— А мне и ничего не надо!
— А если подумать?
— Если подумать, то все равно — ничего!
— Так не бывает! Живым всегда что-то надо, по себе знаю! Поесть, попить, на солнце погреться, в тени постоять.
— Да, вот поесть можно бы! — спохватилась Люба.
— Вот видишь!
— И то не мне, а Васе! Он будущий мужчина, а мужчины всегда много едят!
— Понимаю! Ну что ж, поесть так поесть! Разносолами я не богата, а вот рыбой помогу!
Щука ударила хвостом, ушла в глубину и тут же к ногам Любы один за другим стали падать, ловко швыряемые щучьей головой, пескари, ерши и окуни.
— Хватит! — остановила девочка щучью прыть, когда кувшин наполнился. — Даёшь уху! Ещё бы картошечки!
— Чего нет, того нет! — клацнула зубами щука.
— И на том спасибо!
А Пи-эр продолжал бултыхаться.
— Это ваш там резвится? — спросила щука.
— Наш! — ответила Люба, сама поражаясь нежности и теплоте, с которыми вдруг отозвалась о вчера ещё безразличной для неё деревяшке, а сегодня таком милом и строго-забавном существе, без которого их компания была бы просто немыслимой. «Сближать и сдруживать — это тоже, наверно, прелестное свойство жизни, — на щучий манер подумала девочка, радостно удивляясь своей рассудительности. — Так, чего доброго, и я попаду в кружок мыслителей. Вот смеху-то будет! А, собственно, почему бы и нет? Рассуждать, оказывается, так приятно!»
А Пи-эр продолжал бултыхаться.
— Скажи ему, чтобы не заплывал далеко, — сказала Щука.
— А что?
— Опасно для жизни!
— Он деревянный, не потонет!
— Не в этом дело!
— А в чем?
— Секрет. Но тебе я скажу.
— Пи-эр, вернись! — крикнула Люба, и тот послушно поплыл назад. — Щучка, погоди, на секрет я позову друзей.
— Не надо! Не твои друзья, а ты подарила мне жизнь, и благодарна я только тебе.
— Но я все равно скажу друзьям!
— Это твоё дело, а моё — спасти тебя, как спасла меня ты. Правильно?
— Ну, хорошо!
— Ты слышала про опасность HP?
— Наверно. Мы, по-моему, уже про весь алфавит опасностей слышали. И не только слышали. Но и хлебнули!
— Так вот, перед вами опасность HP! Нож-Река! Или Река-Ножницы — все равно суть не меняется, не меняется и название. Это особенная река, купаться в ней можно, но переплыть её нельзя. Она губит всех, кто достигает середины! Она хитро устроена — делится пополам, как бы на две реки, одна половина течет на восток, вторая — на запад, а в середине быстрые течения встречаются, как лезвия ножниц, и перерезают все, что им попадается. — Люба хлопала глазами. — Не понимаешь?.. Тогда смотри! — Щука перехватила проплывавшую мимо хворостину, понеслась с нею к середине реки и вскоре вернулась. Хворостина укоротилась, вершинку ей словно отхватило ножом. — Вот так бывает с каждым, кто пересекает реку, все равно — бревно или соломинка.
Подошли Вася с Земленыром, приплыл Пи-эр, Люба познакомила их со щукой и рассказала об опасности HP. Компания приуныла.
— Так вот откуда эти аккуратные дровишки на берегу! — догадался Вася. — Их речка нарезала и наколола! Занятно! Кстати, Люба, костёр готов, можешь ставить свой чай.
— Будет уха! — с гордостью за свою хозяйскую расторопность сказала девочка, показывая рыбу. Мальчик аппетитно потёр ладони.
Земленыр, снова и снова осматривая обугленные остатки моста, спросил:
— А кроме этого, мост ещё есть?
— Нет. Это был единственный. Вчера сгорел, точнее — его сожгли солдаты охраны. Какая глупость — уничтожать то, что охраняешь!
— Да, глупость, — согласился старик, — но лишь с первого взгляда. А какая на них была форма? Не заметила?
— Кто не заметила? Я? Да за кого вы меня принимаете? Пожар начался вечером, ещё при солнце. Я все отлично заметила и запомнила! Берестяной расцветки — белая, с черными мазками. Правда, к концу пожара она стала скорее чёрной с белыми мазками.
— Это барбитураты, солдаты Королевства Берёзовых Рощ. Смешно сказать, но это моя родная армия! Я ведь оттуда родом.
— Не слышала о таком. Где это?
— Там, недалеко, — Земленыр неопределённо махнул рукой.
— Не знаю. Вообще в знаниях о суше у меня большие пробелы, но о реке я знаю все, уверяю вас. Да, сгорел начисто! — вернулась она к разговору о пожаре. — Не скрою, это было величественнейшее зрелище в нашем пустынном и диком крае! — Щука описала на воде большой круг, рассекая поверхность спинным плавником. Фигурой этой она выражала, очевидно, своё благодушное настроение. — Все рыбье стеклось полюбоваться огнём. Особенно любопытные даже поджарились и уплыли вниз кверху брюшками. А на берег сбежалось зверье, но оно трусливее — издали смотрело. Красиво было: сыпались искры, стреляли бревна, летели головёшки, шипели угли. Фантастическая ночь! Жечь солдаты начали с этой стороны и, отступая, заваливали мост соломой. Командовал поджогом тощий, длинноволосый, с крючковатым подбородком — каков мой глаз! — офицер, с большой голубой медалью на груди. Нет, каков глаз?
— Потрясающий! — воскликнул Пи-эр, поддерживая бурное щучье настроение.
— А вы — заметила ли? Хм! Я даже, рискуя свариться, разыграла офицера. Захлебнувшись дымом, он раскашлялся и перегнулся через перила глотнуть свежего воздуха. А мост сидел низко. И тут я как высунулась да как крикну: «Именем короля, что здесь происходит? Кто приказал?» Бедняга, видать, был не храброго десятка и — кувырк! — прямо на меня. Я со злости хотела ему нос откусить, но, к его счастью, была сытой, поэтому откусила голубую медаль. А он выплыл. Хорошо, что на той стороне упал, а то бы — каюк!
— А где медаль? — спросил Вася.
— Выплюнула, как блесну! Лежит где-то на дне, песочком затягивается.
— А найти можешь? — что-то прикинув, поинтересовался Земленыр.
— Могу, конечно!
— Найди, голубушка! Найди, милая! — взмолился дед. — Эта медаль, чую, нам здорово пригодится!
— Просите Любу, — ответила щука. — Я к её услугам!
— Найди! — с улыбкой повелела девочка.
Глава тринадцатая
ВТОРОЙ СЕКРЕТ ОПАСНОСТИ HP
Круто развернувшись, щука исчезла и вскоре появилась, держа в зубах большую, отлитую из какого-то голубого металла, медаль с обрывком плотной белой ткани, к которой была пристёгнута.
Взяв её и рассмотрев, Земленыр бросил медаль в Любину корзинку.
— Не потеряй! — и обратился к щуке: — Ну, спасибо, соседка, и за подарок, и за полезные сообщения. Но беда в том, что нам надо именно на ту сторону, в Королевство Берёзовых Рощ! Эта сторона нам уже осточертела! Как же попасть туда?
— А по воздуху можно? — спросила Ду-ю-ду.
— Пожалуйста!
— Ах, моё крылышко! — опять вздохнула птичка.
— Даже я, когда в приподнятом настроении или в случае опасности, пересекаю нож по воздуху. Разгоняюсь как следует и перепрыгиваю. Рискованно, конечно, маленький просчёт — и нет башки, но интересно! У нас тут одна столетняя щука обитает, чтоб ей ни дна ни покрышки, от старости выжила из ума, наверно, — жрёт всех подряд, даже родственников. Раза два за мной гонялась, дура! О, идея! Заманю-ка я старую ведьму под нож: разгонюсь и сигану вверх, а у неё реакция уже не та — влипнет, как миленькая!
— Ну, всем не взлететь, — заметил Пи-эр, явно отяжелевший после купанья. — Надо срочно открывать заседание кружка мыслителей! Авось, что-нибудь придумаем.
Люба почувствовала, что кувшин, который она продолжала держать в руках, сильно разогрелся, и не без удивления опустив его на землю, спросил:
— А можно мне, не члену кружка, одну мысль высказать?
— Конечно, можно! — важно разрешил Пи-эр. — На мысли у нас запретов и ограничений нет.
— Тогда я тоже попробую рассуждать логически: если Земленыр ныряет в землю, как в воду, то почему бы по воде ему не ходить, как по земле?
— Грандиозная идея! — воскликнул круг. — Люба, ты достойна нашего кружка!
— Ну-ка, Зем, пробуй!
— А что, вполне возможно! Я такой! — хвастливо отозвался старик, смело шагнул с берега и с бульканьем скрылся в глубине. Всплыв, он забарахтался, истошно крича:
— Тону! Спасите!
Вася с Пи-эром кинулись на выручку разом и вытолкали деда на берег. Оказалось, что Земленыр не только ходить по воде не может, но и плавать не умеет, что он вообще отродясь не окунался в воду.
— Вот вам и грандиозная идея! Нет, девочка, тебе ещё рано в кружок мыслителей — чуть не утопила старика, — откашливаясь, ворчал дед.
— Зем, ты не прав! — возразил круг. — Мысль как правильное умозаключение ценна сама по себе, а не из-за своей мгновенной пользы. Одна мысль не принесла пользу, а вторая перевернёт земной шар, в лучшем, конечно, смысле слова. Важно, чтобы здравые мысли рождались! Для этого и существует наш кружок и наши головы. А Любина мысль — шедевр. Краткая и стройная! Земля и вода и ты, Зем, посередине! И ничего лишнего! Блестяще! Никто из нас не додумался, а Люба — пожалуйста! Талант! На досуге мы ещё порассуждаем об этом!
