствует пробуждению аппетита. Было уже одиннадцать часов, а Жозеф, проведший полную опасностей бессонную ночь, еще не завтракал. Найдя в кармане одолженной куртки кусок черного хлеба, он, закусывая на ходу, с новыми силами продолжал свой путь.
Однако человеку недостаточно одной только еды, ему необходимо и питье. Проглотив последнюю крошку хлеба, Жозеф заметил справа от дороги группу раскидистых зеленых деревьев. Решив, что вода должна быть где-то неподалеку, он спустился в маленькую долину, где действительно вскоре обнаружил весело журчащий ручеек. Утолив жажду, он снова вернулся на дорогу, но не успел пройти и сотни шагов, как услышал чей-то оклик.
— Привет, молодой человек!
Оглянувшись, Жозеф заметил работника с фермы, стоявшего, опершись на лопату.
— Что вам угодно, сударь? — вежливо осведомился юноша.
— Мне от тебя ничего не надо, я хотел просто сказать, что тебя разыскивает твой товарищ. Он спросил у меня, не видел ли я проходящего мимо парнишки. Я ответил, что нет, и он повернул обратно.
— Я знаю, кто это был, — отозвался Жозеф, — это был крупный и сильный рыжеволосый человек с бородой.
— Да, да, он выглядел в точности как Иуда Искариот.
— Ну что же, если он вернется еще раз, скажите ему, что я пошел дальше. Он скоро нагонит меня.
— В таком случае ему придется поторопиться, ведь ты, парень, бежишь не хуже гончей! — крикнул крестьянин поспешно удалявшемуся Жозефу.
Добежав до первого же поворота дороги, мальчик стремительно бросился в поле — приходилось быть очень осторожным, ведь Лимель напал на его след.
К пяти часам, усталый и измученный голодом, он добрался до Монбрюна. Зайдя в первый попавшийся трактир, он съел тарелку супа и кусок свинины, запив все это бутылкой вина.
В одной из лавчонок он приобрел также фунт сальных свечей, пару коробков спичек и буханку черного хлеба, ибо не знал, что ждет его впереди. После этого он плотно поужинал и ближе к ночи, распрощавшись с трактирщиком, снова отправился в путь.
Свернув налево, он вскоре услышал шум Фардоньеры. Перейдя речку вброд, он углубился в лес и вскоре очутился у входа в подземные пещеры. Прежде чем войти в них, он огляделся вокруг и внимательно прислушался. До него не доносилось ни звука, в окружающей темноте ничего не было видно. Убедившись в беспочвенности своих страхов и решив, что Лимель либо сбился со следа, либо прекратил преследование, Жозеф решительно шагнул в зияющий провал. Нагнувшись под низким сводом, он прошел расстояние около пятидесяти футов и, свернув за угол, зажег одну из своих свечей.
