Читаем без скачивания Не живи уныло ! - Леонид Словин

Появление женщины должно было смягчить сердца штурмующих.

Это произошло. Однако, лишь частично.

- Двигаться к машине! - Был приказ.

Едва она свернула за "КАМАЗ", натренированные мужские руки мгновенно сдернули с нее шубу, привычно провели по всем местам, где можно укрыть оружие. Более тщательный обыск ждал ее впереди...

Группа захвата отыгралась на ее партнерах - Генерале, спустившемся следом, и двух секьюрити.

Укрыться от ударов было невозможно - руки следовало

держать за головой. Пережитое до начала операции

выходило из штурмовавших с кулаками, с тычками высоких, со

шнуровкой, тяжеленных десантных ботинок.

Рэмбо, поддерживавший связь с Пензенским коммерческим центром "Авиабизнессервис", осуществлявшим доставку груза, узнал о насильственном прерыве полета одним из первых...

И почти одновременно обо всем стало известно "Российско

кавказскому диалогу". И уже этой пасхальной ночью в Старом

Городе, в центре Иерусалима, Кайнак больше не мог считать

себя в безопасности...

Весь день я отсыпался и вышел из дома под вечер.

Было еще светло. Розовая иерусалимская плитка на зданиях проступала отчетливо, как всегда, когда в межгорье спускался нагретый за день воздух. Мой путь лежал в Старый Город.

Я снова выбрал прохладный иерусалимский автобус. Народу в нем было немного. Тощий в шляпе и в сюртуке хасид,с пейсами, с тонкими, в черных чулках, ножками, всю дорогу читал молитвенник.

Две девчонки из военной полиции - темнозеленые береты,

просунутые под погоны, комбинезоны, металлические приклады

автоматов - о чем-то болтали, поджав под себя ноги в брючках.

На Кинг Джордж пассажиры вышли. К Яффским воротам, я

приехал один. Был час равновесия света, падавшего на предметы и отраженного ими. В такие минуты бывало всегда особенно тревожно и зыбко, и я чувствовал, как скулит сердце.

На площади у Яффских ворот людей было мало.

Христианские паломники должны были появиться гораздо позже. Их сегодня должно было быть много. Из автомата напротив полупустой кофейни "Самара" я позвонил Юджину Кейту. Он находился в районе "Луна-парка".

- Как у тебя? - Спросил я.

- В порядке...

Было плохо слышно. Вместе с голосом детектива в микрофон

влетели звуки оглушительного рока.

- Из Ашдода нет новостей?

Кейт постоянно поддерживал связь с офицером полиции, с Бенци. Тот надеялся помочь себе - сдав Всеизраильскому Штабу полиции своего приятеля Дани Алона вместе с прилетающим киллером.

- Российский гость пока не появился.

- А что сам Дани Алон?

- Ждет. Никуда не отлучается.

- Ты уверен, что тебе поступит знак?

- От Бенци? Уверен.

- А как в "Луна-парке"? Много людей?

- Чрезвычайно.

- Я у Яффских ворот.

- Будь осторожнее. Там все может произойти.

Крутым спуском пустого арабского рынка, я вышел к боковому проходу. Где-то близко задушливо лаяла собака. Уличное освещение не было включено. Часть лавок еще работала. Воздух был полон запахами мускатного ореха, тмина, таинственных пряностей. То в одном, то в другом конце длинного ряда палаток с грохотом опускались металлические жалюзи...

Я свернул и оказался на открытом пространстве. Вокруг не было ни души. Но я чувствовал себя спокойно. За поясом у меня была "Беретта" 951 "Бригадир", оставленная мне Юджином Кейтом...

От Храма Гроба Господня меня отделяли несколько десятков метров. Улица и площадь тут были тоже пусты. Только у крохотного, тускло освещенного арабского кафе два человека за столиком, низко склонились над шахматами....

- Руси!.. - Позвал меня хозяин кафе, когда я пересекал квадрат падающего из дверей света. Потом добавил на ломаном русском. - Иди сюда. Карашо...

Мою принадлежность России он определил мгновенно и точно, несмотря на то, что на мне не было ни одной нашей тряпки.

Впереди показалась Святая святых Христианского мира - Храм Гроба Господня. Я вошел. Простоявший в его нынешнем виде никак не меньше восьми веков - огромный, не охватываемый снаружи глазом, Храм был в большей своей части еще пуст, слабоосвещен,

сумрачен.

Я пригляделся к молящимся. Мне не хотелось пасть случайной жертвой разборки... Несколько десятков женщин, туристы из славянской Европы. Среди мужчин я не увидел никого из тех, от кого могла исходить угроза. Лица паломников были отличны видны в свете свечей, которые каждый держал перед собой...

Народ прибывал.

Внезапно я увидел своих бывших клиентов. Наших было не менее двух десятков, включая телохранителей. Растиражированные типы новых русских, какими их любят показывать в теленовостях и различного рода журналистских расследованиях...

Плечистые, аккуратно подстриженные, в белоснежных сорочках, костюмах от модных фирм, безумно дорогих галстуках они двигались от входа к часовне над Гробницей Господней.

Молитва должна была скоро начаться.

Я обошел часовню и снова увидел всю компанию. Кайнак снял нательный крест, вместе с массивной золотой цепью, положил на Камень Помазания. Опустился на колени. По обе стороны мраморной плиты, на который, по преданию, было уложено снятое с креста тело Спасителя для умащения ароматическими веществами, преклоняли в эту минуту колена, только свои - из тех, кого я видел на вилле.

Кайнака окружали секьюрити. Тут же находился и Максим, вроде бы доверенное лицо Генерала и Мадам, а, в действительности, человек ФСБ...

Вместе с несколькими телохранителями Максим сдерживал нажим других паломников, стремившихся к Священному Камню.

ФСБшник заметил меня. Задержал взгляд. Мне показалось, он хочет что-то сказать...

Пользуясь теснотой, я приблизился. Встал позади.

Он передал мне записку. Я незаметно переправил ее в карман.

Не оборачиваясь, он явственно произнес:

- Позвоните по этому телефону. Скажите на английском: Макс будет на час раньше...

Итак, теперь я точно знал человека, который был внедрен

Федеральной Службой Безопасности России в группировку, поставлявшую пистолеты на Северный Кавказ.

Агент "Максим" - или как его в действительности звали

выполняя преступные планы группировки, по заданию ФСБ выхолащивал их, искусно создавая нежелательные братве ситуации.

Он устроил взрыв на Бейт ва-Ган, наделавший много шума, но не имевший трагических последствий. Отбывая из Иерусалима, он намеренно через ветерана ливанской войны рыжего Бецалела организовал утечку информации на радио "Коль Исраэл" и израильская полиция узнала о предстоящей бандитской разборке...

Не исключалось, впрочем, что все это было результатом

сговора спецслужб обеих стран - ФСБ и Шабака. Из корпоративных соображений разведки старались без необходимости не создавать друг другу лишних проблем...

Сегодняшняя задача агента была из сложных.

Действовать от имени ФСБ он не имел права и в случае ареста израильской полицией должен был скрыть свою принадлежность к российской спецслужбе.

В качестве человека мафии он обязан был содействовать

прибывшему из Москвы киллеру, а как сотрудник ФСБ всеми сила

ми воспрепятствовать разборке. В случае разоблачении ему грозила пуля того же киллера...

В последнюю минуту он, повидимому, получил команду Москвы покинуть Израиль до начала разборки с Кайнаком. Для этого ему разрешили воспользоваться всеми имевшимися в его распоряжении средствами, включая помощь российского частного детектива из "Лайнса"...

" Но как Федеральная Служба Безопасности узнала зараннее, что разборка произойдет именно в Пасху?"

Ответ теперь напрашивался сам собой:

" В ФСБ знали: братва разберется с Кайнаком, как только

выяснится, что он не обеспечил свободный пролет в Чечню. Дата отправки была известна. В том, что ему не дадут сесть в

Слепцовске у ФСБ, сомнений не было."

Я был уже на выходе из Храма. Телохранители Кайнака, когда я проходил мимо, напряженно смотрели по сторонам. Выходя я резко обернулся. Как пелось в шлягере: " ... Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть, не оглянулся ли я..."

Все, кто только что напряженно озирались вокруг, смотрели мне вслед! В случае покушения на Хозяина, с какой бы стороны оно не произошло, эти ребята, в первую очередь, отыгрались бы на мне...

Я вышел из Храма. Полицейские уже контролировали вход. В любой момент тут могли начать проверку оружия у паломников...

Я прошел к телефону-автомату у Яффских ворот, на площадь

Старика Хаттабыча, набрал номер, полученный от ФСБшника.

Семизначный номер оказался знакомым. Мне его сообщил Юджин. Это был телефон Бецалела, того, что звонил Мадонне на радио "Коль Исраэл".

- Хэлло...

Я поднес к губам платок, на случай, если разговор записывала полиция. Передал просьбу ФСБшника. Абонент не переспросил, не задал ни одного вопроса.

- Thanks.

- Ваy.

"Спасибо"- "До свиданья"... Я повесил трубку. И сразу на моем мобильнике прозвучал вызов. Меня разыскивал Кейт: