Она развернулась на каблуках и направилась в сторону столовой. Сабрина, как приклеенная, пошла следом. Рыжая постоянно оглядывалась, нервно мяла пальцы и кусала и без того покрасневшие губы.
— Куда мы идём, Хлоя?
— В кафетерий.
— Что?.. а зачем?
— В здании акума, которая блокировала выход. Я не собираюсь просто сидеть и ждать, пока меня покалечат или убьют. Тебе напомнить, кому обычно достаётся из-за активности одержимых?
Короткий взгляд из-за плеча выхватил кончик ухмылки рыжей и злой блеск радужек. Сабрина, как и другие дети этого мира, очень слабо контролировала взгляд и грани своей мимики.
Тен-Тен хотела найти нож. Подошёл бы любой, лишь бы был острым: и канцелярский, и поварской, да даже пластиковый. А где ей искать нож, если не в столовой? Хоть что-то похожее на него там должно быть. Ну или вилка. Ножа не бойся, бойся вилки… если сдвинуть зубья, то получается неплохой кол.
А ещё вилки с хорошим балансом летят не хуже ножей.
— Может, попытаемся выйти?
— Окна блокированы. Двери, скорее всего, тоже. И я не горю желанием проверять крепость этой фиолетовой жижи.
— Почему?
— А вдруг она липкая? Попадёшься, как мошкара в паутину.
— Ясно… ты такая умная!
— А ты слишком громкая. Хочешь, чтобы акума тобой пообедал?
— Н-нет. Прости.
В столовой Тен-Тен, как и думала, нашла плохонький нож. Баланса у него не было вообще, лезвие держалось в деревянной ручке на клею, да и поточить его не мешало бы… размером нож оказался едва ли больше женской ладони, и держать его обратным хватом было крайне неудобно.
В любом случае, получив в руки оружие, Тен-Тен слегка успокоилась. Не то чтобы мир заиграл прежними красками, но частичка уверенности всё же вернулась в её голову.
Да, она была зависима от оружия. И она не ощущала себя в безопасности без пары лезвий под боком. Это была часть её идентичности, раз за разом спасающая Такахаши жизнь.
План Тен-Тен был простым, как лапша в рамене: ей стоило укрыться в любом помещении и просто дождаться, пока Маринетт в красном сделает всю работу. Смысл самой лезть на рожон, если рядом есть люди, специально созданные для решения проблем такого рода? Про обученность Тен-Тен не говорила. Было как свет ясно, что Маринетт самоучка.
Получила она свои силы в результате ошибки или же её Мастер пожелал кинуть девочку в гущу событий без подготовки — неизвестно. Тен-Тен в любом случае не одобряла наличие подобной мощи у человека, не осознающего свою ответственность. Такахаши была уверена: если девочка-в-красном и косячит, то исключительно по-крупному.
То же самое, кстати, относилось и к котомальчику. Здесь герои были совершенно на одном уровне.
Пытаясь добраться до условно-безопасного класса Тен-Тен с Сабриной, естественно, столкнулись с акумой — благо, та их не увидела. Нечто аморфное, похожее на огромное желе в форме розово-фиолетового многоглазого монстра, напало на Айвана. Вернее, это непонятно что наскочило на Айвана, обнюхало его, лизнуло — и скрылось в школьных коридорах.
— Милен?.. — потрясённо выдохнул после этого подросток.
Тен-Тен поджала губы. Ну конечно. Милен.
Как она, высококлассный шиноби, смогла забыть про наличие в этом мире Бражника? Естественно, здешний злодей наверняка воспользуется ситуацией, и вместо позитивной для себя агрессии от Апрэль Такахаши получила потенциально озлобленного на Хлою Буржуа монстра.
Отлично, просто отлично. Нож оказался как никогда кстати.
И, вроде бы, силы Ледибаг воскрешали мертвецов… но это уже на самый крайний случай. Тен-Тен совсем не хотелось проверять, хватит ли добродушия Маринетт, чтобы не отменить воскрешение своего злейшего школьного врага. Это всё было очень печальными сценариями.
— Идём, — приказала она Сабрине, прежде чем двинуться вслед за одержимой.
— Мы за акумой?!
— Нет. Мы в класс.
Логика была простой: акума бежала в какое-то определённое место и совершенно не интересовалась тем, что оставалось у неё позади. А значит, у неё на хвосте было наиболее безопасно.
Глава 8. Страшила
Нельзя было сказать, что внешний вид монстреллы, — Сабрина сразу обозвала акуму Страшилой, чем рассмешила Тен-Тен чуть ли не до колик, — произвёл впечатление на ниндзя. Скорее, заставил задуматься о том, как можно это непонятно что упокоить.
В мире Тен-Тен, полном опасности от каждого куста, люди в основном сражались против людей. Однако это не было аксиомой. На своём недожитом веку Такахаши умудрилась столкнуться в бою и с демонами, и с животными, и с механизмами. И даже, — страшно подумать! — с богами.
В последнем случае она, конечно, в основном стояла в сторонке и тихонько молилась другим богам, оставшимся на небесах, за собственное благополучие и жизнь. О да, пока герой-Наруто сражался с сошедшими к людям небожителями, Тен-Тен как никогда хотела просто не протянуть ноги. Пожалуй, если бы побег гарантировал её выживание, она бы исчезла, не задумываясь.
Вот только тогда на кону стояла не только её жизнь, но и существование человечества в целом, так что покидать поле боя не было никакого смысла.
Сейчас её больше интересовал монстр. Страшила. И то, как от него можно избавиться.
А ещё — что будет с акуманизированным человеком, если акуму убить. Не заниматься лишней работой с поиском заражённой вещи, а просто и без затей, к примеру, отрезать голову. Восстановит ли Ледибаг девочку после обезглавливания? Или на руках Тен-Тен будет чуть больше крови?
Она не особенно любила убивать, хотя и была опытным шиноби. И это считалось нормальным: если вид крови и чужой последний вдох приносили тебе удовольствие, то это становилось поводом для визита к менталисту. Не было ничего страшнее в мире Тен-Тен, чем сошедший с ума ниндзя.
Итак, Страшила. Тварь повторяла внешний вид маски для съёмок, которую Тен-Тен отобрала у Айвана. Значит, акуманизировалась действительно Милен: Такахаши вручила ей в руки эту самую маску, прежде чем вывести из себя.
Страшила был большим, вполне уверенным в себе монстром розово-фиолетового окраса. Удивительно, но такая яркость совсем не мешала твари прятаться в тени углов; до того, как Страшила напрыгнул на Айвана, Тен-Тен этой розовости не видела. Значит, окрас каким-то образом только помогает мимикрировать. Возможно, желеобразная шкура поглощает свет?
Глаз было целых три, с одним центровым на лбу, точно у просветлённого монаха. Жёлтая склера, отсутствующая радужка, вытянутые щёлкой зрачки. При этом последние не расширялись в зависимости от освещения, так что, возможно, глаза для Страшилы были не нужны. Или же и вовсе были фикцией.
На голове — синие волосы, свалянные в дреды. При этом не было разделения текстуры кожи и волос, так что они предоставляли для Тен-Тен заманчивый манёвр. Можно схватить, дёрнуть, отрезать — это на всякий случай, если дело примет скверный оборот. Тен-Тен вообще-то совсем не собиралась сталкиваться со Страшилой лицом к лицу, особенно учитывая, что именно Такахаши вывела Милен из себя.
У Страшилы были совершенно невыразительные зубы: круглые и редкие, они даже не перекрывали монстру пасть. Значит, он не полагался на них при охоте. Как и на мягкие, тёмные ногти, которые даже не выглядели опасно. И, хотя руки Страшилы были крупными и накачанными, они так же не являлись основным способом охоты.
Опасен, по мнению Тен-Тен, был хвост. Длинный, гибкий, без опушки или шипов. Он напоминал хлыст, и бил наверняка с такой же силой. Учитывая, что ножки Страшилы оказались неправдоподобно-тонкими, хвост был ещё и способом передвижения.
Вообще, по мнению Тен-Тен, монстр вышел каким-то… жалким, что ли? Да, он выделял непонятную субстанцию, которую не удалось расковырять ножом и разбить брошенным стулом; да, он был довольно неприятным чисто внешне; да, он был быстрым, хорошо маскировался и мог незамеченным напасть из тени; ещё у него был потенциально опасный хвост, но на этом его боевые качества кончались. Как-то негусто для чудовища.
