После непрерывных войн воцарился тринадцатый халиф, Йазид II[151], а после его смерти в 748 году стал править его сын Хишам[152]. Он называл себя великим халифом Сирии и Персии. Но примерно в это же время в Египте появился другой великий халиф, по имени Марван[153] (ему суждено было стать последним халифом династии Омейядов), и он заключил договор с константинопольским императором Константином V[154], признав себя его данником. Он думал, что сможет более успешно бороться с Хишамом. И это действительно было так, потому что, напав на врага, Марван в открытом бою с помощью Константина V победил Хишама, убил его и стал бесспорным правителем Вавилона и Персии и пятнадцатым халифом дома Омейядов. Примерно в это же время Персия была разделена между двумя великими партиями: одна — кайситских арабов Модара[155], другая — хашимитов[156] (из дома Аббаса). Эти последние были известны как последователи закона имама Джафара[157] (правнука Хусейна). Воспользовавшись этим разделением, некий перс по имени Сулейман Абу Муслим[158], человек большой отваги, восстал. Он исповедовал доктрину Мухтара (о которой уже говорилось, а именно доктрину шиитов), утверждая, что халиф Али был еще более великим пророком, чем сам Мухаммед. Потом Абу Муслим провозгласил себя Амиром ал-Муслимин (т. е. главою мусульман) и, напав на кайситских мусульман, победил Ибн-Сайяра, их вождя, и убил его. После этого Абу Муслим, имея под командой армию в 100 тысяч человек, стал спокойно ждать нападения халифа Марвана, который приближался к нему с армией в 300 тысяч человек. И вот произошла одна из наиболее кровавых и жестоких битв, когда-либо бывших на Востоке. Битва шла между мидийцами и персами. Число солдат у Марвана и его сторонников достигло 400 тысяч. В конце битвы Марван, полностью разгромленный, бежал с женой и сыновьями, а за ними бежали и все его родственники. Марван укрылся в Египте, но Зелма, сын Абу Муслима, последовал за ним и, в конце концов, в 754 году убил его. От Абу Муслима, которого также звали Амир Сулейман, произошел Муса Казим[159] (седьмой имам), который позднее, в интересах семьи пророка Мухаммеда, попытался отвоевать халифат, а от Мусы Казима произошли персидские цари династии Суфи, через род Мухтара (уже упоминавшегося) и Мухаммеда или Ахмада [он же имам ал-Махди, двенадцатый по счету], от Али и Фатимы, дочери пророка Мухаммеда, как будет полностью объяснено дальше. Персы после вышеописанной победы избрали Амира Сулеймана (он же Абу Муслим) своим халифом, но после этого Абдаллах ибн Мухаммед (которого знают как второго аббасидского халифа Мансура)[160], брат Абу Джафара (он же Саффах, основатель династии), был признан как верховный халиф по всей Сирии. Этот халиф Мансур, человек крайне коварный, отправил на смерть всех своих противников, обвинив их в измене, и остался единственным и абсолютным халифом. Потом он с помощью злодейских махинаций совершил убийство Амир Сулеймана Абу Муслима, самого сильного полководца.
После смерти халифа Мансура его сменил сын Мухаммед[161], прозванный Махди, который правил девять лет, а после него пришел его старший сын Харун ар-Рашид[162], правивший двадцать три года, — девятнадцатый по счету мусульманский халиф. После его смерти в 792 году два его сына Мухаммед[163] [Амин] и Абдаллах [Мамун][164] вместе вступили на трон, и борьба между ними не прекращалась до того времени, пока партия Мухаммеда не одержала верх. Тогда халиф Амин овладел верховной властью, основал среди руин Вавилона знаменитый город, которому он дал имя Багдад, и Багдад, не тронутый временем, процветал до тех пор, пока не был разрушен татарами (под началом Хулагу-хана)[165] в 1258 году.
Глава двенадцатая,
в которой продолжается и завершается рассказ о сарацинских халифах, правивших в Персии до времени появления османских турок
Багдадские халифы продолжали обретать славу и признание управлением Персии: Имбраел (он же халиф Амин) в 846 году сменил своего отца, правил пятнадцать лет, и до самой смерти он благоприятствовал делам в Персии. Сменивший его брат [Абдаллах] Мамун был убит в бою вместе со своими сыновьями после недолгого царствования. Люди говорят, что он погиб в борьбе против императора Феофила[166].
После него на трон пришел Му'тасим[167], неприязненно относившийся к персам, и они его ненавидели больше всех. Именно он подготовил гибель Персии, потому что при нем персы призвали турок для борьбы против тирании арабов. Туркам, похоже, понравились земли Персии, и даже до сего времени было невозможно их оттуда выгнать. Этот Му'тасим правил двадцать три года, после смерти его сменил Каим[168], процарствовавший сорок четыре года. Затем, в 980 году, Персия, Египет и Багдад Багдад были поделены между тремя халифами. В Персии стал править Мухаммед, сын Игнаро. Писасири, халиф Багдада, так жестоко нападал на этого Игнаро, что тот был вынужден позвать на помощь соседей — турок. Но потом пришло время, когда сам Писасири получил сторицей за свои подлые дела и нападения на персов и на турок. Он ограбил и убил множество турок, живших в Кавказских горах, и те послали за помощью к Транголипиксу[169] [так византийцы называли Тогрул-бека Сельджука]. Тогда Транголипикс с огромной армией вторгся в страну ислама, и хотя халифы Багдада и Персии выступили против него и успешно защищали брод, прозванный Хаметским, — на реке Араке в Армении — он захватил всю горную Армению и оттуда спустился в Персию и в соседние царства, убил бесчисленное множество людей и, в конце концов, убил обоих халифов (Багдада и Персии).
Так турки стали хозяевами в Персии, и Тогрул-бек, завоевав постепенно другие провинции, стал великим султаном. Потом ему на смену пришел его племянник[170]. С тех пор багдадские халифы навсегда потеряли власть над Персией, страну захватили турки. Со временем они отказались от своей языческой религии — ведь сначала они были идолопоклонниками — и приняли мусульманство. После этого мудрого шага правление турок продолжалось, и когда у власти оказался Белсефо, правивший как тиран, он провозгласил себя императором Персии. Своего племянника Алфагало он сделал наместником Малой Армении. Алфагало был честолюбив и хотел славы и, вознамерившись соперничать с победами Александра Великого, завоевал Киликию, Памфилию, Ликию, Ликаонию, Каппадокию, Большую Армению, Галатию, Пафлагонию, Понт и Вифинию, присвоил себе титул великого султана и претендовал называться Саламанса (то есть Сулейманом) или, как мы говорим, Солиманом. С 1000 до 1200 года положение в Персии оставалось неопределенным. Страной управляли военные или гражданские правители, присылаемые повелителями из Месопотамии — то турками, то татарами. Турки и татары весь этот период вели между собой борьбу, попеременно одерживая верх и неся смерть и разруху народам Востока. В конце концов, в 1244 году татары взяли верх и правили до 1280 года, когда снова вернулись турки. Потом семь провинций [Малой Азии], которыми владели турки, сократились в числе, и их семь эмиров стали всего-навсего четырьмя наместниками в эмиратах, где у власти стояли вожди четырех родов — Караман, Канделор, Осман[171] и Хасан-бек. Из рода последнего произошел Узун Хасан[172], доблестный царь Персии, о нем будет сказано ниже. После упомянутого эмира Османа пришел его младший сын Орхан[173], и эти два эмира заложили основу Османского рода, как указывается Генебрардом в книге IV его трудов. Отец Османа, как говорят, был очень низкого происхождения: простой солдат по имени Эртогрул[174], и родился он (Осман) в деревне Сугут (Тебасион). Захватив обширные земли, Осман расположил свой двор в городе Бурса в Вифинии — в том самом городе, который построил король Прусий, помогавший Ганнибалу. Но тот, кого интересуют детали истории Османского рода, должен почитать Куспиниана и Георгиевитса — эти авторы разбирают вопрос очень подробно. Для нашей цели достаточно будет сказать, что наследником Османа был Орхан, за которым последовали султан Мурад I[175] и султан Баязид I[176], который был соперником Тимура или Тамерлана[177]. Эти османские султаны установили свое господство на большой территории Малой Азии и подчинили себе всех собственных правителей Персии и Мидии. Так продолжалось до тех пор, пока, как указывалось выше, Великий Тамерлан не завоевал большую часть Азии, не победил Баязида I (в битве при Ангоре)[178] и не посадил его в клетку, используя потом как подставку, чтобы взбираться на лошадь.
